Трол даже удивился, насколько быстро отреагировали оба. Он присмотрелся и только тогда понял… Аргонат был заражен червем, поэтому его реакции опережали действия нормального человека раза в три, кроме того, он слишком беспокойно спал, чтобы совсем уж не отреагировать. Но и Роват не утратил своей реакции после излечения… Ну, почти не утратил.
Удары прозвучали очень уж гулко по груди и смачно по голове. Девушка заворочалась и села. Но еще до того, как она открыла глаза, пытаясь, уже сидя, понять, что происходит, около ее горла оказалось острие меча Крохана. Она заморгала и тихонько ойкнула.
Роват стал взваливать Аргоната себе на плечо. Трол помог ему, а когда рыцарь выпрямился, протянул руку и подобрал меч предводителя горцев. Вытащил и осмотрел клинок. Меч оказался не слишком хорош, к тому же за ним не очень старательно ухаживали, заточка была слишком грубой, в долах даже виднелись пятнышки ржавчины. Но он был, без сомнения, лучшим мечом, который тут можно было раздобыть.
Крохан, не спуская с девицы ледяного взгляда, едва слышно спросил:
– Трол, ты не пережмешь ей какую-нибудь жилу, чтобы она не трепыхалась с четверть часа?
Но Трол не обратил на его слова внимания. Он смотрел теперь на девушку, и в его сознании вдруг возникла странная картина. Он увидел ее как бы в одежде, причем дорогой и с большим количеством всяких знаков власти и достоинства. Это была не просто девица из обоза и не просто подруга для похода.
Тогда Трол вытянул вперед руку, девица молча отдернулась от него, но Трол уже подхватил ее шею левой рукой, отпустив на мягкие шкуры меч. Она забилась, словно перепуганный зверек, пару раз попробовала ударить Трола кулаком в лицо, но обмякла. Метод отключения сознания был жестким, болезненным, но Трол и не собирался с ней церемониться.
Он выпрямился, огляделся. Сбоку на столе валялось подобие длинной рубашки из мягкой замши.
– Подай-ка мне эту штуку, – попросил он Крохана. Тот аккуратно, чтобы не зазвенеть, опустил меч в ножны и удивленно поднял брови. Но послушался и протянул Тролу рубаху. Тот быстро стал натягивать ее на девушку.
– Зачем? – спросил Роват, который приостановился у стенки шатра, чуть приседая, чтобы пронести Аргоната в узкий разрез.
– Не знаю, – ответил Трол. – Крохан, помоги, у меня… ловкости не хватает.
Крохан помог, причем довольно умело, словно только и делал, что одевал разных девиц в свободное от строевых учений время. Потом посмотрел на Трола, оценивая состояние Возрожденного, и с кряхтением, медленней, чем Роват, взвалил ее себе на плечо. Трол тем временем снова покрутил меч Аргоната в руках. Наконец, закинул его себе на плечо и двинулся за Роватом, который уже вылез наружу.
Помог Крохану, который зацепился рукоятью меча за дыру, да так, что пришлось снова доставать кинжал и вырезать кусок кожи, а потом они, придерживаясь островков тьмы между кострами, рысцой двинулись назад. Они успели отойти от центра лагеря шагов на двести, когда сзади раздался крик. Вероятно, кто-то из часовых у шатра Аргоната решил заглянуть внутрь.
– Быстрее, – прошипел сквозь зубы Роват.
Теперь они почти бежали. Трол с сожалением посмотрел на Ровата, он должен был бы помочь бывшему имперцу, но оказался не в состоянии сделать это. Уж очень он был слаб, едва меч волок на плече. Всякие перекладывания туши предводителя горцев с плеч на плечи только затормозили бы их сейчас.
На холме, на котором они раньше заметили стражников на конях, возникла какая-то суета. Но эти люди, которые могли отрезать им путь, больше заботились о том, чтобы их лошади не поломали во тьме ноги, и потому выбрали дальний, более пологий склон. Поэтому обошлось без стычки.
Ко рву первым, разумеется, добежал Роват. Теперь он был потным, тяжело дышал, но координации не утратил. Он стал спускаться в ров, балансируя с телом Аргоната так умело, словно тоже научился видеть в темноте. А вот Крохан не удержался на ногах и скатился по склону со звоном и грохотом, от которого могли проснуться не только стражники, но и мертвые под землей.
Конечно, он тут же вскочил, подхватил девицу, но погоня уже определила место, где они находились. Сзади послышались команды и топот пущенных галопом коней.
Взобраться на противоположный склон, под стены, было делом более простым, чем спуститься в ров. Это получилось даже у Крохана, хотя он пару раз поскользнулся и чуть было не сполз вниз. Но Трол уже поддерживал его и помогал, подталкивая снизу.
Со стены уже свисали две лошадиные упряжи, подвязанные таким образом, что в них легко и просто было вдеть бесчувственных пленников. Чем и занялся Роват. Когда девицу почти аккуратно спеленали ремнями, Трол нацепил на нее меч Аргоната, который так и не удосужился закрепить на себе. После этого он, как и было обговорено, поочередно дернул за обе веревки, и тела пленников уползли наверх, ударяясь о выступы стены.
Но погоня, к сожалению, тоже не дремала. Люди на конях с факелами оказались близко, слишком близко. Некоторые из них уже бросили поводья и выискивали цель в темноте, натягивая луки… Но над головой Трола щелкнула тетива, потом почти сразу еще одна. И всадники стали валиться, как игрушечные чурки, по которым мальчишки бросают тяжелые камни. Это Батар, приготовившись к такому обороту событий, начал свою партию.
Вероятно, он собрал арбалеты чуть не со всего замка, потому что бил с интервалом в считаные секунды, оставив необходимость их заряжать на попечение подручных. То, что это был именно Батар, Трол не усомнился ни на миг, потому что каждая стрела, пущенная в противника, находила свою жертву.
Пленников, безвольно повисших на кожаных ремнях, уже перевалили за край стены. Роват, поплевав на руки, тоже стал взбираться наверх, переставляя ноги, словно шагать по вертикали было для него самым обычным делом. С каждым перехватом рук он издавал какое-то хаканье, стараясь не сбиться с дыхания. Веревка ниже его билась, словно змея со сломанным позвоночником. Но Крохан поймал ее и попытался проделать тот же трюк с шаганием по стене, но у него не вышло. Выругавшись сквозь стиснутые зубы, капитан кадотской стражи просто стал подтягиваться сильными рывками на одних руках, и у него получилось так даже быстрее, чем у бывшего имперца.
Со стороны погони, которая, несмотря на точные выстрелы Ровата, все прибывала, тоже посыпались удары. Трол с беспокойством смотрел на друзей, поднимающихся на стену. Очень уж медленно они это проделывали, и слишком беззащитными выглядели их широкие спины… Но пущенные наугад стрелы пока не задевали их.
Наконец Роват добрался до края, его подхватили чьи-то руки со стены и втащили наверх уже окончательно. Потом до верха добрался и Крохан, он перевалился через край стены сам, издавая какое-то мычание, словно от невыносимой боли. Тогда попробовал подняться и Трол. Он уже было добрался до трети высоты стены, когда совсем рядом с ним просвистела стрела. Потом еще одна. Лучники по ту сторону рва определенно пристрелялись.
