Читаем без скачивания Встан(в)ь перед Христом и убей любовь - Стьюарт Хоум

— Но у меня нет склонности к совершению убийств, — простонал я.

— Какая чушь! — рявкнул Каллан. — Неужели вы не знакомы с так называемой миметической теорией возникновения желания?

— Нет.

— Мы ценим вещи, — принялся разъяснять доктор, — потому что их желают другие люди. Мы усваиваем систему ценностей, подражая другим, — короче говоря, мы не столько желаем вещи сами по себе, сколько желаем походить на ближних. Но если мы желаем того же, что и другие, то конфликт неизбежен. Для того чтобы положить конец этому конфликту, необходим суррогат, очистительная жертва, убийство, после которого в социуме воцаряется покой. В вас мы запрограммировали личность, идентичную той, которая имплантирована в сознание двойника Филиппа Слоана. Это неизбежно приведет к конфликту между вами и кинематографистом, и конфликт этот вы сможете разрешить только через ритуальное человеческое жертвоприношение!

— Но это ужасно! — простонал я. — Это же так ужасно!

— Ничего ужасного, — настаивал Каллан. — Этот акт разом окупит все вложения, сделанные в мои исследования! Как бы вы не упирались, в конце вы сделаете то, что хочу от вас я!

— Ни за что! — вскричал я, но тут игла вошла в мою вену, и началось беспамятство, которое продолжалось то ли несколько недель, то ли несколько месяцев.

Я заснул, а когда я проснулся, оказалось, что я очутился вновь на Брик-лэйн. Сайида была в квартире вместе со мною, и она налила мне порцию "отменнейшего шотландского виски из запасов наследников Уильяма Гранта, изготовленного и бутилированного в Шотландии независимой компанией, сохраняющей свои традиции на протяжении пяти поколений". Нафишах начала открывать кухонные шкафчики, но все они оказались совершенно пусты. Наконец я обнаружил банку консервированной фасоли, но хлеба все равно не было, так что поесть дома не удалось. Тогда мы вышли и направились в "Пакистанский Ресторан Клифтона" на углу Брик-лэйн и Ханбери-стрит (на которой, кстати, пресловутый Джек Потрошитель совершил одно из своих убийств). В ресторане было немного шумно, зато обслуживание и еда оказались просто великолепными.

— Вот это настоящая пакистанская кухня! — восхищалась Сайида, уплетая за обе щеки заказанное ею "карри из курицы". — Настоящая пакистанская еда должна подаваться в той же посуде, в которой она готовилась! Это форменное издевательство, когда ты заходишь в индийский ресторан и обнаруживаешь, что заказанное тобой горячее блюдо переложили в холодную тарелку!

— Знаешь, — сказал я, ковыряясь ложкой в моей порции кoрмы,[2] - существует тест, чтобы проверить, действительно ли еда готовилась в той посуде, в которой тебе ее подали. Надо посмотреть на ее цвет. Если все сделано правильно, цвет по краям должна отличаться от цвета в центре, а цвет на поверхности — от цвета внутреннего слоя. Моя порция этот тест прошла успешно.

— Ты прав, — подтвердила Нафишах. — Моя тоже.

— А вкусно-то как! — воскликнул я, отрывая полоску от своей лепешки и макая ее в кoрму.

Я почувствовал как наливается кровью мой член, когда Сайида аккуратно подчистила куском лепешки свое блюдо, а затем с аристократическим изяществом отправила его между своими пухлыми губками. Я представил себе как округлится животик и груди Нафишах, если перевести ее на режим принудительного кормления. Я вообразил ее огромную жопу, свешивающиеся через пояс джинсов складки, за которые так удобно держаться в любовной игре, ее массивные ляжки и плечи. Девица немного набрала вес с тех пор, как мы с ней познакомились, но она все же была еще худой, чересчур худой. Хотя одежда четырнадцатого размера уже с трудом на нее налезала, она еще была не готова к тому, чтобы перейти на шестнадцатый, хотя именно об этом я более всего мечтал.

— О чем замечтался? — прошептала Сайида.

— "Тандерберд", ? выпалил я. — "Тандерберд".[3]

— Понятно, — улыбнулась Наташа. — Я куплю тебе «Тандерберд». Ты пропадал где-то несколько недель самым таинственным образом. Я не знала, что с тобой стряслось и вообще вернешься ли ты обратно. В любом случае, я думаю, что "Грант'с" пришелся тебе по вкусу. Я хотела купить "100 волынщиков",[4] но в супермаркете его не было. А «Тандерберд» я весь выпила прошлой ночью и еще не пополнила запаса.

— Не волнуйся, — пробормотал я. — Ты ешь, ешь давай!

— Я уже обожралась! — воскликнула Сайида, похлопывая себя по округлившемуся брюшку.

— Но ты все еще такая худая! — проскрипел я. — Ты должна доесть все, а потом я еще закажу тебе пудинг!

Я мог проваляться еще час в постели, потому что дешевый обратный билет можно было купить только после девяти тридцати. Тем не менее, я встал и положил два кусочка хлеба с отрубями в тостер. Я слушал дорожную хронику по радио, когда зазвонил телефон.

— Алло?

— Мистер Слоан?

— Да.

— Завулон!

— Завулон?

Я положил трубку и вылил сваренный мной кофе в раковину, выбросил в ведро поджарившиеся тосты, накинул пиджак, схватил плащ и портфель. Я был готов отправиться в путь. Закрывая дверь, я понял, что так и не выключил радио, вернулся и выключил. Прогулка до станции метро "Тернем Грин" обычно занимает пять минут, но на этот раз я справился за три. Как раз когда я вбегал на платформу, показался поезд — районная линия на Апминстер. Газету я, судя по всему, купил на Виктории, потому что, как мне помниться, я читал ее в вагоне.

— Мистер Слоан?

Это была сестра Джордж. Я обернулся и посмотрел на нее. Она была немного старше меня, но ей тоже было не больше сорока. Ее белая униформа сверкала под ярким солнечным светом.

— Да, это я.

— У меня не оставалось выбора… ваш отец… ваша мать… — сбивчиво бормотала сестра Джордж.

— Мистер Слоан?

Передо мной стоял доктор Джеймс Брэйд.

— Да.

— Мне надо с вами поговорить, пройдите пожалуйста со мной.

Я последовал за доктором в коридор, а затем он нашел пустую палату и велел мне сидеть там на кровати. Я не помню, что сказал доктор — мы обменялись несколькими словами и затем я очутился в палате вместе с сестрой Джордж.

Я заснул и тогда сестра Джордж подошла ко мне и надела на меня кислородную маску. Я не помню точно, что случилось потом, может быть она щупала мой пульс или просто держала за руку.

— Вы можете дать мне что-нибудь поесть?

— Вам нужно отдохнуть, — заметил доктор Брэйд. — Пожалуй, вам стоит прогуляться и найти чего-нибудь самим.

Через пять минут я уже очутился у заведения быстрого питания, где я приобрел пиццу и банку кока-колы. По пути обратно в больницу я поглотил эту пищу. Когда я подошел к кабинету доктора Брэйда, санитарка сообщила мне, что его неожиданно вызвали. Я сел и принялся листать газету, дочитав те новости, на которые у меня не хватило времени в метро. Когда я проснулся, я стянул с лица кислородную маску и попытался заговорить. Сестра Джордж взяла меня за руку, а может быть она просто пыталась пощупать мой пульс. Проходящая мимо санитарка попыталась надеть кислородную маску на меня обратно, но сестра Джордж знаком дала ей понять, чтобы она этого не делала.

Сестра Джордж вызвала доктора, обменялась с ним несколькими словами, а затем вывела меня из палаты в коридор. Она отвела меня на другой этаж и оставила там сидеть. Она вернулась через десять минут с чаем и печеньем. После этого сестра Джордж задержалась ненадолго. Когда она ушла, я налил себе чашку чая я макнул туда печенье. Зашла еще одна сестра и дала мне какую-то бумажку и несколько пластиковых мешков с моими личными вещами. Еще через некоторое время в палате появилась третья сестра, которая принесла какие-то анкеты и брошюры с инструкциями. Я взял их у нее и положил в свой портфель.

Я налил еще одну чашку чая и принялся ее пить, но тут снова вошла сестра. Я выглянул в окно и, хотя на улице было еще светло, мне так и не удается вспомнить, что я там увидал. Вернулась первая сестра и спросила меня, не хочу ли я попрощаться с сестрой Джордж и доктором Брэйдом. После того, как я сказал, что хочу, она отвела меня обратно в палату.

После этого я, судя по всему, направился в ближайший паб, хотя я не помню, как он назывался. Я заказал пинту «Гиннесса», выпил ее, заказал другую, а затем сел за свободный столик. Дело происходило вечером в пятницу около семи часов, но не смотря на это в пивнушке было мало народа. Закончив вторую пинту, я направился в туалет. Я мочился в писсуар и тут какой-то тип средних лет подошел ко мне и встал за спиной.

— Как нам повезло, что мы здесь! — заявил он. — У меня тут друг лежит в больнице со сломанной ногой. Его машина сбила. А ведь на его месте мог оказаться любой из нас!

— Я только что из больницы! — взорвался я. — Доктор сказал, что он удалил мою старую личность и заменил ее новой на свой выбор.

— Пошли, я куплю тебе выпить, — попытался подмазаться тип.