— Конечно. Давай. — Я надел наушники обратно и пролистал сценарий на планшете.
— Хочу туда сходить. Меню заманчивое… столько вкусной еды. И рад, что они решили нас спонсировать. Отличное место для свиданий.
— Согласен. Думаю, с удовольствием что-нибудь у них попробую.
Мне очень повезло найти Марка в самом начале записи подкаста. Он связался со мной после пятого выпуска с предложением улучшить звук голосовых сообщений. В итоге мы начали переписываться по электронке, и пару недель спустя он стал моим редактором. А еще через несколько месяцев Марк появился в прямом эфире. Мне нужно было убедиться, что он сохранит мою личность в тайне.
Мне неоднократно предлагали появиться на публике или принять участие в телешоу, но я всегда отказывал. Когда три года назад угомонилась медиа буря по поводу моей внезапной отставки, я наслаждался спокойной жизнью. Серьезное сотрясение мозга положило конец хоккейной карьере, потому что я прислушался к словам врача, который предостерег меня от возвращения на лед.
Я уехал домой в Гранд-Рапидс и, подключив образование журналиста, устроился на работу в местную газету, где освещал политику и периодически преступления. Хоккей все равно остался неотъемлемой частью моей жизни. Я тренирую подростков и играю в любительский хоккей с ребятами, которые понимают важность избегания травмоопасных ситуаций.
— Так, ладно. Достаточно. — Марк снял наушники и отложил их в сторону. — Как обычно, ты записал для меня несколько разных, но идеальных вариантов, с которыми я смогу работать. И повторю еще раз, ты должен вести передачу полный день. Отлично будет сочетаться с работой в газете.
— Может, однажды. — Я закрыл планшет и снял наушники, наматывая провод вокруг, чтобы избежать спутывания. — Как только укреплю свое положение в журналистике, а о моем хоккейном прошлом наконец забудут. Не хочу становиться историей… хочу их только освещать.
Мы записывали программу в небольшой спальне моего дома, которую Марк помог оборудовать акустической плиткой для лучшего качества звука. А еще я использовал эту комнату как библиотеку, потому что Марк сказал, что работе это не помешает.
— Люди много чего не понимают. Да, ты был отличным игроком, но здоровье гораздо важнее.
— Может, ответишь на письма с моей электронки? До сих пор несколько раз в месяц приходят сообщения от людей, которых волнует, как я так запросто бросил команду, или сколько еще времени мне потребуется на восстановление.
— Им следует уже успокоиться.
— Сто процентов, — улыбнулся я. Марк один из немногих, с кем я обсуждал прошлое. И он всегда знал, какими словами поддержать в нужный момент.
Первая наша встреча вышла довольно забавной, потому что я думал, Марк грохнется в обморок, выяснив, что Джин и бывший капитан «Портлендских волков» один и тот же человек.
Он фанат и знал всю историю. Кроме того, он тоже играл в школе и колледже, а теперь еще и в любительской лиге. Я видел его университетскую статистику. Марк — надежный вратарь. У нас много общего, именно поэтому мы так легко сработались.
— Я скажу тебе, когда подготовлю финальную версию.
Одновременно встав, мы рассмеялись. Мы быстро подстроились друг под друга еще в начале, и сейчас работали слаженно, как часы.
— Хорошо поиграть сегодня, — пожелал Марк. — Увидимся на следующей неделе.
Обменявшись с ним привычным прощанием — стукнувшись кулаками — я проводил его до двери.
— Нужно устроить мозговой штурм в ближайшее время, если хотим придумать что-то особенное на лето. — Марк остановился и обернулся раньше, чем я успел договорить.
— Знаешь, недавно мне пришла в голову идея. Может, сосредоточимся на лучших местах для туризма — соберем желания людей, которые мечтают найти свою любовь в отпуске. Не знаю пока, что из этого выйдет, но уже необычно. Может, даже специально для этого найдем спонсоров.
Марк не сводил с меня взгляда, пока я обдумывал его слова. Казалось, я могу заглянуть ему в глаза и увидеть, как работает его мозг. Мне нравилось его внимание… сильно.
— Необычно. Я подумаю над этим. Знаешь что, давай в следующий раз начнем записываться на час раньше, чтобы после осталось время обсудить лето.
— Отлично. Мы как обычно придумаем что-нибудь захватывающее, — улыбнулся он, а в глазах засиял блеск предвкушения. Мне нравилось разрабатывать планы для шоу вместе с Марком, потому что программа была ему так же небезразлична, как и мне. Из нас получилась отличная команда, генерирующая кучу идей.
— И еще кое-что. Каждую неделю в списке появляются сообщения, никак не связанные с отношениями.
— Ты читаешь их? — Марк улыбнулся еще шире.
— Да. У тебя легко получается пробегаться взглядом по всему списку и определять где какие желания. Но нам приходят и такие, где просят не только совет об отношениях. Как думаешь, может, расширим диапазон желаний?
На его лице снова появилось задумчивое выражение. Я не мог сдержать улыбку.
— Можем попробовать, например, со звонка в прямой эфир? Выделить для этого особенный сегмент и оценить реакцию слушателей. Если им, как и тебе, понравится, можно оставить на постоянной основе.
— Я за. Давай попробуем. Придумаем что-то новое для лучшего старта следующей недели.
— Окей.
Марк открыл дверь, и мы слегка приобняли друг друга. Я каждую неделю с нетерпением ждал этого момента, потому что мог прикоснуться к его небольшому, но крепкому телу. Он носил ботанские очки в черной оправе, в линзах которых часто отражались аудиодорожки во время записи. Копна его волнистых светлых волос всегда выглядела так, словно он недавно проснулся, и весь он целиком был само очарование.
Но как и в случае с Джином, рабочие взаимоотношения заставляли меня притормозить. Тем более, что работали мы только вдвоем, и я не хотел никак испортить наши отношения.
— Ладно, до следующей недели, Ноа.
Марк помахал на прощание и ушел. Я следил через дверное окошко за движениями его аппетитного зада, который он всегда облачал в идеально обтягивающие джинсы. Я не уходил, пока Марк не уселся в свою потрепанную «Хонду» и не выехал с подъездной дорожки.
Марк
Только оказавшись в машине, я расслабился впервые с момента, как включил последнее голосовое сообщение. Мне казалось, что сердце выскочит из груди, когда нажимал на кнопку воспроизведения.
Если Ноа и узнал голос, то виду не подал. И я никогда не говорил ему, что мое второе имя — Томас. Надеюсь, это никак не отразится на исполнении желания. Что, если я все испортил, не уточнив, что говорю о человеке и маге? Проклятье.
Но с того момента, как он подтвердил исполнение желания, в груди начало разливаться приятное тепло. Восхитительное ощущение. А еще его слова застали меня врасплох, именно поэтому я пропустил свою реплику. Ну, видимо, Ноа подобное не сильно волновало, раз он так и не упомянул об этом.
В ближайшие дни я обязательно спрошу.
Точно!
И тогда, возможно, окажусь на седьмом небе от счастья или же лишусь должности.
На протяжении своей работы в программе я столько раз слышал успешно сложившиеся истории. Разумеется, случались и провалы, но Ноа винил звонивших, потому что те не точно формулировали желания. Именно поэтому полгода назад мы добавили дисклеймер с предупреждением осторожнее озвучивать желание.
Я старался тщательно продумать свою просьбу. Конечно, даже правильно сформулированную мечту Ноа мог просто пропустить или отказать.
Но этого не произошло.
Я притормозил на стоп-линии в конце улицы и не удержался, ликующе вскинув кулак… в результате заехав им в потолок.
Стоило Ноа пообещать исполнить мое желание, как я почувствовал, что ко мне снова вернулись силы. Я чуть ли не выпалил свой вопрос прямо на месте, но сдержался, потому что не хотел мгновенно остаться без работы.
Такая вероятность не исключена, поскольку я специально подстроил ситуацию, обратившись к собственному начальнику с просьбой, которая повлияет и на него. Но Ноа ни разу не упоминал, что я сам не могу загадывать желания. Конечно, раз я его единственный сотрудник, Ноа и не нужно было разрабатывать особые правила.
