Они зашагали прочь.
— Криптоматоны, — уверенно заявил Баркович, глядя им вслед.
После успешного посещения Свалки Картеру тоже полагался криптозаряд, поэтому он, не дожидаясь официального приглашения, направился в отдел терапии. Не только снаружи, но и изнутри, все Обители имели идентичное расположение отделов. Ничего футуристического или экстравагантного, что бы соответствовало высшей природе Обителей. Больше всего они походили на унылые и однотипные офисные помещения с коридорами и комнатами. Зато начинка и оборудование — другое дело.
В отделе терапии очередной техник считал информацию с татуировки Картера, после чего взял в руку стэн и пригласил коллапсара на кушетку. Картер снял пиджак, расстегнул рубашку и лёг. Техник поднёс дуло стэна, напоминающее перевёрнутый зонт, в район солнечного сплетения мужчины и нажал пусковую кнопку. Тело Картера на мгновение выгнулось дугой, точно от мощного электрического разряда, и снова опустилось на кушетку.
— Готово, — проинформировал техник, извлекая опустевший цилиндр из стэна.
Картер выждал десять секунд, согласно рекомендациям, затем быстро встал, оделся и вернулся к скучающему Барковичу.
Перед уходом они сдали коммуникаторы, наручники и стэны, оставив парализаторы при себе. Использование оружия в нерабочие часы допускалось лишь в случаях самообороны. Рабочий день закончен, но будничные дела ещё нет. Напарники жили в одном районе, но сегодня поедут по домам разными рейсами. На остановке, кроме них, пока никого не было.
— Мне следует навестить семью Сато, — сказал Картер. — Сообщить им, что произошло.
— Кого?
— Полицейского, который сегодня погиб.
— А, — протянул Баркович и добавил, подумав: — Но ты не обязан этого делать. Всю информацию им направят…
— Знаю, — жёстче, чем следовало, перебил Картер. — Я знал его. Он точно так же не был обязан помогать нам, но спас наши шкуры.
Баркович ничего не ответил. Он молчал целую минуту, потом неожиданно произнёс:
— Мне кажется, я уличил Ди в использовании трэша.
Картер почувствовал, как натянулась кожа на лице.
— Что? С чего ты взял?
Ему не хотелось верить услышанному. Особенно, если такое обвинение выдвигал Баркович.
— От неё пахло этой дрянью, когда она вернулась домой после вечерних покатушек с новым приятелем. Я пока не стал поднимать разговор, но ты же понимаешь, что рано или поздно он случится.
Картер непроизвольно сглотнул. Он хорошо знал Диану-2258, возможно, даже лучше, чем её отец, для которого Лицензия превыше всего, даже собственной семьи. Девушке недавно исполнилось семнадцать, и Картер успел стать для неё кем-то вроде старшего брата и советчика.
— Возможно, тебе показалось, — выдавил Картер.
— Ага, конечно.
— Или пахло от её парня, а запах передался.
Баркович покачал головой и покосился на напарника, будто на несмышлёного подмастерья.
— Послушай себя. Если она снюхалась с гнилью или, того хуже, дилером — дело дрянь. Я не смогу оставаться в стороне, ты же понимаешь.
О да, Картер понимал. Он избегал дома Барковича, потому что там жило живое напоминание о непоколебимости принципов его хозяина — жена Барковича Мэри Голд. Изменённая. В Обитель Очищения муж спровадил её лично, ещё когда обладал Лицензией утильщика. И получил по окончании квартала почти безупречный табель. Выходит, сделал всё правильно? Без сомнения, сам Баркович не сомневался в правоте. Теперь же судьбу матери рисковала разделить Диана.
— Пообещай, что не станешь предпринимать непоправимых действий, пока не разберёшься в ситуации, — потребовал Картер.
Баркович лишь хмыкнул.
— Если она чиста, я при всём желании ничего не смогу с ней сделать, — спокойно ответил он. — Ведь тогда пострадает моя Лицензия.
Подошёл автобус, следовавший в район, где жил погибший полицейский. Картер едва успел просочиться в закрывающуюся дверь. Баркович продолжал ухмыляться и помахал напарнику рукой.
* * *
Картер не смог этого сделать. Он уже подошёл к дому и намеревался постучать, подбирая слова, но замер на месте. Как это лучше преподнести? Он не считал себя мастером психологии и утешений, а огорошить с порога много ума не надо. У Сато осталась молодая жена Сиа-1201 и пятилетняя дочь Лу-1418. Они хорошо знали Картера, тот часто бывал у них в гостях, особенно в бытность полицейским.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Картер заглянул в окно. Женщина накрывала на стол ужин. Лу сидела рядом и листала буклет с яркими картинками. Постучись, поздоровайся и расскажи всё, как есть, настраивал себя Картер. Нет, тогда Сиа зарежет тебя ножом для разделки мяса, ведь именно ваша с Барковичем упёртость привела к смерти её мужа. Вы могли вернуться на Свалку завтра, но вас больше заботил потерянный день для Лицензии. Использовав аптечку, вы не имели права вернуться с пустыми руками.
Он отогнал гнетущие токсичные мысли. Картер не знал нужных слов, в которые мог бы их заключить, не причинив ещё большую боль этим людям. Он обязательно навестит их позже, но не сейчас. Он надеялся, что в порыве горя Сиа не схватит дочку за руку и не побежит в Обитель, надеясь раз и навсегда избавиться от горя. Изменённые не плакали, а значит, и не страдали.
Сандра не простила бы ему такой слабости. Она бы притащила его на порог за шкирку, заставила бы принять любой удар судьбы, даже ножом. Но та Сандра давно покинула его. Предоставленный самому себе, Картер стал лёгкой добычей для своих слабостей.
Он дождался автобуса и поехал домой, ощущая себя перегнившим плодом.
Глава 2
Изменённые
Из дневника лицензированного философа Лерроя-53:
«Мне часто приходилось иметь дело с изменёнными. Несмотря на внешнее сходство, их нельзя ставить в один ряд с нами, гниющими грешниками. Они — новая ступень в развитии человеческого вида. И чем раньше мы примем неизбежность перемен, тем проще нам будет взобраться на эту ступень».
27 дней до конца кварталаУставший водитель в форменной синей одежде машинально приложил считыватель к левому предплечью Картера, списал один кредит. Коллапсар сел сразу же за водительским местом. Многие из нас ведут себя как изменённые, не являясь ими, подумал Картер. Он наблюдал за водителем всю дорогу, внимательно изучал его доведённые до автоматизма действия. Отвлекал мысли первым попавшимся на глаза явлением.
Явлением. Он посмаковал слово. Но ведь даже не ясно, относился ли водитель к категории изменённых или нет. Лицензия предписывала ему безопасно возить людей по одному из маршрутов огромного города. Ежедневно с повторением одних и тех же движений. Угнетающая Лицензия, способная въесться своими чернилами не только под кожу, но и глубоко в душу.
Картер вышел из автобуса и совершил пешую прогулку прямиком до супермаркета одноразовых товаров. Район, в котором жил Картер, в равной степени сочетал в себе архитектурные остатки Греховной Эпохи и до тоски однотипные коттеджи, сколоченные из материалов АБОО. Граббис менялся постепенно, от поколения к поколению. Постройки прошлого приходили в негодность, но их никогда и никто не ремонтировал. Монолитные многоэтажные дома держались дольше прочих, небоскрёбы и бараки давно канули в лету. Лицензированные строители в начале каждого квартала получали план новых застроек, а так же нужные материалы, технику и инструменты. Строители действовали строго по плану — сносили пустые обветшалые здания и возводили на их могилах стандартные двухэтажные коттеджи.
Картер миновал один из открытых стадионов, сооружённых теми же работягами. На огромном поле с искусственной травой у пяти десятков лицензированных спортсменов рабочий день был в самом разгаре. Футболисты готовились к будничному матчу, регбисты отрабатывали рывки, а легкоатлеты восстанавливались после дневных тренировок и готовились к вечерним. Вид некоторых спортсменов-новичков ничего, кроме истерического смеха не вызывал. Спринтер весом в центнер или толкатель ядра с толщиной бедра, как у ножки офисного стула. Порой Лицензии раздавались, точно карты от мучавшегося похмельем крупье. Неожиданно заменялись и перетасовывались. Немало горожан запороли табели только потому, что с первого дня не смогли соответствовать новым требованиям. Везло лишь обладателям «династических Лицензий» врачей и библиотекарей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
