— Не надо, — произнесла амазонка. — Все равно они уже мертвы.
5
Горкан размышлял.
Кеграмский форт находился чересчур близко. Он знал, что здесь, на обоих берегах Камышовой реки, ходят патрули орков. Среди русов и печенегов ходит немало шуток о тупости и близорукости этих созданий, — но шаман знал, как эти рассказы далеки от истины.
Следует быть очень осторожным, если он не хочет, чтобы его заметили дозорные. А подобная встреча в его планы пока не входила.
Шаман не мог сразу же вызвать новых эттинов, или других чудовищ — необходимо, чтобы прошло время после предыдущего заклинания. Чем сильнее чудовище, тем реже ты можешь его призывать.
Он не собирался вступать в бой сам — это слишком рискованно, да и нелепо, если обладаешь способностью заклинателя монстров. И уж тем более, Горкан не хотел меряться силами с теми, кто на его глазах убил курганника и четверых великанов.
Ему придется ждать несколько часов. За это время маг и амазонка успеют дойти до форта.
Поразмыслив, он пришел к выводу, что смерть эттинов все-таки оказалась ему на руку. Поражение нередко оборачивается победой. Сперва следует выяснить, как много известно магу и амазонке, и чего они добиваются. Возможно, они приведут его к чаше, сами того не подозревая.
В этом царстве природы, столь безразличной к человеку и его самоуверенным устремлениям, чуждым выглядел огромный форт, высящийся вдали, у излучины Камышовой реки.
Строители умело использовали крутой изгиб реки, так что две стороны крепости получили естественную защиту не только в виде глубокой воды, но и крутого, не менее четырех метров высоты каменистого берега.
Уже на нем были возведены стены укрепления из дубовых бревен, с деревянными подпорами через короткие равные промежутки, основания которых уходили в береговую почву. Для большей надежности они были окружены огромными каменными глыбами.
Я констатировал то, что было очевидно и без моих слов:
— Крепость орков. А вот и встречающие.
Снежана, разглядывая приближающийся небольшой отряд, с сомнением заметила:
— Вряд ли они встретят нас дружелюбно, а уж на вопросы и вовсе не ответят.
Я был расположен более оптимистично:
— Орки сильны, а потому самоуверенны. Двух человек они не воспримут как опасность, да это и действительно так, мы не сможем причинить вреда форту, даже если бы хотели. Мы идем с дружескими намерениями, почему бы и им не помочь нам? Тем более что для них это не представляет никакой ценности.
Переговариваясь, мы не спеша двигались навстречу группе орков, и я в который раз подивился их устрашающей мощи. Почти как люди, и в то же время столь отличные, они шли по долине и казалось, что земля колеблется, принимая на себя тяжесть тел и освобождаясь от нее.
Широкие, слегка покатые плечи, как будто сгибающиеся под весом рук, бугрились каменной мускулатурой, выступающей по всему телу под голубовато-серой кожей.
Все лица на первый взгляд были одинаковы — небрежно вытесанные топором природы выступающие далеко вперед узкие лбы, почти смыкающиеся с крутыми скулами, между которыми поблескивали крохотные озерца зеленоватых глаз.
Длинные приплюснутые носы с вывернутыми ноздрями, тяжелые подбородки, узкие щели ртов с непомерно длинными складками кожи над губами, прикрывающими четыре ряда огромных белых зубов с заостренными концами.
Тела их были едва прикрыты короткими кожаными штанами и подобием рубах без рукавов, сплетенных их ремней, в местах соединения топорщившихся острыми шипами на спине и груди. Такие же украшения, напоминающие шпоры, красовались сзади на грубых сапогах без каблуков.
Несмотря на отсутствие видимой угрозы, руки их сжимали боевые топоры, больше похожие выгнутым длинным лезвием на орудие палача. Широкие пояса из металлических пластин несли на себе тяжесть мечей, кинжалов, сумок с дротиками и шипастых кастетов.
Идущий впереди отряда остановился за несколько шагов перед нами и лаконично осведомился:
— Чего надо?
Несмотря на весьма холодный прием, я заметил одобрительные взгляды, которыми они исподтишка окидывали красивую девушку, губы которой чуть тронула приветливая улыбка.
Я чистосердечно признался:
— Надо вашего коменданта.
После напряженной умственной работы, перипетии которой ясно читались на лице предводителя, он нашелся:
— Зачем?
Поняв, что я забавляюсь, и диалог наш может продлиться до вечера, ведунья вмешалась:
— Мы пришли, чтобы сообщить ему об угрозе нападения на крепость, и он вас не похвалит, если время будет упущено. Или вы нас боитесь?
Ответом на столь возмутительное предположение был громкий хохот, больше похожий на грохотанье каменного обвала, за чем последовало приглашение отправиться в форт.
Я с удовольствием человека, любующегося хорошей работой, оглядывал растущую по мере приближения к ней громаду крепости, которую невозможно было взять изгоном, — стремительным набегом. Нападавшие были бы вынуждены прибегнуть к многомесячной осаде, лишь с помощью такого облежания, когда истощатся запасы воды и продовольствия, можно было надеяться на завоевание форта.
Нас подвели к опущенному мосту через глубокий ров, дно которого было утыкано острыми металлическими кольями. Вынутый грунт использовали для насыпи с крутым внешним и более пологим внутренним склонами. Узкая полоса земли между рвом и валом не давала почве осыпаться.
В нижней части насыпи без скрипа отворились тяжелые, окованные металлом ворота. Деревянная башня над ними с узкими бойницами служила не только дозорным пунктом, но и позволяла обстреливать подступившего врага.
За воротами мы миновали еще два вала и рва, наконец попав внутрь гарнизона. Там на вытоптанной, без единой травинки глинистой земле, поднимая клубы пыли, топтались орки, сражаясь мечами и топорами, выкрикивая гортанный боевой клич, то и дело заглушаемый язвительными зычными замечаниями старшего, наблюдающего за тренировкой.
Весьма изобретательно он сравнивал их с жабами, рассевшимися на дороге, недвижными пиявками и клопами, насосавшимися крови и другой столь же привлекательной живностью.
Увидев людей, появившихся в сопровождении отряда, орки прекратили битву, повернув головы к нам. Они представляли собой весьма живописное зрелище — облитые потом, блестящие под лучами солнца мощные тела, маленькие глазки, еще пылающие азартом и злобой боя, тонкие струйки крови от нанесенных ранений, неизбежных при использовании боевого оружия.
Старшина опомнился первый и, раздражаясь на собственное любопытство, заорал страшным голосом, привлекая внимание подопечных. Предводитель нашего отряда, оставив нас на попечение своих людей, отправился в отдельно стоящий небольшой дом, где, очевидно, обитал начальник форта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
