Должен же быть какой-то компромисс? Можно ли как-то убедить отца, что она в безопасности, а самой тем временем воплощать в жизнь свои мечты? Можно ли жить своей жизнью и не чувствовать себя при этом птичкой в золотой клетке?
— Нет, не в порядке, — огрызнулся Рейф, угрожающе поглядывая на двух телохранителей, вставших по обе стороны от Нины. — Мы идем в мой кабинет, там и поговорим, — выпалил он, отступая в сторону, чтобы Нина первой вышла из галереи.
По блеску в его глазах, плотно сжатым губам, напряженной челюсти и гневно раздутым ноздрям Нина догадалась, что Рейф едва может держать себя в руках.
Она и не подозревала, что он настолько темпераментный, ведь обычно Рейф был расслабленным и очаровательным, он на все смотрел с иронией.
Нина не могла понять, в чем причина его злости сейчас. Вчера они поужинали, после провели вместе ночь, насладились друг другом целиком и полностью, — тело Нины до сих пор приятно болело, — что же не так?
Разве это не в его правилах — никаких привязанностей, обещаний, ожиданий ни с одной, ни с другой стороны? Прошлый опыт отношений Рейфа с женщинами говорит о том, что именно так ему нравилось жить. И именно так Нина решила вести себя с ним.
— Я занята, Рейф.
— Сейчас же, Нина! — процедил он.
— Мистер Д’Анджело, вам не следует говорить с мисс Палитовой в таком тоне.
— Не лезь! — гневно обратился Рейф к телохранителю — Ричу или Энди, какая разница.
Какое облегчение, что можно сорвать злость на ком-то еще!
Рейф разозлился, как только осознал, что Нина ушла от него, даже не попрощавшись. Еще больше его раздосадовало то, что она даже не оставила ему номер телефона, по которому он мог бы связаться с ней, ведь звонить ее отцу, чтобы поговорить с Ниной, Рейф не собирался. Старику наверняка уже сообщили, где провела ночь его дочка, и у него уж точно есть собственное мнение на этот счет.
Рейфу было совершенно безразлично, что думает Дмитрий Палитов, он лишь хотел поговорить с Ниной.
Он быстро принял душ, оделся и поехал к Нине домой, но все напрасно. Двое мужчин за столиком консьержа — очевидно, очередные охранники Палитова — сообщили лишь, что мисс Палитовой в настоящий момент нет дома.
Эта двусмысленная фраза заставила Рейфа задуматься: Нины нет дома, или это для него ее нет на месте?
Рейф был в отчаянии и все спрашивал себя, почему Нина решила так внезапно уйти. Но знать он этого не мог, и не было никого, кто бы мог ответить на его вопросы. Рейф отправился в «Архангел», решив позже снова заехать к Нине, но, как только он зашел в галерею, ему сказали, что она уже здесь и в данный момент, как и в последние три дня, работает в восточной галерее, готовит выставку драгоценностей.
Он прямиком направился в восточную галерею, где и увидел Нину: она стояла на четвереньках, спокойно разбирая коллекцию украшений в одной из витрин, словно накануне между ними ничего не было. Словно она не уходила из квартиры Рейфа, пока он еще спал. Словно ему должно быть все равно, почему она так поступила.
Рейф был сбит с толку, тревога и беспокойство жгли его изнутри, превращаясь в ярость. Он понимал: это оттого, что вчера ночью он открылся Нине, ослабил защитные механизмы, доверился ей, как никогда ни одной женщине.
Чего он сейчас уж точно делать не собирался, так это выяснять отношения с ее накачанными друзьями.
— Нина, мы либо поговорим здесь, либо у меня в кабинете, — ледяным тоном сказал он. В его глазах полыхала злоба. — Выбирай сама.
Нина действительно не понимала, что так разозлило Рейфа. Она думала, он будет рад проснуться один, ведь именно этого мужчины и ожидают в подобных ситуациях.
В одном она согласилась с Рейфом: нельзя продолжать этот разговор перед Ричем и Энди. Ее телохранители были готовы накинуться на Рейфа, а он явно провоцировал их.
— Хорошо. — Нина сняла тонкие хлопковые перчатки, в которых работала. — Ребята, присмотрите за коллекцией, — сказала она Ричу и Энди и непринужденно добавила: — Я ненадолго.
— Это вряд ли, — пробормотал Рейф, когда она прошла мимо него.
Нина оглянулась. Она уже тоже начинала злиться. Рейф мрачно следовал за ней, не произнося ни слова. Он не пытался объясниться, ни пока они шли по коридору, ни пока поднимались по лестнице.
Все изменилось, как только Рейф запер за ними кабинет. Нина оказалась прижата спиной к двери, а Рейф навис над ней, поставив руки по обе стороны от ее головы. Ей это не понравилось, и она нахмурилась, но Рейф был так близко от нее! Тело предало Нину, вмиг отреагировав на это: она ощутила растущее возбуждение, ее соски набухли, она почувствовала знакомую влагу между ног.
— Что тебе нужно? — полным раздражения голосом сказала девушка, сердясь больше не на непонятное поведение Рейфа, а на собственное тело.
Он, прищурившись, смотрел на нее:
— Ты ушла.
— Что?
— Почему ты ушла утром, Нина?
Она озадаченно покачала головой:
— Не понимаю вопроса.
— О, значит, это нормально для тебя — сбежать из дома мужчины, даже не попрощавшись, после того, как переспишь с ним? — прорычал он.
В глазах Нины мелькнула злость.
— Я не сбегала.
— А как еще это называть? — процедил он.
— Когда я проснулась, ты еще спал, а мне нужно было поехать домой, принять душ и переодеться перед работой! — огрызнулась она.
— Не сказав ни «доброе утро», ни «до свидания»?
Нина пожала плечами:
— Говорю же, ты спал.
— Мы с тобой провели незабываемую ночь. Ты не подумала о том, чтобы разбудить меня перед уходом?
— Нет. — Она вскинула подбородок. — Ты сказал, Майкл приезжает сегодня.
— Сегодня вечером, а не утром, — нетерпеливо ответил Рейф. — К тому же едва ли мой брат удивится, увидев в квартире женщину.
— Едва ли, — согласилась она ехидно. Действительно, харизматичным братьям Д’Анджело к такому не привыкать.
Речь, конечно, не о Габриэле, он теперь женат, но Нина не сомневалась в том, что братья то и дело сталкивались с любовницами друг друга по утрам. Даже суровый и замкнутый Майкл был настолько хорош собой, что женщины к нему так и липли, хотя, что касается личной жизни, он наверняка куда более скрытен, чем его младшие братья. Именно этот ореол замкнутости, которым окружил себя Майкл, и притягивал к нему женщин.
— Но лучше бы ему меня там не видеть, — решительно добавила Нина.
Несколько долгих минут Рейф пристально смотрел на Нину, затем оттолкнулся от двери, резко повернулся к ней спиной и встал у окна. Он засунул руки в карманы брюк, борясь с желанием схватить ее за плечи и как следует встряхнуть.
