кофе и шоколада со специями для Селины и, задумавшись, уставился куда-то между Влорой и Олемом.
− Так, сказки, − произнёс он.
− Что ещё за сказки?
− Похоже на людей-драконов из рода дайнизских императоров, которые когда-то правили этими землями. Кезанцы уничтожили их шестьдесят или семьдесят лет назад − те им досаждали, − и с тех пор их не видели. В детстве я слышал сказки о них. «Если не будешь есть суп, люди-драконы утащат тебя в болото». Что-то в этом роде.
У Влоры волосы встали дыбом. Она немало знала о преданиях и сказках и о том, насколько правдивыми они могут оказаться.
− Один из них уложил почти сорок моих людей в форте Самнан, − сказала она. − В конце концов мы его убили, но мне не доводилось видеть никого, подобного ему, если не считать пороховых магов или избранных.
Стайк провёл рукой по коротким седым волосам и тихо выругался.
− Бездна, неужели они ещё существуют?
− Похоже, что существуют.
Влора сплюнула. Не хватало ещё, чтобы старые сказки ожили до того, как её контракт закончится и она уберётся из этой проклятой страны.
− Я хочу знать, есть ли в городе ещё кто-нибудь из них. Скоро мы настроим против себя всех пало в Лэндфолле, и я не хочу, чтобы появились другие люди-драконы.
− Я проверю, − пообещал Стайк.
Он взял у официанта кофе и шоколад для Селины, но девочка спала. Влора подавила желание покачать головой. Бездна, ну и зрелище: ягнёнок и лев.
Она протянула через стол руку Стайку.
− Добро пожаловать в «Штуцерники», Бен Стайк. Не терпится увидеть вас в деле.
Глава 9
Микель ждал возле кабинета капитана Блейсделл, которая возглавляла публичную сторону расследования. Карманные часы отсчитывали минуты. Микель сделал мысленную заметку вызвать к матери мастера. Нужно заделать крышу, починить стул. Ему предоставили неограниченный бюджет на поиски железных роз, и он размышлял, будет ли кто-нибудь проверять его траты или можно спокойно заплатить мастеру деньгами черношляпников?
− Джес назвал меня расходным материалом. Зачем следствию понадобился расходный следователь? − тихо спросил он себя, глядя на дверь капитана Блейсделл.
И ответил циничным тоном:
− Он угрожал убить тебя в случае неудачи.
− Ничего подобного.
− Этот человек убивает людей вместо утренней зарядки, и его прощальные слова были и впрямь зловещими.
− Черношляпники не тратят ресурсы впустую, а серебряная роза вроде меня − это ресурс. Мы все в этом дерьме.
− Может, ты расходный материал, потому что, как он полагает, дело будет опасным.
Предвосхищая собственный ответ, Микель обдумал возможные последствия. Расследование может оказаться опасным. Выдававшие себя за черношляпников знали, на какой риск идут. Если их найдут, то будут пытать и казнят, а их друзей и родных отправят в трудовые лагеря. Если они пошли на такой риск, то без колебаний решатся на насилие.
− Или, − размышлял он вслух, − «расходный материал» означает, что он может похоронить мою карьеру, если по какой-то причине всё пойдёт не так.
Микель не предполагал, что именно пойдёт не так, но охотно признавал, что Фиделис Джес умнее его. Нельзя управлять тайной полицией Лэндфолла, не умея предвидеть множество вариантов развития событий.
Микель набрал побольше воздуха. Нечего тратить силы на беспокойство. Нужно сосредоточиться на конкретном задании, а для этого нужно поговорить с капитаном Блейсделл.
Как только он об этом подумал, дверь кабинета открылась. Блейсделл оказалась худощавой женщиной лет сорока-пятидесяти с задумчивым узким лицом, в пенсне на кончике носа. Прежде она работала в полиции, и черношляпники пригласили её помочь с организацией расследования. Формально она была серебряной розой, но все обращались с ней как с золотой. Она принадлежала к тому типу людей, которые составляли костяк черношляпников: неподкупная, компетентная и лишённая амбиций.
Она никогда не получит повышения, но и не потеряет своего звания. Иными словами, не сдвинется с места.
− Вы Микель Бравис? − спросила Блейсделл, пропуская его в кабинет.
− Да, мэм. Спасибо, что согласились принять.
Микель несколько раз встречался с ней, но не удивился, что она его не помнит. В конце концов, черношляпников много, а он очень хорошо умеет смешиваться с толпой. Спасибо покойному отцу за неприметное лицо, которое большинство людей забывают уже через несколько минут.
− У меня не было выбора. − Блейсделл села за стол и показала на ящики в углу. − Приказ пришёл непосредственно из кабинета гранд-мастера. Насколько я поняла, вам нужно предоставить доступ к любой информации по моему делу.
− Так точно, мэм.
Блейсделл побарабанила пальцами по столу. Судя по устремлённому на посетителя взгляду, она была не слишком настроена делится информацией.
− Почему?
− Полагаю, это засекречено.
Микель понятия не имел, сколько рассказали Блейсделл, и, честно говоря, ему не хотелось объяснять ей всё.
− Вы полагаете?
− Совершенно уверен. Имеет значение лишь то, что мне нужна вся информация, которую вы нарыли за последние пару дней.
Блейсделл откинулась спинку стула и водрузила ноги на стол. С её лица не сходило неприязненное выражение.
− Это дело − фарс, − сказала она. − Мне выделили минимум людей. Через пару дней выставим напоказ козла отпущения и закроем дело. Зачем вам наша информация?
У Блейсделл были странные отношения с черношляпниками. Она входила в их ряды и в «Шляпном магазинчике» к ней хорошо относились, но, похоже, она никогда не доверяла коллегам. Ходили слухи, что Фиделиса Джеса это забавляло, но также говорили, что с ней трудно работать. У Микеля не было времени развеивать её недоверие.
− Затем, мэм, что гранд-мастер допустил вас к делу до тех пор, пока в игру не вступит козел отпущения. Зная вашу репутацию, могу предположить, что ваша мизерная команда пашет круглые сутки, не покладая рук, чтобы найти зацепки и раскрыть дело до того, как Фиделис Джес даст отбой. Я прав?
Она опустила ноги со стола и прищурилась.
− Так и есть.
− Хорошо. И что же вы нарыли за восемьдесят часов?
Блейсделл выпрямилась и перешла на деловой тон:
− Факты таковы. Девять дней назад пятнадцать посыльных сделали пятнадцать заказов в пятнадцати типографиях. Каждый заказал десять тысяч экземпляров «Грехов империи» и, продемонстрировав железную розу, пригрозил соблюдать секретность. Печатники выполнили заказы, и около восьмидесяти часов назад первый экземпляр памфлета попал на улицу. На данном этапе расследования мы сняли с печатников
