- Не ожидал, что вы знаете латынь, - сказал он.
- Я тоже, - мистер Конноли даже не посмотрел на противника. Бросив рубашку Шеймусу, он направился в свой угол.
Арена была набита до отказа. Казалось, что все население Фри-Сити бросило свои дела и пришло сюда, чтобы стать свидетелями схватки века.
Под потолком горели десятки масляных ламп, освещая помещение красновато-желтым закатным светом.
Было очень жарко и душно. Пахло потом, и алкоголем, а от табачного дыма щипало глаза. Более отвратительного места, в котором люди собираются по своей воле, было трудно представить!
У большой грифельной доски в углу, испещренной сверху донизу мелкими каракулями, до сих пор толпились люди, делая последние ставки.
- Ну, ставят на меня? - спросил мистер Конноли, вращая кулаками и похрустывая пальцами.
- Дураков нет! - Шеймус осклабился. - Ставки один к двадцати пяти!
Внезапно в помещении воцарилась полная тишина, от которой даже в ушах зазвенело.
- Ставок больше нет! - провозгласил распорядитель. - Бой начинается!
Загудел медный гонг, и Кайзер как ураган набросился на мистера Конноли. Зал взорвался бурей оваций и таким страшным ревом, что от него пол затрясся у меня под ногами.
Кулаки немца рассекали воздух как молоты, однако ирландец с легкостью уклонялся от ударов.
Его ноги, казалось, парили над белым песком ринга. Гибкое тело мистера Конноли гнулось как камыш на ветру, уклоняясь от смертоносных ударов в самый последний миг.
Кайзер наседал, нанося удар за ударом, стараясь загнать противника в угол, однако, ловкий ирландец шутя уклонялся от атаки и, проскользнув под тяжелыми кулаками нападающего, вновь оказывался у него за спиной.
- Бей его Даллан! - завопил кто-то с противоположной стороны ринга.
Капитан Питер Крук вскочил с места и, оскалив зубы, неистово колотил себя шляпой по ногам.
Ирландец не обращал никакого внимания на то, что происходит вокруг. Его взгляд был прикован к противнику, а движения его могучего тела, казалось, синхронизировались с движением атакующих кулаков.
Уклонившись от очередной атаки, мистер Конноли пошел в наступление. Костяшки его кулака впечатались в бок немца с такой силой, что звук удара был наверняка слышен на самых дальних сиденьях арены.
Кайзер оступился и зарычал. Зал взорвался бурей оваций!
Кулаки ирландца замелькали с умопомрачительной скоростью, а немец даже не пытался уклоняться от ударов.
Его глаза сверкали, а рот кривился от боли. Пот и кровь летели в разные стороны, попадая на визжащих от восторга зрителей.
Грянул гонг и задыхающиеся бойцы разошлись по своим углам.
- Ты разбил ему губу и ухо! - восторженно завопил Шеймус, обмахивая мистера Конноли полотенцем. - А он даже не смог тебя коснуться!
Я подал ирландцу кружку с водой. Мистер Конноли прополоскал рот и сплюнул на песок.
- Он твердый как камень, - сказал он, глядя мне в глаза. - Если я слишком сильно ударю, могу остаться без руки!
- Что за глупости, - засмеялся Шеймус. - Ударь посильнее, и ты уложишь его!
Я посмотрел на руки мистера Конноли. Костяшки были сбиты в кровь, а пальцы распухли.
- Быть может, он заговорен, - кивнул я. - Тогда дело дрянь.
- Заговорен! - Шеймус закатил глаза. - Что за чушь! Не слушайте его, мистер Конноли! Лупите гада, без зазрения совести! Тут все просто, или он вас, или вы его!
- Даллан, мой мальчик! - к нам сквозь толпу протиснулся мистер Крук. - Если ты уложишь его в следующем раунде, мы заработаем состояние!
Шеймус встал так, чтобы спиной перегородить Круку дорогу, и не подпустить его к канатам.
- Сделаю, что смогу, - мистер Конноли кивнул, и поднялся на ноги.
Вновь зазвенел гонг, и бойцы бросились вперед.
На этот раз защищаться пришлось немцу. Кулаки ирландца мелькали вокруг него, как рой злых пчел, жаля со всех сторон.
Руки и плечи Кайзера быстро покрылись ссадинами и кровоподтеками, а из левого уха потекла струйка крови.
Немец внимательно следил за своим противником, позволяя ему кружить вокруг себя, но не подпускал слишком близко. Несколько раз он пытался контратаковать, однако, все его удары угодили в пустоту.
Мистер Конноли был очень ловким бойцом, да и опыта у него было предостаточно.
Вновь зазвенел гонг, и бойцы разошлись по углам.
Кайзер вновь склонился над библией, а его помощники принялись массировать ему плечи.
Мистер Конноли тяжело дышал, а кулаки у него почернели и распухли.
- Нужно приложить лед! - воскликнул Шеймус и со всех ног помчался к выходу из арены.
- Ерунда, - крикнул ему вслед мистер Конноли, но толстяка и след простыл. Ирландец покрутил головой из стороны в сторону и тихонько застонал.
- Я смогу его побить, - сказал он. - Дайте мне еще пару раундов!
Я вопросительно вскинул брови.
- У него полностью не разгибается правая рука, - мистер Конноли улыбнулся. - И правый глаз плохо видит. Дайте мне еще два-три раунда, и я его уложу!
Прибежал Шеймус с тазиком колотого льда, но тут зазвенел гонг и мистер Конноли со стоном встал.
Кулаки бойцов мелькали с такой скоростью, что за ними невозможно было уследить глазом. Было сразу понятно, что бьются мастера!
Кайзер провел длинную серию ударов и, наконец, достал мистера Конноли! С жутким треском кулак немца врезался в челюсть соперника. Ирландец рухнул на пол как подкошенный.
Немец тут же бросился вперед, рассчитывая добить противника, однако мистер Конноли откатился к канатам и спустя мгновение вновь стоял на ногах.
Левая сторона лица ирландца превратилась в маску из песка и крови, а глаз совсем заплыл.
Кулаки Кайзера замелькали еще быстрее, однако мистер Конноли оставался настороже, тогда как его противник на секунду расслабился, уверовав в свою победу.
Поднырнув под вытянутую руку противника, ирландец нанес удар снизу вверх, с такой силой, что мне показалось, что голова немца сейчас оторвется и взлетит к потолку арены!
Кайзер попятился. На его лице было написано удивление. Сделав еще несколько шагов назад, он ухватился за канаты и повис на них.
Мистер Конноли бросился вперед, но тут зазвенел гонг, и толпа, задержавшая на миг дыхание, разразилась бурей аплодисментов и криков.
Шеймус торопливо опустил руки мистера Конноли в ведерко с подтаявшим льдом.
Ирландец застонал и закусил губу. Похоже, несколько пальцев были уже сломаны.
Я взял влажную губку и осторожно принялся смывать кровь и песок со щеки бойца. Глаз выглядел неважно. Плоть вокруг глазницы вздулась и приобрела неприятный фиолетовый оттенок.
Мочка левого уха была надорвана и из ранки постоянно текла кровь, заливая спину и грудь ирландца, разрисовывая его тело новыми причудливыми рисунками.
- Этот раунд будет последним, - прорычал мистер Конноли. - Я уложу его, во что бы то ни стало!
Кайзер сидел в углу и пристально смотрел на нас. Его могучий кулак лежал на библии, словно заряжаясь от нее силой, а помощники обмахивали его полотенцами. Выглядел он уже не таким самоуверенным, как в начале схватки.
- Пусть вам поможет ваш бог! - сказал я, и сжал мокрое от крови и пота плечо ирландца.
- Эрин го бра! - закричал Шеймус, и завертел над головой своим полотенцем.
По сигналу гонга бойцы вновь сошлись в центре ринга. Их руки были подняты, кулаки сжаты, а глаза сверкали как кометы.
- Сейчас он его добьет! - осклабился Шеймус. - У немца что-то подломилось внутри! Уж можешь мне поверить! Я в боях разбираюсь!
Огромная нога немца, обутая в тяжелый черный ботинок, взлетела вверх и обрушилась на голову ирландца.
Мистер Конноли успел закрыться рукой, однако удар был такой силы, что он едва не упал.
С ужасом я увидел, как кисть его левой руки повисла как плеть. Ирландец поменял стойку, но было слишком поздно.
Немец крутанулся на левой ноге, и пятка тяжелого ботинка врезалась мистеру Конноли в челюсть.
Раздался леденящий душу треск, и ирландец рухнул ничком на пол. Его тело безвольно завалилось на бок, а руки расползлись в разные стороны.
Потрясенная толпа на миг затихла, а потом, придя в себя, завыла и затопотала ногами, как тысяча лесных духов.
- Вот и все, - сказал я, чувствуя, как что-то обрывается у меня внутри.
Шеймус все еще стоял, открыв рот, и держа в руке полотенце. Его взгляд переместился с лежащего на песке мистера Конноли на громадного немца, который проверял пульс у поверженного противника.
- Кайзер владеет Саватом! - пробормотал он. - Я видел однажды что-то похожее в марсельском порту!
Немец покачал головой, глядя на судью, и поднялся с колен.
- Победил Кайзер! - закричал распорядитель.
Зал разразился восторженными воплями.
- Кайзер! Кайзер! Кайзер! - неслось со всех сторон.
Я перепрыгнул через канаты, и склонился над мистером Конноли. Глаза ирландца были открыты, но он уже не дышал. Его челюсть была свернута на бок, изо рта текла кровь, а между поломанных зубов торчал посиневший язык.
- Кайзер! - закричал я.
