ведь искренне надеялась, что он не додумается до такого .
— Не возражаешь, если я угощу тебя напитком? — говорит он на превосходном английском.
Я натягиваю на лицо маску, абсолютно не выражающую никаких эмоций, и демонстративно отворачиваюсь от него.
— Ты говоришь по-английски? — не унимается он. — Французски? Может, по-итальянски? Или, на худой конец, знаешь русский?
— А ты что, полиглот? — не удосуживаюсь даже взглянуть на него.
— Можно и так сказать. Так тебя можно угостить «Маргаритой»?
С кислой миной я выставляю ему свою руку ладонью кверху. В нее он помещает бокал с коктейлем.
Все равно хотела идти в бар за очередным, потому не имеет смысла отказываться...
— Ты здесь отдыхаешь или живешь? — продолжает он свой допрос.
— А для тебя это имеет какое-то значение?
— На самом деле нет. Простое любопытство.
— Любопытствуй в другую сторону, пожалуйста. С теми, кто хочет вестись на твое любопытство, — дерзко выдаю и присасываюсь к соломинке.
— Это невозможно. Мое любопытство направлено сейчас исключительно на тебя, — хватает ему наглости. Я гордо молчу. Минуту, две, и на третью незнакомца прорывает: — Предположу, что ты не местная. Приехала сюда около двух дней назад.
Я резко оборачиваюсь.
— И как ты это понял?
— По твоей коже, — низко произносит.
— А что не так с моей кожей? — нахально интересуюсь.
— Всё так, — ухмыляется негодяй, обнажая ровный ряд белоснежных зубов. — Твоя кожа безупречна, но она ещё не обласкана, — делает умышленную паузу, — солнцем, если ты понимаешь, о чём я. Так я угадал?
— Я не обязана отвечать.
— Тогда как мы планируем вести диалог, если ты не собираешься разговаривать со мной?
— А кто сказал, что я собираюсь вести с тобой диалог? — упрямо складываю руки под грудью.
— Я так сказал. Ты здесь одна, и я предчувствую, что тебе понадобится личный телохранитель на время отпуска. Я весьма хорош по части женских тел.
Каков же наглец!
Впрочем, парень довольно симпатичный, даже не побоюсь этого слова, красивый. По-мужски красивый. Из рода благородных альфачей.
Он определенно выделяется на фоне остальных мужчин, подкатывающих ко мне за время моего отдыха.
Высокие брюнеты с крепким загорелым телом ко мне еще не подкатывали. Не раздевали меня своими янтарными глазами. Не демонстрировали впечатляющие грудные мускулы. Никто не мог похвастаться своими развитыми широчайшими, так как он. И еще ни один мужчина не мог привлечь мое внимание к своему натренированному торсу настолько, чтобы в глотке вмиг пересохло.
Ни одному, а ему это как ни странно удалось...
— Впечатляет? — лыбится наглец.
— Что именно? — тупо моргаю, переключая взгляд на "мокрое" морюшко, в которое непременно хочется занырнуть с головой.
— То, что ты видишь перед собой, — распушив павлиний хвост, бьет себя "пяткой" в грудь. — По твоим глазам я прочел, что ты сама того не понимая уже одобрила мою кандидатуру.
— О, перестань! Кандидатуру для чего? — усмехаюсь я натужно. — Для игры в прятки? Тогда я вожу, — театрально накрываю ладонями глаза. — Потеряйся!
— Позже, но я всё же предполагаю, ты думала не об этом! — не сводит с меня глаз, пытаясь загипнотизировать.
Однако он ещё не догадывается, что этот трюк со мной не пройдёт.
— Я лесбиянка! Можешь не терять на меня время! — строю безразличное лицо, а он давится своим пивом. — Так что советую потеряться.
— Чего-чего? Ты лесбиянка? — округляет он глаза.
— Слушай, я не собираюсь с тобой любезничать! — скалю зубы в приступе гнева. — Я хочу отдохнуть! Одна, прошу заметить! Тебе ничего не светит со мной! Я не сплю с мужиками, как ты уже успел заметить. Тогда какого чёрта ты всё ещё здесь?
— С чего ты взяла, что я хочу с тобой переспать? — на полном серьёзе спрашивает.
— А что, разве нет?
— Нет! — мнётся некоторое время. — То есть, ты безусловно привлекательная девушка и от одного твоего вида только можно поплыть мозгами, но я всё же воспитан несколько иначе. Секс нужно заслужить. Когда он легко достаётся, это уже не столько меня привлекает, сколько отталкивает.
— Боже! Да отвалишь ты, наконец? От твоей философии меня уже тошнит.
— Не-а! — активно мотает головешкой, ещё ближе придвигается. — Ты че такая нервная, м? Откуда в тебе столько дьявольщины?
— О-о-о! Да ты еще не встречал настоящего дьявола! Вот только, если ты сейчас же не свалишь, я познакомлю тебя с ним. Уж поверь!
— С этого и нужно было начинать! Раз знакомству, Дьявол! — протягивает ладонь для рукопожатия. — Меня зовут Натаниэль.
— Тебе идёт… — бурчу я, на что тот непонимающе ведёт бровью. — Твоё имя такое же пафосное, как и ты сам. Прям так и прёт нарциссизмом.
— В таком случае тебе бы подошло имя Ясука Такая. Это не ты часом?
Резко отворачиваюсь в сторону, пыша злобой.
Молча допиваю коктейль и занимаю руки салфеткой, только бы не уподобляться острому желанию сделать его своей следующей жертвой.
Руки так и чешутся придушить его или свернуть шею.
— Дьявол, ты и правда лесбиянка? — прищурившись, недоверчиво спрашивает.
— Стопроцентная!
Короткая немая сцена, после которой мой прежний мир раскалывается на части:
— А знаешь, тем и лучше! — неожиданно заявляет он, на что я разеваю рот в возмущении. — В кои-то веки можно не изображать из себя гребаного кавалера! — и разваливается на шезлонге, едва ли не вывалив яйца наружу.
Черт! Не сработало!
Я частенько проворачиваю трюк с нетрадиционной ориентацией. Причём нисколько этого не стыдясь. Меня не волнует, что на этот счет подумают всякие прилипалы.
Главное, что после моего признания парней словно ветром сдувало. А этот же сидит, не шелохнувшись.
— Ты местный? — интересуюсь я.
— И да, и нет.
— То есть как это?
— Разве это так важно? Для тебя я могу быть кем угодно, — загадочно
