правильно сказала: телохранитель. Это вы? Алло!
– Да, я, – ответил мужчина и повернулся на другой бок.
– Очень хорошо, я вас нанимаю, приходите завтра. Ваш рабочий день начинается в пять утра.
– А почему так рано?
Федя не видел утро уже несколько лет. Он забыл, что такое рассвет. Так его надрессировали чиновники и бизнесмены, которые любили поспать до обеда.
– У меня очень плотный график, – серьёзно ответила женщина и, пробубнив адрес, скинула вызов.
Федя приободрился. Наклёвывалась халтурная работёнка. Пока его коллеги рискуют жизнью, спасая всяких бездушных богачей, он будет спокойно разгуливать по улицам в компании безобидной старушки, которой, судя по всему, просто одиноко. Должно быть, ей оставил состояние покойный муж, и ей теперь страшно жить с такими деньгами одной. Но ничего, Федя готов выслушивать скучные истории и пить чай с блинами, если понадобится – лишь бы платили.
Прибыв по указанному адресу в назначенное время, Фёдор слегка приуныл, увидев нужный номер на старом панельном доме.
«Ну ничего, возможно в квартире евроремонт и навороченная техника», – успокаивал он себя, набирая номер квартиры на домофоне.
В динамике очень неожиданно и грозно раздалось:
– Чего?!
Фёдор аж дёрнулся, за что сам себе сделал замечание: «Непрофессионально».
– Это Фёдор.
– В смысле – дядя?
– В смысле – телохранитель.
– За вами был «хвост»?!
Мужчина посмотрел по сторонам.
– Вы про собак?
– Я про Любку, но вы правы, она та ещё сука.
– Вроде нет.
– Проходите.
Домофон пиликнул, и Фёдор наконец смог попасть внутрь.
В квартире Федя ещё больше приуныл, осознав, что самыми навороченными и европейскими там были только розетки. Всё остальное пахло умеренной бедностью и навязчивой педантичностью.
– А у вас точно есть деньги? – не скрывая скепсиса, спросил Федя.
– У меня есть трёхкомнатная квартира в центральном районе, и я готова сейчас завещать её вам. Главное, не дайте мне потом умереть.
– Вы же понимаете, как нелепо это звучит? – сказав это, Федя прикусил язык.
– Ха, думаете, что если мне восемьдесят, то я выжила из ума? – Зоя Андреевна явно была не в себе, но что-то в её словах пугало своей уверенностью. – Мы составим договор, в котором укажем, что вы станете владельцем квартиры только в том случае, если я доживу минимум до восьмидесяти пяти.
Федя сглотнул слюну – ставки были слишком высоки и заманчивы. С одной стороны – работа круглые сутки в паре с обезумевшей старухой, с другой – трёшка в центральном районе города. Ипотеку за такую квартиру он платил бы лет двадцать.
– Хорошо.
Договор был составлен заранее, Фёдор прочитал и поставил подпись. Свою копию старушка передала соседке, которая, на удивление, тоже не спала.
– Ну что ж, не будем тратить драгоценное время и поедем за покупками, – улыбалась Зоя Андреевна.
– За покупками? Так ведь время половина шестого утра, всё закрыто, – удивился Федя такой прыти.
– Ничего страшного, ехать в другой конец города – как раз к открытию и будем.
Фёдор пожал плечами и проследовал за своей работодательницей.
Когда они подошли к остановке, то мужчина удивился количеству пенсионеров на один квадратный метр. Их было целое войско, все выглядели бодро и явно куда-то спешили.
– Нужно занять место, мне нельзя долго стоять на ногах – давление, – дала первое указание Зоя Андреевна.
– Понял, – ответил Федя, не понимая сложности этой операции.
Троллейбус подъехал через пять минут. Всё было спокойно и тихо до той самой минуты, пока двери его не открылись. Толпа некогда милых и тихих старичков и старушек в момент превратилась в озлобленную, вооружённую авоськами, палочками, костылями и вставными челюстями мясорубку.
Люди толкались, кричали, дрались и в приказном тоне взывали к совести друг друга. Когда Федя попытался разнять двух срывающих друг на друга голос женщин, боровшихся за место у окна, его пристыдили так, что он почувствовал себя виновником всех бед на свете. Федя попытался занять одно из двух свободных мест, прыгнув на него, и тут же получил в висок сумкой с невероятно острыми углами.
– За что? – спросил телохранитель миниатюрную старушку в горошковом платье, и его словарный запас мгновенно пополнился изысканной руганью на несколько десятков слов.
Сумка встала на свободное место – рядом с её хозяйкой.
Зою Андреевну пришлось держать на руках – на зависть всем остальным пассажиркам. Когда Федя чувствовал, что руки его вот-вот отсохнут, он ставил клиентку на ноги, и ту моментально начинало укачивать. Женщина театрально изображала обморок, и Фёдор снова брал её на руки. Так продолжалось полтора часа. Ни один из пассажиров не поднялся со своего места вплоть до конечной остановки.
Когда двери распахнулись, Федя почувствовал сильный запах хлеба. Они прибыли к местному хлебокомбинату, при котором был магазин, где Зоя Андреевна взяла половинку чёрного и батон. Примерно такие же наборы были и у других стариков.
– Зачем мы ехали за хлебом через весь город? – искренне недоумевал Федя.
– Здесь он свежий и на три рубля дешевле, – Зоя Андреевна говорила так, словно это были абсолютно очевидные вещи. – Теперь в поликлинику.
На этот раз, когда троллейбус остановился, телохранитель встал в дверях, перегородив собой вход.
– Стоять, не двигаться, иначе я вас всех тут!.. – пытался он взять ситуацию под контроль. – Проходите по одному, пожалуйста!
Руки, ноги, плечи и мозг телохранителя начали принимать удары. Женщины щипались и больно дрались клюшками, старики угрожали расправой и называли щенком. Федя чувствовал, что, если бы не спецподготовка, он бы не выдержал и тридцати секунд. Но он был профи, и уже через минуту все пассажиры, включая Зою Андреевну, заняли свои места, не устроив внутри транспорта побоища.
Когда троллейбус остановился на нужной остановке, толпа быстро перетекла из салона в фойе поликлиники, где смешалась с теми, кто уже был внутри, и сконцентрировалась у одного-единственного окна регистратуры.
Очередь не имела конца, превратившись в один сплошной вибрирующий улей. Шум от неумолкающих голосов стоял такой, что штукатурка отваливалась от стен.
– Мне срочно нужно к доктору, я боюсь, что не доживу пока подойдёт наша очередь, – стонала Зоя Андреевна.
Федя кивнул.
– Человеку плохо! Пропустите! – телохранитель шёл вперёд, словно танк, прокладывая путь через кишащую опасностями топь. Зоя Андреевна шла за его могучей спиной.
– Здесь всем плохо! – наткнулся он у самого окна на живую преграду, вооружённую перцовым баллончиком.
– Она при смерти! – взывал мужчина к совести.
– Я тоже! Вы что, особенные?! – заверещала женщина и уже начала надавливать на кнопку своего оружия.
– Ладно-ладно, успокойтесь, – Федя знал, что лучше не лезть на рожон: на кону безопасность клиента и всей очереди.
– То-то же, – хмыкнула женщина и попросила талончик к окулисту.
Как только одна «умирающая» отошла от окна, к нему подошла вторая. Зоя Андреевна поднялась на цыпочках и жалобно спросила:
– Скажите, а мои анализы не готовы?
– Спросите в кабинете терапевта, без очереди, – ответила угрюмая женщина по ту сторону окна и повесила табличку с надписью: «Технический перерыв».
Терапевт принимал тремя этажами выше, а так как лифт был сломан, Федя снова взял клиентку на руки,
