– И чего ты хочешь?
– Бриллиантов.
В его глазах сверкнул огонек.
– Сегодня утром ты отказывалась даже от нескольких прогулочных платьев.
– Да, капитан, но после дня размышлений ваш первый помощник решил потребовать оплату в бриллиантах. И не надейтесь, что сможете откупиться от меня такой ерундой, как сережки! Я требую полноценное ожерелье, Думаю, сделанное в виде водопада.
– Как это немодно, Морган! Может, ты предпочтешь рубины или изумруды?
Она театрально пожала плечами:
– Какое мне дело до моды? Любовницу интересует только богатство. Или бриллианты, или ничего.
Уорд немного подумал, прежде чем ответить.
– Хорошо, раз ты настаиваешь. Однако сначала я требую услугу. – Оттолкнувшись от двери, он шагнул к Морган.
Чувствуя, как в животе все трепещет, Морган вскочила, подобрала юбки и забежала за кушетку.
– О нет! Будет крайне опрометчиво оказывать услугу, не получив вперед плату, правда же?
Надвигаясь на нее, капитан сказал:
– Похоже, ты плохо разбираешься в деловых отношениях. Платят всегда вперед.
– Наверняка не в этом виде бизнеса. Только подумай, как часто женщин обманывают! – Морган метнулась влево, по-прежнему прячась за кушеткой.
Капитан, у которого на щеке появилась ямочка, тоже шагнул влево. Уже задыхаясь, Морган метнулась вправо, капитан последовал за ней. Она снова прыгнула влево, но тут капитан Монтгомери стремительно шагнул вперед. Морган отшатнулась, перепрыгнула через кушетку и помчалась к двери. Посмеиваясь, он ринулся за ней, догнал в три шага и схватил за руку. Легонько потянув, он повернул Морган к себе лицом, обнял за талию и прижал к себе.
– Я выиграл! – торжествующе воскликнул он и прильнул к ее губам жадным, крепким поцелуем.
Потом Морган произнесла, тяжело дыша:
– Ты всегда выигрываешь.
Блеснув глазами, Уорд положил руку на ее полуобнаженную грудь.
– Ах, мадам, в этой игре выигрывают оба.
Прикосновение мозолистой ладони к обнаженной коже воспламенило чувства.
– Да, капитан, – шепнула Морган, обнимая его за шею. На этот раз она сама прильнула к его губам, жадно втискивая язык ему в рот так, как это делал он.
Он откликнулся, скользнув рукой вниз по ее спине.
– Мои похвалы, любовница. Ты постигла искусство обольщения. Полагаю, мой первый помощник заслужил прибавку к жалованью, – добавил он, глядя на нее блестящими глазами, – самое время поднять…
Она негромко рассмеялась:
– Все уже поднялось!
– Верно, но в данном случае я собирался поднять тебе юбки.
Ее охватило жаркое, дивное желание. О, предвкушение, флирт – вот самая лучшая часть обольщения.
– Сначала ты должен поесть, мой капитан. По твоей просьбе я распорядилась подать ужин в семь часов.
– Сейчас всего лишь пять. У нас впереди два долгих часа. Как ты думаешь, почему я пришел так рано? – Он отвел в сторону ее волосы, чтобы прижаться губами к шее и проложить легкими поцелуями пылающую дорожку по чувствительной коже. Колени Морган подогнулись. – Пойдешь со мной, сударыня любовница? – прошептал Уорд ей на ухо. – В спальню?
– Сэр, с вами я пойду куда угодно! – слабым голосом ответила она.
Уорд громко, резко вдохнул.
– Довольно! – пророкотал он, взял ее за руку и быстро повел вверх по лестнице. Ногой захлопнув дверь, он подтащил Морган к постели и задрал ее юбки. За долю секунды он вошел в нее, двигаясь сильно и быстро. Наслаждение усиливалось. Морган закричала, достигнув пика, и почувствовала, как ее омывают накатывающиеся волны удовольствия. Через несколько мгновений Уорд гортанно выкрикнул ее имя, излив в Морган свое горячее семя, наполняя ее теплом.
– Боже, Морган! – выдохнул он. – Ты потрясающая!
Она, задыхаясь, рассмеялась:
– Я и сама в восторге.
Усмехаясь, капитан перекатил ее на себя.
– А теперь я хочу целоваться. Хочу много долгих, влажных поцелуев. Давай проверим, сможем ли мы повторить все медленно. Зарабатывай свои бриллианты, моя любовница.
– И как тебе нравится новый дом? – спросил капитан Монтгомери, покручивая бокал с портвейном.
Они сидели в небольшой столовой, заканчивая ужинать. Поначалу Морган с беспокойством следила за капитаном. Мейв подавала на стол простую стряпню Фионы. Ветчина, картофель, горошек и яблочный пирог на десерт. Никакого супа, никакой перемены блюд. Еда была отлично приготовлена, но Морган, побывав в доме капитана, пришла к выводу, что Уорд привык к более изысканным трапезам. Однако он добродушно улыбался Мейв, без жалоб поглощал этот простой ужин и поддерживал беседу о суровых зимах в Бостоне так, словно нет ничего приятнее, чем это общество и эта еда. В конце концов, беспокойство Морган испарилось, оставив в сердце теплый след.
– Он мне замечательно подходит, спасибо, – ответила Морган, проглотив последний кусочек пирога. – Здесь есть ванная комната.
Он вскинул бровь.
– Ванная комната? Это для тебя так важно?
Она поморщилась. Да что же это такое? Опять неправильно ответила.
– Я… мне нравится купаться.
Его губы слегка изогнулись.
– Ты не представляешь, как я рад это слышать! А мне-то казалось, что тебя больше заинтересует убранство комнат.
Морган пожала плечами, глядя на скатерть. Белье и мебель шли вместе с домом, и скатерть была в пятнах.
– Мне интересно и то и другое, да только… – Она подмяла голову и прищурилась: – Только это ведь странно, да?
– Что странно? Убранство или ванная? – явно забавляясь, спросил Уорд.
– Я имею в виду мою любовь принимать ванну.
– Не знаю, – медленно ответил он. – Это зависит от того, что ты понимаешь под словом «любовь».
Морган нахмурилась. Как это она умудрилась перейти на такую тему, да еще за ужином? Неприлично…
– Отец считал, что моя страсть принимать ванну совершенно непристойна. Он ограничил меня одним купанием в восемь недель.
– Это чрезмерно. Насколько мне известно, адвокаты принимают ванну раз в неделю.
Купание раз в неделю! В ароматизированной воде! Морган вздернула подбородок:
– Я предпочитаю купаться ежедневно.
– Да пожалуйста, купайся, – ответил Уорд. – Это твой дом. Делай то, что считаешь нужным.
– Некоторые думают, что такое роскошество – это пустая трата денег.
– Ради Бога, Морган, из всех способов попусту тратить деньги!.. – Он покачал головой. – Ты поела? Переходим в гостиную?
– В гостиную? – удивленно спросила она. Ей казалось, что после ужина он захочет снова наведаться в спальню.
– Да, а что?
– Но я думала… – Она замолчала и густо покраснела – в столовую вошла Мейв, чтобы убрать со стола. Скрывая замешательство, Морган улыбнулась служанке: – Спасибо. На сегодня ты свободна, Мейв.
