Читаем без скачивания Слово чести - Нельсон Демилль

Она моментально встревожилась и пробормотала:

– Нет... вы... я имею в виду...

– Отмените на сегодня все деловые встречи, – распорядился он.

Тайсон обвел взглядом офис, затем открыл шкаф и долго и пристально рассматривал в зеркале собственное отражение. Рост более шести футов[1], правильная осанка. Он прошелся щеткой по серому в тонкую полоску костюму, поправил галстук, одернул жилет, пригладил ладонью вихрь! рыжеватых волос. Что ж, его внешний облик вполне соответствовал практически любой из занимаемых высоких должностей. Да и в армии едва ли кто-нибудь охарактеризовал бы его иначе, как настоящего офицера и джентльмена.

Принято считать, что высокие люди больше преуспевают в жизни. Однако президент его корпорации имел незавидный рост – пять футов и два дюйма. Да и на деле выходило, что большинство ведущих руководителей его компании и компании-учредителя были недоростками. Вспомнив об этом, он подумал: «Японцы – они и есть японцы».

Тайсон закрыл дверцу шкафа и подошел к столу. Сев в кресло, он с отсутствующим видом поднял чашку и сделал несколько глотков черного кофе. Его взгляд бессмысленно скользил по разным канцелярским штучкам компании «Перегрин-Осака». Когда концерн «Осака» взял под контроль «Перегрин электроник эвиэйшн», Тайсон не возрадовался, более того, в течение двух лет после слияния компаний он не мог обрести душевного равновесия.

Он убеждал себя, что далек от расизма, и тем не менее смотреть на мистера Кимуру во время беседы было как-то неловко, а обращение к нему не иначе как Тай-сан просто раздражало.

По природе своей японцы вкрадчивы и обходительны, и их присутствие не обременяло. Но в деле они проявили железную хватку. Тайсон, по собственной воле снял со стены все свои военные реликвии: армейское удостоверение, благодарности от командования и фотографии, на которые с такой любовью взирал бывший владелец и основатель «Перегрин» – Чарли Штуцман. Увы, все это не соответствовало психологическому настрою нового правления. Вслед за предметами военной доблести, бережно уложенными в портфель, туда последовала и фотография отца Тайсона, на которой тот был запечатлен в летном обмундировании военно-морских сил. Его самолет «Злая ведьма» выделялся на фоне палубы авианосца «Лексингтон» тремя восходящими солнцами на фюзеляже. Тремя подбитыми япошками.

Мистер Кимура, не говоря ни слова, долго и внимательно изучал это фото. Прежде чем убрать снимок, Бен выжидал целую неделю, определенно спасающую его престиж.

Итак, Тайсон встал, взял в руки тонкую папку и направился к выходу. Проходя мимо рабочего места мисс Бил, он невольно ощутил на себе ее проницательный взгляд.

Глава 3

Двигаясь в восточном направлении по 42-й улице, Бен Тайсон завернул в маленький книжный магазинчик, что на Грэнд-Сентрал-стейшн. На столе с пометкой «Новые издания» корешками вверх лежала целая груда красных, черных, белых книг. Верхушку рифа венчал выставочный экземпляр. Тайсон взял его и начал перелистывать.

Раздел фотографий был снабжен редакционными примечаниями, через каждые пять-шесть глав давались карты военных действий в Хюэ и его окрестностях. Книга, неожиданно выскользнув из рук, упала на пол, и Тайсон увидел на открытом титульном листе автограф Эндрю Пикара.

– Автор вчера приходил сюда.

Тайсон посмотрел в глаза молодой женщине в джинсах и тенниске.

– Нью-Йорк – книжный остров, – улыбнулась она. – Мы получили их только на прошлой неделе. Автор купил экземпляр для меня и подписал. Прошлой ночью я выборочно ознакомилась с ней. Стараюсь, по крайней мере, пролистывать все серьезные книги.

Тайсон кивнул.

Ей явно хотелось продолжить разговор.

– Большое сражение – глазами маленьких людей, не так ли? – Она оценивающе оглядела Тайсона. – Вы там были?

– Очень может быть.

Она улыбнулась.

– Ну если вы там были, то я бы порекомендовала вам ее прочесть, хотя подобная литература не в моем вкусе.

– Кажется, здесь есть глава о зверских убийствах во французском госпитале.

Она скорчила гримасу.

– Правильно. Действительно зверских. – Она задумалась на мгновение, затем добавила: – И как это мы могли совершить что-то подобное?

Бена не переставало удивлять то, что нынешнее поколение привыкло употреблять местоимение первого лица, чтобы подчеркнуть сопричастность к ошибочно проводимому правительством курсу и обвинить себя за вторжение армии на чужую территорию. Он сказал:

– Это было так давно. Я беру книгу.

Тайсон завернул за угол 42-й улицы и вошел в дорогой ирландский паб. Как только его глаза привыкли к едкой дымовой завесе, затенявшей свет ламп, он направился к длинной стойке бара и занял свободное место. Клиентура заведения была довольно разношерстной: иностранцы – служащие ООН, репортеры из «Дейли ньюс», группа литераторов. Это было не то место, куда частенько наведывались бизнесмены, и Тайсон не боялся, что встретится с кем-нибудь из коллег. Ему кивнул Дан Райан – совладелец паба.

– Бен, ну как жизнь, жалует?

Что можно ответить на подобный вопрос?

– Да вроде бы.

Райан заказал ему виски с содовой и, как обычно, пожелал удачи.

Тайсон поднял стакан.

– Будь здоров!

Дан отошел поздороваться с группой новых клиентов.

В первый раз, с тех пор как он открыл книгу Пикара, его мысли обратились исключительно к его жене:

Марси была не из тех жен, что постоянно находятся в центре внимания, мелькают в рубрике новостей и преданной тенью сопровождают своего выдающегося мужа. Она принадлежала сама себе и немногих одаривала своей преданностью. Она, кстати, была не очень-то уживчивой по натуре, но, несмотря на это, сделала карьеру и никогда не отступала от своих принципов. Марси всегда ратовала за разоружение, придерживалась достаточно левых взглядов на жизнь. Она-то сразу отреагирует на книгу, подумал Тайсон.

Он открыл папку, достал книгу и поставил ее ребром на стойку. Просматривая главу, где рассказывалось о нем, он не желал читать или вникать ни во что другое, как если бы получил письмо о неверности жены или телеграмму о смерти. Строчки с его именем буквально лезли в глаза: взвод Тайсона; лейтенант Тайсон; люди Тайсона: радист Тайсона; медик Тайсона...

Он захлопнул книгу, допил виски и заказал еще порцию. Спустя какое-то время открыл книгу на загнутой странице и прочитал отрывок:

"По мере приближения они заметили флаги Вьетконга, Красного Креста и белую простыню. Последние ввели американцев в заблуждение относительно их безопасности, когда они показались во дворе здания. Неожиданно из госпиталя раздались выстрелы, и Лэрри Кейн упал замертво, двух других, Муди и Петерсона, ранило. Взвод нашел укрытие и ответил огнем.

Из двух раненых Муди повезло больше: его лишь слегка задело, зато Петерсон пострадал серьезно. Взвод, мягко говоря, пал духом. Солдаты ярились от безысходности положения, и паника, которой они поддались, сослужила им плохую службу".

Тайсон мысленно согласился. Да, точные слова: безысходность и паника. Их обвели вокруг пальца. И это сделал не только неприятель, но и местное командование и военные чины в Вашингтоне. Им нужно было найти того, кто дал бы отпор. Мысленно возвращаясь в те дни, Бен постиг одну страшную истину: у тех людей в госпитале не было ни одного шанса на спасение.

Он пропустил несколько страниц.

"Прорвавшись в госпиталь, Тайсон потребовал оказать немедленную медицинскую помощь раненым. Главный врач, француз Жан Монто, напрочь отказал Тайсону, ссылаясь на большое количество больных и раненых и нехватку медперсонала. На ломаном английском Монто разъяснил Тайсону, что госпиталь работает по системе дифференцированного подхода к пациентам: людей с тяжелыми ранениями оставляли умирать, а легкораненым приходилось дожидаться своей очереди. После этого доктор Монто начал осматривать бойца вьетнамской армии с пробитой шрапнелью рукой, подпадавшего под последнюю категорию.

Может быть, доктор Монто рассуждал весьма разумно в сложившейся ситуации, но неумение учитывать деликатность момента подвело его".

Тайсон оторвал взгляд от книги. Ты во всем прав, Пикар. Он пытался представить лицо доктора Монто, но воображение все время подсовывало глумливую карикатуру на надменного маленького француза. На самом же деле сработал инстинкт. Вот оправдание тому, что случилось. Настоящий Жан Монто повел себя как вежливый человек и отнесся к американцам уважительно. Но в тот острый момент любое, даже легкое сопротивление вело к роковым последствиям.

Он вновь задумался. Нет, все-таки этот выродок Монто был чертовски заносчивым. Но даже за такое поведение он не заслужил смерть. Бен помешал виски и опять прочел наугад:

"Взвод Тайсона, как я упоминал, больше недели действовал самостоятельно. В предыдущие шестнадцать дней наступления солдаты уже понесли большие потери в живой силе. Из сорока человек в живых остались только девятнадцать. В течение недели взвод был лишен отдыха, обходился без сна, кончились припасы.