войны я не торгую информацией. − Флес пристально посмотрел на Стайка, задержав взгляд на его шрамах. − Но я не глухой. Что ты ищешь?
Стайк обдумал план действий, глядя на шпагу, висевшую на стене за спиной Флеса. Его следующие слова могут иметь серьёзные последствия. Если втянуть Старика Флеса в вендетту, тот может погибнуть, и тогда Ибана точно его убьёт. Но Стайку нужна помощь.
− Черношляпники так же влиятельны, как и во время войны? − спросил он.
Флес фыркнул.
− Во много, много раз влиятельнее. Они одна из причин, почему я вышел из информационного бизнеса. Если работаешь в Лэндфолле, то работаешь на черношляпников, а я в этом не заинтересован. В войну они были просто кучкой головорезов и шпионов, а теперь... − Флес осёкся. − Не стоит с ними связываться.
− Они доставляют тебе неприятности?
− Каждые несколько месяцев я откупаюсь от них коробкой брака. Даю их чиновникам средней руки возможность похвастаться клинками Флеса, не опасаясь испортить мою репутацию.
Стайк не смог сдержать усмешки. Флес стареет, но по-прежнему так же остёр, как его клинки. Когда он перешёл к следующему вопросу, усмешка пропала.
− А... − Стайк набрал воздуха. − Фиделис Джес?
Флес скривился, словно укусил лимон.
− По-прежнему руководит черношляпниками. Как всегда безжалостен. Раз в пару месяцев в разделах светской хроники пишут, что он убил кого-то важного, и, похоже, он этим упивается.
− Линдет прощает ему открытые убийства? − удивился Стайк.
− Не совсем. Он каждое утро оставляет в своём расписании время для хотя бы одной дуэли. Бросить ему вызов может кто угодно, только без огнестрельного оружия и магии. Его так ненавидят, что дуэли расписаны на недели вперёд, но он ни разу не проиграл.
Стайк крепче сжал рукоятку ножа.
− Ты хочешь сказать, что я могу просто пойти туда и бросить ему вызов?
Это казалось слишком легко.
− И будешь дураком, − фыркнул Флес. − Нельзя бросать вызов противнику на его территории. Кроме того, ты сейчас выглядишь так, будто по тебе проехался армейский обоз, а Джес сейчас опасен как никогда. − Флес погрозил ему пальцем. − Не поддавайся искушению, или я скажу Ибане и она надругается над твоим трупом.
− Я не дурак, − ответил Стайк, хотя перспектива была соблазнительной. − Мне доставит гораздо больше удовольствия страх на его лице, когда он проснётся глубокой ночью от моих рук, сжимающих его горло.
− Мечтать не вредно, − согласился Флес. − Но вероятность такого шанса близка к нулю. Черношляпники жестоко расправляются с любой угрозой. Тебе следует держаться подальше от них и от Фиделиса Джеса.
Стайк подумал о задании Тампо.
− Пока что буду. Но уклоняться от них вечно я не стану.
− Надеюсь, у тебя есть веская причина.
− Джес пытался сорвать моё досрочное освобождение. Не знаю, почему, но если ему было известно, что я в трудовом лагере, то, возможно, именно он меня туда засадил. А если не он, то он знает кто. У меня перед ним должок за это. И... − Стайк показал изуродованной рукой на глубокий шрам от пули на лице. − ...за это.
− Что ты хочешь знать? − тихо спросил Флес.
− Всё о нём. Привычки, друзья. Хочу знать, где он срёт и где ест. Хочу знать, насколько крепко Линдет держит его на поводке.
От этих слов лицо Флеса слегка помрачнело. Он несколько мгновений изучал Селину, потом перевёл взгляд на Стайка.
− Я посмотрю, что смогу сделать.
− Спасибо.
− Он будет тебя искать?
− Не знаю. − Стайку это не приходило в голову, но он мысленно выругался. Если Фиделис Джес предпочитал держать его в лагере, то рассердится, когда узнает, что он на свободе. − Может быть.
− Буду держать уши востро, − сказал Флес. − Но мне придётся быть очень осторожным.
Стайк огляделся, и внезапно мастерская показалась ему чужой. Он так давно здесь не был.
− Я ценю помощь. Когда Ибана вернётся...
− Я скажу ей, чтобы разыскала тебя.
− Ещё раз спасибо.
Стайк взял Селину за руку и, выскользнув из-за шторы, направился к выходу. Он так глубоко задумался, что почти не замечал глазеющих на него подмастерьев.
− Бен! − позвал Флес.
Стайк повернулся вполоборота к старому оружейнику.
− Да?
Флес проковылял на середину магазина и задумчиво посмотрел на него снизу.
− Рад был увидеть тебя, − негромко произнёс он. − Бешеный Бен Стайк вернулся, чтобы задать жару?
Стайк вытянул руки, чтобы рассмотреть мундир, и отцепил значки с лацканов. Спрятал их в карман штанов и сунул руки в рукава. Мундир по-прежнему был ему впору, разве что чуть свободен. Расправил плечи. Внутри пропал узел, о котором раньше и не подозревал. Сжал кулак, чувствуя на пальце тяжёлое уланское кольцо.
− Да.
Глава 8
Влора сидела на плетёном стуле во дворе у Виллема Марша, в одном из самых популярных открытых кафе Лэндфолла. Солнце уже село, но на хорошо освещённой дощатой набережной по-прежнему было шумно и многолюдно. Доки скрипели под напором набегающих волн, моряки сражались в кости и ссорились из-за проституток. Попивая кофе, Влора наблюдала за толпой, ожидая поножовщины.
Бездна, как хорошо снова оказаться в настоящем городе.
На мгновение её плечо сжала чья-то рука, и на соседний стул опустился Олем. Не успел он усесться, как начал крутить в пальцах новую сигарету.
− Ну? − спросила она.
Олем улыбнулся сквозь облако дыма. Такой дерзкой, непринуждённой улыбки Влора не видела уже несколько месяцев, и у неё забилось сердце.
− Нашёл для нас комнату, − сказал он. − В «Воспалённой Бородавке» в Верхнем Лэндфолле. Водопровод с горячей водой, по вечерам жареная свинина на вертеле и кровать, на которой можно спать даже поперёк.
− Я не собираюсь много спать.
Олем подался к ней, сдвинув брови.
− Я тоже.
Влора закатила глаза.
− Из-за моего дара, − объяснил Олем с притворной серьёзностью. − Мне не нужен сон.
− Знаю! − Влора взяла у него сигарету, затянулась и вернула обратно. На мгновение задержала дым и медленно выдохнула через ноздри. − И ты прекрасно понял, что я имела в виду.
Олем ухмыльнулся. Вот зануда, всё он понял.
− Заплатил за комнату небольшое состояние, но думаю, что она того стоит.
Влора ткнула кулаком ему в плечо.
−
