Читаем без скачивания Энни с острова принца Эдуарда - Люси Монтгомери

– Зато они потом не винят в этом самих себя! – возразила тётя Атосса, торжествуя, и затем направила разговор в другое русло:

– Слышала, в июне вы выходите замуж, Диана?

– Этот вопрос ещё не решён окончательно! – ответила та, краснея.

– Ну, не откладывайте это дело в долгий ящик, – наставляла Диану тётя Атосса. – Отцветёте вы быстро, – и глазом моргнуть не успеете. Вы же вся – это волосы да цвет лица!.. А Райты – все повесы, а Энни Ширли нужно носить шляпу, чтобы прикрыть эти скандальные веснушки на носу! Боже, да вы же рыжая! Ну, впрочем, каждому – своё. Господь сотворил нас всех разными. Марилле Катберт мой поклон. Ни разу не зашла проведать меня с тех пор, как я здесь обосновалась! Ну, нечего слёзы лить из-за этого! Катберты всегда считали себя выше других в округе!

– О, она просто гарпия! – в сердцах воскликнула Диана, когда они бежали вниз по дорожке.

– И даже хуже, чем мисс Элиша Эндрюс, – добавила Энни. – Одно имечко чего стоит! Атосса… неужели её звали так всю жизнь? Оно звучит довольно тоскливо. Ей надо было представлять, что её зовут Корделия! Это бы здорово помогло ей. А я когда-то только этим и спасалась, возненавидев имя Эн без «н» и «а»!

– Джоси Пай, когда вырастет, будет вылитая тётя Атосса! – заметила Диана. – Вы знаете, что мать Джоси и тётя Атосса кузины? Ох, какое счастье, что мы от неё отделались! Она такая злобная и всем портит настроение! Отец рассказал одну смешную историю про неё. В своё время был у них в Спенсервейле пастор – хороший, благочестивый человек, но… туговатый на ухо. На старости лет он уже вообще перестал слышать даже обыкновенные разговоры. В воскресные вечера у них проходили молитвенные собрания, и все прихожане поочерёдно должны были подняться и выступить. Они могли сказать что-нибудь от себя или прочесть какой-нибудь отрывок из библии, на выбор. И вот однажды вечером тётю Атоссу буквально прорвало… Она не молилась и не говорила высоких слов. Нет! Вместо этого старушка долго ругала всех, присутствовавших в тот вечер в церкви; она называла каждого по имени и воскрешала в памяти прихожан все ссоры и скандалы, в которых тот или другой участвовали за последние… десять лет! Напоследок она заявила, что сыта по горло безобразиями, творящимися в спенсервейльской церкви, и что ноги её в ней больше не будет. Разбушевавшаяся тётя Атосса предрекала, что «страшное возмездие обрушится на недостойный приход»… Окончив свою обвинительную речь, она в изнеможении опустилась на скамью, а пастор, который не слышал ни единого слова из того, что было сказано, торжественно произнёс: «Аминь! Да услышит Господь молитву нашей дорогой сестры!» Надо было слышать, как отец рассказывал всю эту историю!»

– Кстати, Диана, насчёт историй! – начала Энни, стараясь говорить тихо, конфиденциальным тоном. – Знаете ли вы о том, что в последнее время всё думаю, способна ли я написать стоящий короткий рассказ? Я имею в виду такой рассказ, который могли бы опубликовать!

– Да что тут думать-то?! Конечно вы сможете! – воскликнула Диана после того, как до неё дошёл смысл этого потрясающего сообщения. – Вы же писали такие душещипательные рассказы в нашем Клубе Сочинителей, помните?

– Ну, сейчас речь идёт не об этом, – улыбнулась Энни. – Я размышляла над возможностью создать серьёзное литературное произведение! Вот только мне немного страшновато начинать… Что если у меня ничего не выйдет? Это будет такой позор!

– Ну, я слышала, как Присцилла однажды сказала, что первые рассказы миссис Морган были ей возвращены редакцией. Но с вашими, Энни, ничего подобного не должно произойти. Надеюсь, в наши дни у редакторов больше вкуса!

– Маргарет Бартон, которая учится на предпоследнем курсе в Редмонде, прошлой зимой написала рассказ, и он, представьте, был опубликован в журнале «Канадская Женщина». Чувствую, что смогла бы написать не хуже, чем она.

– И тоже попробуете опубликовать его в «Канадской Женщине»?

– Вначале хочу предложить свою «пробу пера» более крупным журналам. Понимаете, всё зависит от того, что за рассказ у меня получится.

– А о чём хоть вы собираетесь писать, если не секрет?

– Сама ещё не знаю толком… Но вначале нужно составить план. Полагаю, редактору понравится, если всё будет разложено по полочкам. Но пока у меня есть только имя главной героини. Я назову её Аверилой Лестер! Правда, ничего звучит? Только, пожалуйста, Диана, ничего никому не рассказывайте! Об этом знаете лишь вы и мистер Харрисон. Он не слишком-то одобрил подобную затею. Говорит, что в наше время и без того столько написано всякой ерунды. Он-то думал, что я буду способна на большее после того, как целый год отучусь в колледже…

– Ну что мистер Харрисон может в этом понимать? – презрительно фыркнула Диана.

Дом Джиллисов был ярко освещён; в тот вечер в нём собралось множество гостей. Леонард Кимбэл из Спенсервейля и Морган Белл из Кармоди бесцеремонно друг друга разглядывали, сидя в гостиной; вскоре примчалась целая стайка весёлых девчат. Руби была одета в белое платье; глаза её лихорадочно блестели, щёки неестественно горели. Она беспрестанно смеялась и болтала, и когда остальные гости удалились, потащила Энни наверх, чтобы показать свои новые летние платья.

– У меня ещё есть голубое, но оно, пожалуй, слишком теплое для летней поры. Оставлю-ка я его лучше до осени! Вы знаете, что я собираюсь преподавать в Уайтсендсе?.. Кстати, а как вам моя шляпка? Вчера мне очень понравилась та, что была надета на вас, когда мы все собрались в церкви. Но мне идут шляпки более светлых тонов… Заметили тех двух глупых мальчиков внизу? Они так и пожирают друг друга глазами. И оба мне совершенно безразличны. Я влюблена в Герберта Спенсера! Может быть, именно Он, – тот, кто мне нужен! Иногда мне так кажется! На рождество я всё ещё была без ума от одного школьного учителя. Но потом мне стало известно нечто такое о нём, после чего я благополучно к нему охладела. А он чуть с ума не сошёл, узнав, что между нами всё кончено… И чего эти двое парней там расселись? Лучше б они вовсе не приходили! Мне так хотелось поговорить с вами по душам, Энни! У меня же новостей – хоть отбавляй! А мы всегда с вами были закадычными подружками, не правда ли?

Руби обняла Энни за талию и нервно рассмеялась. Лишь на мгновение их глаза встретились, и этого оказалось достаточно для того, чтобы сердце Энни дрогнуло. Лихорадочный блеск не мог скрыть смертной тоски, которая была в этих глазах.

– Заходите почаще, Энни, ладно? – прошептала Руби. – Приходите одна. Вы нужны мне…

– Руби… как вы себя чувствуете?

– Я? Ой, да я в порядке! За всю свою жизнь не чувствовала себя лучше! Конечно, всё это эмоциональное напряжение выбило меня из колеи прошлой зимой. Но вы только взгляните на мой цвет лица! Я же не выгляжу, как инвалид, не так ли?

Руби говорила почти убеждённо. Она в негодовании убрала руку, которой обнимала Энни за талию, и сбежала вниз по лестнице. Энни спустилась следом и застала её в обществе двух поклонников. Руби ещё веселее, чем обычно, подтрунивала над ними, и Энни с Дианой показалось, что они лишние. Поэтому, они вскоре начали собираться домой.

Глава 12. Победа прекрасной Аверилы

Одним сказочным вечером две девушки шагали по лощине вдоль ручья. Папоротники, подобно большим веерам, раскрывались перед ними на ветру; повсюду росла молодая, ярко-зелёная травка, и, казалось, над дикими грушами опущен белый, шёлковый занавес; цветы этих прекрасных деревьев расточали свой тонкий аромат.

– О чём мечтаете, Энни? – спросила Диана.

Энни, вздохнув, вернулась из мира грёз.

– Сочиняю в уме свой рассказ, Ди!

– О, так вы и взаправду работаете над ним?! – воскликнула Диана, вся просияв от восторга. На лице её отразился живой интерес.

– Да, и хотя я написала-то всего несколько страниц, но в голове уже созрел хороший план. Я знаю о чём писать! И у меня было достаточно времени, чтобы всё продумать. Но, мне кажется, моя героиня, Аверила, не согласится жить по «сценарию»! Не такое у неё имя, чтобы со всем соглашаться.

– Может вам тогда назвать её иначе? – беспокойно заметила Диана.

– Нет, это… не в моей власти. Думаете, я не пыталась это сделать? Но это всё равно, что наградить вас другим именем, дорогая Ди! Какие только имена я не перепробовала! И всё время останавливалась на Авериле! Но вот, наконец, мой новый план рассказа её вполне устроил, и я занялась поиском имён для других персонажей. Диана, это такое увлекательное занятие! Представляете, бессонными ночами я выдумываю имена! Главного героя будут звать Персиваль Далримпл.

– А вы уже всем своим героям дали имена? – задумчиво спросила Диана. – И если ещё нет, то можно мне придумать хоть одно?! Я бы хотела придумать имя для какого-нибудь… второстепенного персонажа. По крайней мере, тогда я бы ощущала себя вашим… соавтором, Энни!