— Езжай в ближайшую Обитель, — сказал Картер, встретившись взглядом с полицейским в отражении салонного зеркала. — Нам нужен криптозаряд, иначе мы потеряем и его. — Он указал на Барковича.
Водитель молча кивнул. Не последовало никаких комментариев, его лицо оставалось бесстрастным и сосредоточенным. Одно из двух, понял Картер — либо парень нереально крут, либо перед ним криптоматон. Скорее, второе. Из-за поднятого ворота рубашки Картер не мог рассмотреть отметку на шее.
Оставшийся путь они провели в молчании, если не считать непотребных выкриков Барковича.
* * *
Все Обители Очищения имели одинаковый вид — продолговатые двухэтажные строения мышиного цвета. За ними, в изолированных зонах, располагались широкие цилиндрические башни наподобие старых котельных на Свалке, только в высоту с двадцатиэтажный дом. Автономные Блоки Обителей Очищения или АБОО. Храмы воспроизводства криптоматерии и предметов не репродуцированного характера.
Первые этажи занимали персональные кабинки, где граждане в первый день каждого квартала получали табели грехов, а кто-то и новые Лицензии. На вторых этажах располагались помещения сотрудников.
Вместо окон Обители имели накопительные панели с замысловатыми узорами, конвертирующими солнечный свет причудливым образом и в любое время суток. Вместо дверей — непроницаемое силовое поле. Вход по Лицензиям с допуском. У полицейского такого допуска не было, поэтому по прибытии все трое ожидали, когда к ним выйдут. Баркович держался на удивление неплохо. Стоило покинуть Свалку, как его состояние стабилизировалось. В ожидании Картер проверил уровень криптоматерии, свой и напарника. Сорок и двадцать четыре соответственно. Баркович уже находился в зоне СМД.
— Что у вас? — поинтересовался куратор смены по имени Карлос-763, рослый мужчина с зачёсанными назад седыми волосами и обвислыми усами. Он возвышался над двумя коллапсарами и полицейским, нахмурив брови. Тело с шеи до пят покрывала мантия корпоративного тёмно-серого цвета.
Картер заговорил первым короткими информативными тезисами:
— Мы были на задании на Свалке, искали дилера. Не успели выбраться вовремя. У моего напарника критически низкий уровень криптоматерии.
Куратор смены нахмурился ещё больше, но, тем не менее, распорядился отвести Барковича в отдел терапии и провести соответствующие процедуры.
— А вы оба — ко мне в кабинет, — закончил с распоряжениями Карлос.
Полицейского наделили разовым пропуском, поставив соответствующую отметку на предплечье рядом с татуировкой текущей Лицензии. Он до сих пор хранил молчание, что ещё больше убеждало Картера в его природе.
— А теперь мне нужны подробности, — потребовал Карлос, когда все трое расположились на неудобных стульях.
Картер изложил расширенную версию случившегося. Получили наводку от информатора, отправились на поиски адреса, застряли в хитросплетениях улиц, зданий и коридоров. Нашли концентрат БК и записку. Обнаружили, что шины служебного автомобиля спущены, сообщили дежурному по открытому каналу. Появились полицейские. Во время бегства от агрессивных обитателей потеряли одного человека, полицейского Сато. Конец истории.
Куратор перевёл взгляд на второго участника событий.
— Джон Берналь, — представился тот, окончательно развеяв сомнения — да, он изменённый, ибо только они носили двойные имена без номеров. — Мы с напарником Сато патрулировали прилегающие к району Свалки улицы, когда перехватили сигнал бедствия от группы кризисных полицейских «БарКа». Дежурный направил подмогу, но мы находились ближе, поэтому поспешили на помощь. Сато не повезло — ему пробили голову во время отступления.
Некоторое время Карлос молчал. Обдумывал услышанное. Ему не повезло, что его Обитель оказалась ближайшей по пути следования. Теперь на его, Карлоса, плечи легла ответственность за урегулирование инцидента. Картер представлял, как внутри этого седовласого человека бушуют эмоции, которые он не решался обнажать. Бережёт свой безупречный табель, не иначе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Так, у меня есть несколько уточняющих вопросов, — заговорил куратор смены, хрустя костяшками мясистых пальцев. — Как вышло, что у вас не оказалось при себе аптечки экстренной реанимации с дозами криптоматерии? Все группы коллапсаров оснащаются таковыми.
Это был неприятный вопрос. Картер поёрзал на стуле и откашлялся:
— Аптечка у нас была, но мы израсходовали её раньше.
— Что? — выпучил глаза Карлос, но тут же взял себя в руки. — Почему вы продолжали задание в опасной зоне, не имея запасов криптоматерии?
— Потому что посчитали это разумным риском. — Картер тоже успокоился и вернул голосу твёрдость. — Мы напали на след и возвращаться с пустыми руками не хотелось.
Про себя он добавил: «День не пошёл бы в зачёт Лицензии». У них была работа, и требовалось её выполнить.
— Цена «разумных рисков» — жизнь полицейского, — без лишних эмоций констатировал Карлос. — Судя по всему, ваш напарник избежал синдрома ментальной дисфункции, и вы добыли находки, иначе бы мне пришлось выдвинуть вас на процедуру Очищения.
Картер и без лишних напоминаний знал, чем грозили такие просчёты. Впрочем, за смерть Сато они не несли ответственности. Полицейские самостоятельно приняли решение прийти на помощь.
Карлос снова обратился к Джону Берналю:
— Класс вашей Лицензии не допускает выездов в опасную зону. Но вы откликнулись на вызов. Почему?
— Ранее мой напарник и коллапсар Картер работали в одном отделе полиции, — лишённым всяких эмоций голосом ответил Джон Берналь. — За рулём находился Сато, я не смог разубедить его проигнорировать сигнал.
— Ясно, — заключил Карлос, расслабленно откидываясь на спинку стула. — Патрульный Джон Берналь может возвращаться в отдел полиции, его рабочий день скоро закончится. Вы, коллапсар Картер, тоже можете быть свободны, как только сдадите добытые в опасной зоне находки.
Берналь встал, коротко попрощался и вышел из кабинета. Картер продолжал сидеть.
— Вы не направите запрос на корректировку нашего табеля? — спросил он.
— Нет, — покачал головой Карлос. — Не стану вмешиваться в вашу судьбу, я всецело доверяю Этическому кодексу. Думаю, смерть товарища — достаточное наказание само по себе. Не забудьте навестить его семью, ведь он погиб из-за вашего просчёта.
Картер не стал ничего говорить в своё оправдание. Он и без того ощущал себя последней мразью в Граббисе.
* * *
Баркович уже ожидал в отделе приёма улик и находок. Напарник успел привести себя в порядок, умыться и причесаться. Теперь он выглядел даже лучше, чем с утра и мило беседовал с рядовыми техниками Обители, облачёнными все как один в просторные однотонные мантии с капюшонами. Оголять головы им не позволялось, дабы кураторы смен выделялись из толпы.
— Я сдал бутылку, — сказал Баркович. — Представь себе, настоящий пластик! Теперь они ждут записку.
Картер вытащил из кармана сложенный вдвое пожелтевший лист бумаги. Он не питал иллюзий, что тот настоящий. Скорее всего, репродукт, причём, давно просроченный, который мог исчезнуть в любой момент. Для Картера он потерял всякую ценность в тот момент, когда глаза увидели написанное. Голова ведь дана не только для носки шляп. Или капюшонов. Техники накинулись на записку, как голуби на покрошенный хлеб. Тут же вручную перенесли текст на чистую бумагу, производства АБОО. Картер невольно усмехнулся.
— Порядок? — спросил он.
— Поставьте метку в ведомости, коллапсар Картер. — Один из техников протянул ему электронный журнал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Картер засучил левый рукав, поднёс татуировку коллапсара в виде скорпиона с вшитым в чернила личным кодом и поставил метку. С формальностями покончено.
— Я бы хотел сохранить за группой «БарКа» это дело, — сообщил он.
Баркович многозначительно взглянул на напарника. Этот взгляд можно было трактовать по-разному, от недоумения до солидарности.
— Без проблем, — ответил один из техников. — Приоритет у той группы, которая доставляет находки. Всего доброго.
