последнюю просьбу она вложила всю свою душу.
Алекс посмотрел на неё внимательно, как тогда, после пробуждения. И наконец, опершись на бревно, медленно поднялся.
Эрик закинул сумки на седло и вскочил на спину вороного, снова поморщившись от боли в боку. Мерин коротко заржал и чуть не встал на дыбы, но Эрик быстро его успокоил одним касанием, а потом обернулся. Да, конь точно ему под стать: такой же чёрный, лохматый и дерзкий.
– Показывай дорогу, – только и проронил Эрик. В этот раз он и не думал помогать Алексу и наблюдал за ним сверху. – Я так понимаю, дальше ты можешь ехать сам. Джейна, – позвал он и кивнул на вороного позади себя.
Что ж, вместе они больше точно не поедут. Хорошо хоть не убили друг друга.
Алекс с трудом пытался поставить ногу в стремя и подтянуться в седло. Джейне пришлось вернуться к Эрику и с его помощью вскарабкаться позади седла.
Наконец Алекс смог сесть верхом. Тяжело дыша, он бессильно склонился к шее кобылы. Гнедая дёрнула ушами и сделала несколько шагов. Эрик молча вывел вороного вперёд и легонько ткнул пятками.
Джейна робко обхватила Эрика за талию, чтобы не свалиться.
Как только они здесь помещались с Алексом?
6. Староверы
Рассвело. Длинные лучи солнца выскользнули из-за высокой горы, протянулись между соснами и елями. Лошади двигались медленным шагом уже целую вечность, хвойный лес в предгорьях становился всё гуще. Погони до сих пор не было, что удивляло. Потеряли следы?
Алекс постепенно приходил в себя, остались только чудовищная слабость и усталость. Мрак отступал, хотя до конца не верилось в реальность происходящего. Может, и это часть безумия, а ему всё продолжает мерещиться живой, настоящий мир, когда он сам давно умер и растворился в темноте Верндари.
И всё вокруг – иллюзия застрявшего где-то между мирами сознания. Этот лес, холодный воздух, ветер и камни. И боги не примут его, пока он не завершит этот бессмысленный и бесконечный путь в никуда. Гнедая остановилась, будто услышала его мысли.
Эрик обернулся тут же. Всю ночь он не давал толком делать остановки, вновь и вновь требуя продолжить путь, пока их не нагнали. Нет, это уж точно не иллюзия. Скорее навязчивое видение, преследующее его наяву! Джейна взглянула на Алекса с тревогой, и он подобрал поводья и поморщился, посылая лошадь вперёд.
Джейна, кажется, изменилась с того раза, когда Алекс видел её на суде, или он её на самом деле плохо знал. В голубых глазах теперь было мало доверчивости и робости, зато горели огоньки упрямства. Кто бы мог представить, что эти двое – отчаянная маленькая юнга и нахальный бандит – осмелятся на такое сумасшествие и вытащат его из Верндари, прямо под носом у Эвана! Жаль только, это похоже на напрасную затею. Пока они попросту выиграли время, но едва ли Верховный стерпит такое наглое бегство. Он не успокоится, пока не увидит его голову на плахе… после своих «исследований».
Зачем это всё?
Ещё недавно он был готов лично Эрика придушить, а теперь? Раньше он думал, что в силах спасти отца, в силах повлиять на ход войны, что-то изменить… теперь не осталось ничего. Единственный жалкий мотив – спасти жизнь того, кого на дух не выносит.
Где-то через час они выбрались на полузаросшую тропу. Встретился покосившийся пустой дом, потом ещё один, пока наконец не послышались какие-то звуки. Они оказались на окраине небольшого поля. Кто поселился в такой глуши, точно скрываясь от городских?
В строениях изб чудилось что-то странное, не похожее на обычную ивварскую деревню. Алекс заметил мелькнувший силуэт и древний символ, вырезанный на деревянном столбе. Староверы?
– Лучше сюда не соваться. – Алекс натянул поводья. – Обойдём кругом.
– Да что не так? – с лёгким раздражением ответил Эрик. – Мы попросим еды и уйдём. Это ведь можно? Не чудовища же там, вполне человеческие дома.
– Если это староверы – ты им в своём мундире точно не понравишься. Слышал я о таких. Уверен, солдат они не любят так же, как и мы.
– И мне что, теперь догола раздеться? – бросил Эрик и слез на землю. – Плевать. Я голоден. И я не боюсь деревенских дурачков.
– Ладно. Может, выторгуем ещё одну лошадь. – Алекс глянул на Джейну, которая тоже спешилась и потирала поясницу, и потом не очень ловко сполз с седла.
Залаял пёс, послышались голоса. Деревня была бедная, маленькая и заброшенная. Всего с десяток, если не меньше, домов. Залаяла вторая собака, следом надрывно заголосил петух. И поблизости – ни дорог, ни знаков. Ничего, одна глушь.
– Может, уйдём? – Джейна взглянула на него с надеждой. Но выглядела она едва живой, явно давно не ела, толком не спала, того и гляди, рухнет в обморок. Эрик прав, надо хоть что-то раздобыть.
– Уже поздно. – Алекс кивнул на ближайший дом.
Псы выскочили на дорогу. Да это не просто собаки, а настоящие волкодавы! Джейна отошла на пару шагов. Алекс тоже не двинулся вперёд, перехватив испуганную кобылу крепче за поводья. Но Эрик что-то тихо сказал, и псы успокоились, перестали бешено лаять, а принялись просто обнюхивать незваных гостей.
Здоровый косматый мужик появился из ближайшего дома. Может, местный староста.
– Хто такие? – с большим подозрением рассмотрел он их грязную троицу, сначала самого Алекса, потом жавшуюся рядом Джейну и дольше всех – Эрика в мундире. Хорошо, тот догадался хотя бы стянуть шляпу.
Алекс вышел вперёд, пока Эрик ничего не ляпнул, не зная языка.
– Простите за беспокойство. Мы идём… в город, но заплутали. – Пришлось откашляться, голос слушался ещё не очень. – Будем благодарны вам за еду или воду, наши запасы на исходе.
Мужик слушал невнимательно и чаще заглядывал за плечо и косился на путников. Да уж, вид у них едва ли приличный, но главное, чтобы не подняли панику раньше времени.
Наконец мужик крикнул в сторону своего дома что-то на таком странном диалекте, что Алекс даже не понял смысла. Вскоре появилась его жена в затёртом платье. Она принесла три чёрствые лепёшки и глиняный кувшин воды с отбитым носиком.
Алекс принял угощение, передал Эрику и поблагодарил, пытаясь вести себя уверенно и не выдать, что они преступники и бегут от погони. Только Эрик с едва поджившим синяком на скуле, разодранными кулаками, в напрочь рваном ивварском мундире, но с явно не ивварским лицом старосте точно не нравился.
Потихоньку подтянулись ещё несколько мужчин постарше, некоторые опирались на вилы и лопаты. Крепкие. Все бородатые и нелюдимые, похожие на медведей. Женщины подхватили своих ребятишек на руки.
Может, лошадей
