из всех, что я видел, – расслышала Эмма шёпот мальчика по имени Харрисон. Телефон продолжал путешествовать под партами по классу. – Нос сделан просто гениально!
Сердце у Эммы гулко заколотилось. Они ведь не могут говорить о том фото, которое кто-то запостил в её блоге, правда? Она же стёрла его! Наверное, у неё просто развивается паранойя. Разве что…
– Где ты это взяла? Я думала, что она всё стерла, – услышала она чей-то шёпот.
– Это скриншот. Я сейчас тебе перешлю…
Рука Эммы взметнулась вверх: она вдруг почувствовала, что её тошнит.
– Можно выйти, миссис Коул? Я плохо себя чувствую.
– Это уже не в первый раз, Эмма. До конца урока осталось десять минут, ты сможешь пойти к медсестре на перемене.
Эмма сидела в классе до самого конца урока, пытаясь не обращать внимания на шёпот вокруг, на смешки, на едкие комментарии. Когда звонок наконец прозвенел, она выбежала из класса прежде, чем кто-либо смог сказать ей в лицо хоть слово. В вестибюле ещё несколько учеников рассмеялись, когда она проходила мимо. Даже Хавьер согнулся пополам от смеха над своим ноутбуком. Она схватила его за рукав и оттащила в сторону.
– Что там? – спросила она его. – Говори!
– Э-э… а ты разве не знаешь? – спросил он, смутившись. – Это… э-э… везде.
– Что? Что везде? – настойчиво повторила Эмма.
Он открыл ноутбук – это было письмо с темой «Ты должен это увидеть!». Когда мальчик кликнул на него, на экране возникло её фото с гигантским носом.
– Извини, – сочувственно пожал плечами Хавьер. – Ты кого-то серьёзно рассердила, раз человек сделал это и разослал по всей школе.
Эмма проверила адрес – письмо пришло с аккаунта, о котором она никогда не слышала, это не был один из школьных адресов. Не было никакой возможности узнать, кто за всем этим стоит и как далеко это может зайти.
Эмма увидела у шкафчиков хохочущих Джорди и Сейдж. Она подумала, не связано ли это с её фото, и решила выяснить это.
– Это ты сделала, Джорди? – спросила она.
Джорди захлопала ресницами:
– Сделала что? А, ты имеешь в виду то твоё ужасное фото? Это не в моем стиле – мне не приходится обрабатывать в фотошопе свои фото. Я даже не знаю, как это делается.
– Значит, это сделала ты, Сейдж! – заявила Эмма.
– Не надо меня во всем обвинять, – ответила та. – Может быть, это одна из твоих подруг. Они были не очень-то веселы сегодня утром.
– Хэрриет и Иззи никогда бы ничего такого не сделали! – воскликнула Эмма. «Правда? Не сделали бы?»
– Удачи тебе, – махнула рукой Джорди. – Надеюсь, ты найдёшь того любителя совать повсюду свой нос, который запостил твоё фото. Уловила? «Любителя совать свой нос!» – и она рассмеялась Эмме в лицо.
Эмма бросилась к классу мистера Годдарда – она должна рассказать ему, что происходит!
Джексон, увидев, как она бежит вверх по ступенькам, бросился ей вдогонку.
– Эмма, погоди! – крикнул он ей вслед. – Я слышал, что случилось. Я могу чем-то помочь?
Она остановилась на площадке третьего этажа:
– Можешь оставить меня в покое. Ты всё равно не поймёшь.
– Попробуй мне рассказать, – сказал он, задыхаясь от бега. – Я умею слушать. – В этот момент она поняла, что именно эти слова она произнесла, когда они только познакомились. Он коснулся её руки, лежащей на перилах, и Эмма не выдержала:
– Это несправедливо! – Она чувствовала, как у неё по щекам текут слезы. – Я такого не заслужила!
– Да, не заслужила, – тихо сказал Джексон. – Я тоже.
Эмма посмотрела на него:
– В каком смысле ты тоже?
– Ты спрашивала, почему я перешёл в другую школу, – ответил он. – Ну вот это одна из причин. Некоторые ученики меня травили, и родители решили переехать сюда, поближе к бабушке с дедушкой, чтобы я мог в другой школе начать с чистого листа.
– Тебя травили?!
– Да. Я знаю, что в это трудно поверить – настолько я крутой и симпатичный, верно? – улыбнулся он.
В голову Эмме закралась ужасная мысль: «А вдруг травля зайдёт так далеко, что мне тоже придется переехать и поменять школу?» Она любила свою комнату небесно-голубого цвета и свой дом с постоянно застревающими автоматическими воротами. Она не может просто собрать вещи и уехать, позволив ситуации выйти из-под контроля.
– Не позволяй им сломить тебя. Ты сильнее, чем они все, – заверил её Джексон.
Она хотела обнять его за эти слова, но испугалась, что может только отпугнуть. Вместо этого она шлёпнула его по руке – ведь мальчишки именно так поступают?
– Ой! – воскликнул Джексон. – Я сказал, что ты сильнее, но тебе необязательно это доказывать. У меня легко появляются синяки.
– Прости, – смутилась она. – Всё будет нормально. И спасибо, что доверил мне свою тайну. Это очень много значит для меня.
Джексон покраснел, и Эмма поняла, что наконец-то достучалась до него.
– Ну да, по тебе было видно, что тебе это нужно, – сказал он, взлохматив себе волосы рукой.
Она поднялась на последний этаж и нашла мистера Годдарда за столом в компьютерном классе. По тому, как он нахмурился, было ясно, что ему всё известно.
– Я получил имейл, – сказал он, покачав головой. – Кто-то разослал его с нового адреса всем ученикам и даже учителям. Я заблокировал адрес и удалил его с сервера, но, похоже, письмо уже разлетелось по всей школе.
– Не помогло даже, что я удалила это фото из блога, – сказала Эмма. – Некоторые сделали скриншот и теперь пересылают его друг другу. А мы можем что-нибудь предпринять?
Мистер Годдард вздохнул:
– Боюсь, немного. Я сразу же сообщил миссис Бейтс. Она сказала, что попросит любого, у кого есть какая-либо информация об этом, сообщить её, и мы будем тщательно разбираться в случившемся. Я обещаю тебе: мы разберёмся в ситуации.
Эмма покачала головой. Никто не выдаст того, кто разослал это фото, и никто не признается, что сделал скриншот и распространяет его. Это всё равно, что искать иголку в стогу сена.
– Думаю, об этом нужно сообщить твоим родителям, – предложил мистер Годдард.
– Что? Зачем?
– Потому что это не просто пранк, Эмма. Это кибербуллинг.
– Я должна что-то сделать, – твёрдо сказала Эмма учителю. – Я должна как-то на это ответить.
Мистер Годдард забеспокоился:
– Не уверен, что это хорошая идея. Возможно, лучше приостановить твой блог, пока всё не успокоится.
Эмма встала:
– Нет. Это как раз то, чего они добиваются. Кто бы ни был этот человек или группа людей, они хотят, чтобы я перестала давать советы. – Она разозлилась, но что гораздо важнее – была настроена решительно. – Я хочу использовать ситуацию, чтобы привлечь к
