большее… С помощью Августа у меня был шанс.
– Это было не ради него. Никто, кроме Джеммы, не может так думать, потому что всем известно лишь то, что ты мне изменил. Но вернёмся к делу. Да, Джемма сказала, что я порвала с фальшивым тобой из-за Рена. Но я также сделала это из-за тебя. Настоящего тебя. Когда мне пришло по почте твоё стихотворение, я подумала, что это розыгрыш. Кто-то узнал о моей лжи и решил то ли поиздеваться, то ли шантажировать, то ли ещё что. Я знала, что если продолжу лгать, то рано или поздно правда выйдет наружу, и я не могла позволить этому случиться. Сделать вид, что мы расстались, было единственным выходом. А затем ты просто заявился в кафе, и весь план развалился. Но я одного не понимаю: почему ты ничего не говорил раньше? Если ты знал несколько месяцев, то почему позволил этому продолжаться?
– Я хотел написать тебе, когда понял, что парень, которого ты описываешь, это я. Но, знаешь, как я уже говорил, после первоначального шока мне стало приятно, что ты выбрала именно меня. В этом не было никакого смысла, но я не чувствовал обиды. Поэтому я решил послать тебе стихотворение. Раз уж мы собирались в Портри, я подумал, что смогу использовать его против тебя, чтобы ты помогла мне с Шей. Но затем я увидел, каким ты изобразила меня в выдуманных отношениях, и понял, что имею больше сходства с этим образом, чем с тем, каким меня хотела видеть Шей. И вот мы здесь. – Он тряхнул головой, пытаясь убрать чёлку с глаз, потом провёл рукой по волосам и наконец схватился за голову, будто не мог поверить, что признался мне во всём.
Мне тоже в это не верилось.
– Вот мы здесь, – повторила я.
– Точно. И теперь парень, в которого ты влюблена, думает, что приехал твой бывший, – сказал он без капли сожаления.
– Именно. Так что, поможем друг другу? Понимаю, что я не в том положении, чтобы просить о чём-либо, но, может, притворишься моим парнем на неделю? Сделаем вид, что ты пытаешь меня вернуть. А мы с Реном попытаемся вместе вернуться к жизни после наших расставаний.
– А что с этого получу я?
– Я помогу понять, что ты чувствуешь к Шей после разрыва. Любишь ли ты её, несмотря на всё, через что она заставила тебя пройти, или в глубине души ты рад, что всё закончилось. Ты же этого хотел? Это то, ради чего ты хотел меня использовать?
Он качнулся в кресле и невольно усмехнулся.
– Не думаю, что можно сказать, что я тебя использую, если ты тоже получаешь что-то взамен. Но так уж и быть, соглашусь на твоё предложение.
– Если тебе от этого станет легче – твоя бывшая не была той самой.
– И откуда ж тебе это известно?
– Настоящая любовь не разобьёт сердце. Она будет в тебе даже тогда, когда твоей второй половинки не станет. Моя мама – живое тому доказательство.
– Значит, ты видишь, что у меня разбито сердце? – С каждым словом вокруг него появлялось бледно-бирюзовое сияние.
– Теперь вижу. Но ты вёл себя странно весь день. Я не смогу увидеть твои чувства, пока ты не сосредоточишься. Если ты говорил серьёзно насчёт участия в моём проекте, то я смогу найти корень проблемы между вами с Шей. Знаю, что днём ты идёшь с Оуэном на пляж, но как будешь свободен, то дай мне знать, и мы что-нибудь придумаем.
Август посмотрел на дом, и в его взгляде читалась вина.
– Ты не переживаешь, что все увидят нас вместе?
Мне удавалось держать его в секрете целый год. Что изменит одна неделя?
– Это лишь подтвердит легенду, что ты пытаешься меня вернуть.
– Звучит как что-то, что я правда бы делал, если бы был достаточно глуп, чтобы тебя потерять.
Выходит, я всё-таки совершила ошибку. Я думала, что не причиняла никому вреда, притворяясь, будто Август – мой парень. Идеальная ложь, которая никогда не откроется. И вот он стоял передо мной. Помогал, хотя имел полное право меня ненавидеть. Но я уже не могла отступить. Так что придётся найти способ дать ему то, что он хочет. Осталось только понять, что это.
Глава 9
Правило любви № 8:
Секреты – враг любви.
Этим вечером я была не единственной из семейства Финч, чьи мысли занимала только любовь. Когда я вернулась домой, мама надевала чёрные туфли около входной двери. Её распущенные волосы волнами ниспадали на плечи, а классическое чёрное платье до колен располагало к веселью и флирту. Насколько я знала, она не ходила на свидания со смерти папы – ей было интересно искать любовь только для других. Но её образ говорил сам за себя.
Перегородив путь, я начала махать рукой, будто бы мне стало жарко.
– Ничего себе, мам. Идёшь на свидание? – спросила я.
Она вздрогнула и уронила серёжку. Поднимая бриллиантовое украшение, которое приземлилось около меня, мама старательно избегала встречаться со мной взглядом.
– Я собираюсь на ужин с клиентом. Постараюсь вернуться не поздно.
– А этот клиент, случайно, не твой старый – твои слова, не мои – и привлекательный друг Алекс?
– Это не Алекс. И даже будь это он, я собираюсь на деловой ужин, а не туда, куда ты там намекаешь. – Однако сияние выдавало её с головой, переливаясь слабым розоватым оттенком.
– Я намекаю, что тебе пора оставить попытки свести его с кем-то ещё и пойти на свидание самой. Хочешь ты это признавать или нет, между вами есть химия, я же вижу.
– Что бы ты ни видела, ты ошибаешься. Забудь об этом.
– Почему ты просто не признаешь, что он тебе нравится? – спросила я.
– Я. Сказала. Забудь. – Она делала акцент на каждом слове, буквально стиснув зубы, чтобы не накричать на меня.
Мама проигрывала эту битву и знала об этом. Я практически слышала, как отлетала эмаль, что было очень грустно, ведь у неё идеальные зубы. Прямые, ровные и белые, как в рекламе зубной пасты. Даже кариес им нипочём. Но она скорее сотрёт зубы в порошок, чем признает, что её чувства к Алексу что-то значат.
Я решила отступить и сменила тему, чтобы она не вышла из дома в плохом настроении:
– Так с кем ты идёшь гулять сегодня?
Она вдруг обняла меня и поцеловала в макушку. Весь гнев, который мама испытывала буквально секунду назад, как будто мгновенно смыло волной сочувствия.
– Жаль, что
