ГЛАВА 7
Близилась полночь, когда Эйнджел наконец добралась до дома. По ровному спокойному дыханию Лей она определила, что ее подруга мирно спит в гостиной. Лей лежала на диване, свернувшись калачиком, прикрыв хвостом лицо. Видеоком работал, передавая последние новости. Комментаторы политических событий вели с экрана грязную перепалку.
— … Харпер — единственный потенциальный кандидат в президенты, кто выступает за мир… — говорил один из них, сидевший по левую сторону экрана.
— Политическое умиротворение, вы хотите сказать, — отозвался голос его невидимого оппонента.
— С тех пор, как разразился кризис, рейтинг популярности Мередита продолжает падать, —продолжил первый, не обращая внимания на замечание. — Со времен скандала с ЦРУ демократы пребывают в наихудшем положении. Если комитет сумеет добиться какого-нибудь дипломатического ре…
— Вы, должно быть, шутите, Фред. Никто всерьез не верит в то, что кандидат партии НОА способен выиграть на президентских выборах…
Эйнджел прошла мимо видеокома и услышала, что Лей за ее спиной зашевелилась. После долгого зевка та сказала:
— Наконец-то ты вернулась. Интересно, ты понимаешь, что делаешь?
— Не понимаю.
Тем временем на экране какая-то лысина просунулась в кадр и принялась кого-то отчитывать.
— Ты помнишь, что сказал о Зеленых Дейв? Страна созрела для кандидатов таких, как Хар…
Эйнджел покачала головой:
— Хотела поговорить с тем панком, который из-за меня угодил в клинику.
Лей села и потянулась. Эйнджел услышала, как хрустнули ее суставы.
— Но что он мог сказать?
— Никакая из вышеупомянутых организаций не является более радикальной, чем Зеленые, —вещала с экрана какая-то женщина.
— Не знаю, — ответила Эйнджел, — сукин сын умер.
— Что?
— … не захотел пачкаться в том же дерьме, которым обляпались все остальные демократы во время обвинения, выдвинутого ЦРУ в 54-ом. Он и не из таких переделок выходил сухим…
— Я случайно зашла в морг. Парень был там. Холоднее…
— Ты уверена, что это был тот самый парень?
— … два года понадобилось, чтобы оправиться и принять участие в выборах 56-го года. Хотя экономика стабилизировалась, этот случай «с пришельцами» едва ли мог пойти на пользу…
Эйнджел обошла кофейный столик и уселась рядом с Лей.
— Как ты думаешь, сколько там имеется татуированных пинков с болтами, похожими на переспелый баклажан? Это он.
— В новостях на эту тему ничего нового не видела.
Эйнджел взяла в руки пульт управления и положила ноги на столик. Спор на экране достиг своего апогея. Одновременно кричали трое или четверо людей
— … единственными реальными противниками демократов являются Грегг и конституционалисты…
— … поверьте мне, эти «пришельцы» были состряпаны в одной из генных биолабораторий…
— … имел хоть каплю здравого смысла, он бы уже подал в отставку и дал своему преемнику шанс.
— … НОА никогда не имели более десяти мест, и так продолжалось не менее пятнадцати лет…
Эйнджел переключила видеоком на спортивный канал и выключила звук.
— Новости смердят. Новости всегда смердят. Полиция, наверно, уже обгадилась от страха и не знает, что теперь, после этой смерти, предпринять.
— Как же этот бедняга умер?
— От компьютерного глюка.
Лей покачала головой, и Эйнджел услышала, как нервно постукивает о диван ее хвост.
— Зачем тебе нужно копаться в этом? Чего ты хочешь?
Прежде чем ответить, Эйнджел долго собиралась с мыслями.
— Если я буду сидеть сложа руки, то наверняка начну думать об этом, а к этому я не готова.
— И тем не менее придется.
Эйнджел в ожидании объяснения вопросительно посмотрела на подругу.
— Пока тебя не было, здесь побывало не меньше дюжины репортеров. Рано или поздно тебе придется встретиться с ними и поговорить.
— Но почему мне?
Эйнджел поудобнее устроилась на диване.
— И этот священник, как там его…
— Значит, опять звонил Коллор, превосходно. Какие еще новости?
— Так, еще адвокат…
— Де Гармо?
Лей кивнула.
— Хотел узнать, какие будут распоряжения относительно похорон мистера Дорсета.
— Байона.
— А?
— Ничего, — вздохнула Эйнджел.
— Может быть, теперь ты мне скажешь, откуда взялась эта машина?
Эйнджел повернулась к Лей и увидела, что та, обхватив лицо руками, не мигая смотрит на нее.
* * *
В воскресенье с северо-запада пришел грозовой фронт. Когда Эйнджел выглянула в окно, она увидела, что стальные тучи обложили небо на всем протяжении от «Золотых Ворот» [2]до Окленда. Шпили Нижнего города, еще залитые солнечным светом, четко выделялись на фоне потемневшего горизонта. Картину довершала ослепительно-белая скорлупа, поглотившая Алькатрас.
С каждым днем, вернее часом, город приобретал все более сюрреалистический вид.
Молнии яркими вспышками слева направо полосовали небо.
Эйнджел смотрела в сторону Двадцать третьей улицы. Фургон «Додж Электролайн» все еще стоял на своем прежнем месте.
— Он даже не сдвинулся с места.
— Из-за какого-то парня в этом фургоне ты собираешь целый день провести взаперти…
— У него видеоаппаратура.
Лей подошла к ней и помахала из окна.
— Но ты же не можешь вечно прятаться от репортеров. Они похожи на детей, чем больше им отказываешь в чем-то, тем более страстно они этого желают.
Эйнджел отошла от окна, и воздух потряс мощный раскат грома. Ей не хотелось говорить подруге о том, что фургон, по ее мнению, принадлежал отнюдь не репортеру. Слишком уж характерный был это фургон, — неотъемлемая принадлежность серой, неприметной, но обстоятельной работы. И парень с аппаратурой слишком уж напоминал ей, включая красноватые глаза, — того федерала, с которым она столкнулась в Центральной Больнице Фриско.
Эйнджел пожала плечами.
— Какого черта? Значит, по-твоему, это неизбежно?
Эйнджел вернулась к себе в комнату и открыла комод.
На дне ящика под грудой белья у нее хранилась не знавшая доселе применения «Беретта 031-S», девятимиллиметровый автоматический пистолет, стрелявший безгильзовыми патронами. Матовый, черного цвета, он приятно оттягивал ладонь. Из носка, хранившегося в этом же ящике, она высыпала несколько десятков патронов.
Позади послышался голос Лей:
— Что это, черт возьми?
Эйнджел даже не подняла глаз. Разрозненные компоненты она вытащила из ящика и положила их на свободное место на крышке комода.
— Давно бы пора знать, как выглядит оружие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
