мало ли как Эадалин может расценить её визит.
— Было бы неплохо, — вмешалась в размышления Энвиса, —если бы ты задержалась в Берне ещё на денёк-другой.
— Зачем?
— У меня в Берне домик. Надеюсь, мои записи и вещи никто не трогал. Я хочу, чтобы их забрала ты как моя наследница.
— Я?! — Анью споткнулась, чуть не выронив булку. — А почему я? А твоя семья?!
Энвиса пару минут молчала, отгородив сознание. Анью тяжело вздохнула. Кажется, она коснулось той темы, которая для даро была болезненной. Порой очень хотелось узнать у Энвисы, как она жила и почему умерла так рано. Насколько Анью было известно, даро прошла битвы Второго Вторжения плечо к плечу с Азеной. Что могло погубить могущественную чародейку в мирное время?
— Мой ребёнок умер, — внезапно подала голос Энвиса. — Так что теперь моя наследница — ты.
Ощущение было такое, будто чугунной сковородой по голове ударили. Анью не доводилось слышать о том, что у великой волшебницы были дети. Этот факт по какой-то причине затерялся и не попал на страницы истории. Ответ даро породил лишь множество новых вопросов. Почему ребёнок умер? У неё был сын или дочь? А что её муж? Он тоже умер? В конце концов, как умерла сама Энвиса? Все эти мысли Аньюриэль старательно прятала в глубине собственного сознания.
— Прости, — смущенно пробормотала чародейка, игнорируя изумлённый взгляд проходящей мимо женщины. — Мне не стоило лезть. Это личное.
Энвиса ничего не ответила и, кажется, пребывала в расстроенных чувствах.
— Хорошо, навестим твой домик. Думаешь, Эадалин сохранила его?
— Да, — ответила Энвиса, уходя в подсознание.
Разговор оставил гадкий осадок в горле. Анью подошла к фонтану, наблюдая за тем, как взмывают к небу струи воды. Ветер кидал в лицо крошечные капельки. На дне фонтана блестели мелкие монетки — странный человеческий обычай. Почему-то люди верили, что если бросить монетку в фонтан, то обязательно вернёшься в это место, Хотя Анью слышала и другую версию: монетка, пожертвованная фонтану, исполняет желание. Оба варианта казались слишком сказочными, чтобы быть правдой, и всё же она достала серебряную монету, крутя её между пальцами.
Я хочу вернуться сюда с Аманом.
То ли намерение, то ли желание. Анью не особенно верила в то, что эффект будет, но на всякий случай влила в металл немного магии и бросила монету в фонтан. Вода хлюпнула, принимая подношение. Анью смотрела, как слегка покачивается монетка, опускаясь на мраморный пол. Секунду ничего не происходило, а потом за спиной раздался взрыв.
Первые несколько мгновений она словно остолбенела. Эффект от загаданного желания казался слишком быстрым и явно не таким, на который она рассчитывала, а затем в тишине раздался крик. Множество голосов тут же подхватили его. Аньюриэль круто развернулась на каблуках, пытаясь разобраться, что происходит.
Крылатое нечто пронеслось над крышами, извергая пламя. Снова что-то взорвалось. Встрепенулась Энвиса, всматриваясь в летящую тварь её глазами.
— Дракон?!
— Какой-то он мелкий… — Анью сорвалась с места, пытаясь прорваться сквозь поток бегущих в панике людей к разбушевавшемуся монстру.
— Они же не сразу огромными вылупляются. Это ещё детёныш. А раз он здесь…
Продолжать было не нужно. Раз малыш прилетел поиграть, то где-то рядом должна быть и мамочка.
Анью взмахом руки потушила лавку тканей. Щёлкнула пальцами, отбрасывая в сторону перевёрнутую повозку, придавившую несчастного мужчину. Телепортировалась в сторону, уворачиваясь от несущейся непонятно куда перепуганной лошади. Мирное течение жизни портового городка, которое так ей понравилось, было разорвано в клочья крылатой тварью, извергающей один столб пламени за другим.
Обезумевшие от страха люди метались по улицам. Анью пыталась лавировать между ними, то и дело ударяясь плечом о кого-то. Где-то громко плакал ребёнок. В творящейся неразберихе было совершенно непонятно, куда бежать. Дракон тоже доставлял хлопоты, летая из одного конца города в другой, отчего Анью просто бесполезно металась по улицам, только и успевая гасить пожары.
— Да чтоб тебя! Нельзя на одном месте постоять немного?! — бесновалась чародейка, после того, как крупный мужчина сбил её с ног.
— Он какой-то странный, — задумчиво проговарила Энвиса. — Детёныш ведь. Уже давно должен был выдохнуться. Его как будто что-то подпитывает. Магия вокруг странная.
Анью отбежала к стене, пытаясь сосредоточиться на ощущениях. Магия, что текла вокруг, действительно была какой-то неприятной и как будто липкой. Холодок тянул как из могилы. Объяснение этому нашлось довольно быстро: из-за поворота показался мертвец. Бодрой, чуть ковыляющей походкой полусгнивший труп выбрался на середину проспекта, осматриваясь пустыми глазницами, в которых тлели зеленоватые угольки некромантского пламени. Чародейка растерянно смотрела на умертвие, пытаясь осознать, что вообще происходит. Мертвец явно понимал намного больше, потому что, определив её как нечто достаточно аппетитное, тварь довольно шустро бросилась в атаку.
— Какого гхыра тут творится?! — Анью швырнула навстречу умертвию пульсар, упокаивая его окончательно. — Я могу понять, что на городок напал дракон. Да даже сбежавшее от некроманта умертвие я могу понять. Но какого демона это случилось одновременно и именно в тот день, когда я прибыла в Берн?!
— Милая, кажется, это умертвие было не единственным…
— Да ладно вам…
По улице двигалась целая орда покойников разной степени свежести. Гремели костями скелеты, которым суставы и мышцы заменяли чары некроманта, окропляли мостовую гноем вздутые тела недавних покойников, источали запах горелого мяса свежие тела, пополнившие ряды мёртвой армии буквально недавно. Зеленоватое мерцание магии в глазницах умертвий казалось чуждым в такой солнечный день.
На другом конце улицы показались несколько патрульных солдат, пытающихся исполнять свой долг. Получалось у них, откровенно говоря, не очень: лёгкое обмундирование и короткие мечи — совсем не то, что помогает противостоять неупокоенным. Анью собрала магию, сметая волну умертвий. С кончиков пальцев слетели искры, обращаясь стаей огненных птиц. Заклинание кружило по улицам, сжигая врагов. Умертвия упрямо ползли к живым, не обращая внимания на то, что полыхают, как факелы. Они ковыляли, падали, пытались ползти и лишь потом затихали. На этот раз окончательно.
— Теперь дракон.
Анью бросилась по опустевшей улице к тому месту, где буйствовал дракон. Новый взрыв, сопровождающийся выбросом магии, снёс несколько домов и прокатился по городу волной энергии. Чародейка выбежала на главную площадь и почувствовала, как кровь закипает от гнева — дракон самозабвенно ломал плиту портала.
— Ах ты чешуйчатая падла! — в волосах затрещали молнии.
Дракон проигнорировал её выкрик, доламывая последний из путеводных столбов, что окружали плиту.
— Арса Рион!
Магия сорвалась с кончиков пальцев, повинуясь её воле, сплетаясь в копьё. Полыхающее, наполненное гневом, оно вонзилось дракону в круп, разрываясь всполохами пламени, ошмётками плоти и чешуйками. Несмотря на силу взрыва, особого вреда она
