Вскоре Рой попросил разрешения удалиться. Арман пошел с Роем.
- Не могу сосредоточиваться на людях, - пожаловался Рой Арману. Временами я завидую Генриху: он способен размышлять в любой обстановке, ему нужно только увлечься. И размышляет он легко и стремительно, а я тугодум.
Арман поинтересовался, что обнаружено в Музее Джексона.
- Надо проверить труп обезьянки, - сказал он, выслушав Роя. - Это сделаем гамма-искателями, не вскрывая могилы. Думаю, Артемьева удастся уговорить на обследование. Если не возражаешь, этим займусь я.
2
В сознании Андрея не возникало ни четких мыслей, ни бредовых картин: мозг то пробуждался - слабенькое пульсирующее излучение свидетельствовало, что клетки живут, - то снова погружался в дремоту. Жизнь на самом низком энергетическом уровне - такой формулой определил состояние электронный медик.
- Почти начисто сгорел парень, - отвечал главный врач университетской клиники Кон Араки на запросы о пострадавшем. Араки был человек, он высказывался с обычной человеческой неточностью. И если вначале у Роя была надежда, что Андрей очнется и поможет распутыванию нового происшествия, то скоро он с этой надеждой расстался. Он так сумрачно и объявил Генриху и Арману, явившимся после его очередного разговора с врачами.
- Зато есть новости об обезьянке! - сказал Арман. - И не только о ней, друг Рой, но и о Спенсере с Гаррисоном, и о снотворце Артемьеве!
- Начинайте с обезьянки, - сказал Рой. - В каком состоянии труп? Труха? Сто лет все-таки прошло после ее смерти.
- Обезьянки нет. В гробу, в котором ее хоронили, нет никаких останков.
Рой с недоумением посмотрел на Генриха. Улыбающийся брат молчал. Это было его любимое состояние во время общего разговора: внимательно всех слушать, улыбаться каким-то своим мыслям, а если вступать в беседу, то лишь при вопросах, от которых нельзя отмолчаться.
- Выходит, Джексон похоронил пустой гроб?
- Тело было, но за сто лет оно испарилось.
- Сгнило - так говорили когда-то, Арман. Словечко грубое, но точное. Не вижу причин, почему надо от него отказываться.
- Есть такие причины. Не гниение, а испарение или возгонка. Если тебе нравится больше другое словечко, пожалуйста, - сублимация. На стенках гроба образовался налет, плотный, как эмаль, - и это все, что сохранилось от Олли. Но это лишь часть новости, Рой, и не самая важная. Химический анализ осадка показал, что Олли была не углеродо-водородо-кислородного строения, как земные существа, а кобальто-стронциево-гелиевого.
- Что ж, мы и раньше предполагали, что Олли - внеземной гость, сказал Рой. - А что о Спенсере и Гаррисоне?
Было ясно, что Арман выкладывает главную новость:
- Помнишь странное явление, замеченное Винклером на Марсе?
- Тело Спенсера там быстро ссыхалось. Неужели и в консервирующей атмосфере...
- Да, Рой, точно такое же явление, как с Олли. Тело Спенсера испарялось и оседало на внутренних стенках его саркофага. И если бы Араки не принял более действенные меры консервации, Спенсер скоро превратился бы в куколку.
- А Гаррисон? - с волнением спросил Рой. - Ты понимаешь, как нам важно полностью сохранить хотя бы Гаррисона!
Арман успокоил Роя. Тело Гаррисона не подвергалось возгонке, теперь прекратилось и высыхание Спенсера. Кстати, высыхание, или мумифицирование, как назвал это явление Араки, - термин неточный, он характеризует лишь начало процесса, когда из клеток тела испаряется вода.
- Такой воды в теле девяносто процентов, - возразил Рой. - Вполне достаточно, чтобы потеря ее непоправимо изменила облик...
Арман подтвердил кивком, что именно так. Пример Олли показывает процесс на испарении не закончится. Нет сомнения, что без мощных консервирующих средств Спенсер, а вероятно, и Гаррисон сублимируют без остатка, то есть превратятся в конечном итоге в плотный, как эмаль, осадок, который равномерно покроет внутренние стенки их гробов.
- Подожди, Рой! - закричал Арман на протестующий жест Роя. - Все знаю, что скажешь: Олли не человек, с ней это возможно, а Спенсер и Гаррисон - люди, твердая основа человеческого тела рассыпается в прах, но не испаряется. Так вот, слушай самое поразительное. Клеточная структура Спенсера и Гаррисона во многом отличается от человеческой!
И Арман с торжеством объявил, что, не ограничившись установлением возгонки Спенсера и Гаррисона, он проделал химический анализ. До детального изучения клеток не дошло, такое исследование наспех не произвести, но составлено общее представление о том, из каких элементов состоят тела погибших. Так вот, химический состав тела Спенсера и Гаррисона существенно отличается от состава кобальтово-стронциевой Олли, но не совпадает и с человеческим. И главное отличие - в теле Спенсера раза в три больше гелия, раза в четыре больше стронция, в восемь раз больше кобальта и фосфора, чем у нормального человека. Те же отличия, только количественно более слабые, найдены и у Гаррисона.
Рой пристально глядел на излагающего свои открытия Армана.
- Ты все свои новости выложил? Я жду самой потрясающей. Неужели и Артемьев...
- Человек, человек! - Арман захохотал: мысль, что сновидец не земной структуры, показалась ему забавной. - Между прочим, он с охотой согласился подвергнуться исследованию. Но и тут есть новость: волновая характеристика "Горилл у космопульта" резко отличалась от типичной для Артемьева, но зато всеми волнами и обертонами...
Рой прервал Армана:
- Догадываюсь. Совпала с характеристикой бреда Генриха и с излучением, которое генерировал мозг Гаррисона?
- Совершенно верно! - Арман воскликнул с восторгом: - Наконец-то ситуация проясняется! Что ж не радуешься, Рой?
Рой нажал на кнопку. Глухая наружная стена стала прозрачной для света, проницаемой для звуков. Рой подошел к стене, превратившейся в исполинское окно.
С двадцать четвертого этажа был хорошо виден северный сектор Большого бульварного кольца - разноцветные стоэтажные здания, мосты над улицами и площадями, причальные пятачки для авиеток на крышах и террасах. По мостовым переходам ходили люди, бегали веселые мальчишки и девчонки; эти дороги, проложенные на головокружительной высоте, издавна служили для беготни и прогулок, их любили больше, чем пустынные аллеи парков и бульваров, - с них открывался величественный пейзаж огромного города.
И всюду, куда Рой ни обращал взгляд, в воздухе мелькали авиетки сотни, тысячи авиеток - многокрасочных, ярких, бесшумных, стремительных, надежных. За безопасностью их полетов следили автоматические диспетчеры. В Столице люди привыкли жить в трех измерениях, они предпочитали высоту поверхности, они лишь касались земли, чтобы тут же взмыть ввысь. А между ними, между пятнадцатью миллионами веселых, энергичных, трудолюбивых жителей Столицы, еще недавно ходили странные существа, псевдолюди, маски среди лиц... Зачем они появились? Что они несли с собой?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
