должна нести за них ответственность, — сказала я, сцепив руки за спиной. И тут же об этом пожалела, потому что рубашка на груди натянулась и облепила эту самую грудь, которая почему-то выглядела как после холодной воды. Под взглядом Нортона я быстро вернула руки на место. То есть скрестила их.
— Я сказал: иди сюда, Алиса.
Делать нечего, пришлось идти. В конце концов, это была цена за тех самых драконят. И за Арсения, который удрал в окно, в которое я бросила сейчас обеспокоенный взгляд. Вообще кот у меня был сугубо домашний, но вчера я оставила ему приоткрытым окно в своей комнате, когда шла к Нортону. Вот, видимо, он туда и просочился, иначе откуда ему взяться здесь? И сесть Глюциферу на лицо.
При мысли об этом я хихикнула.
— Ты увидела что-то смешное?
Скорее, представила.
— Нет, я просто подумала про Арсения. Он утром всегда тычется мне носом в лицо, видимо, твоя голова оказалась не в том месте…
— И не в то время, — мрачно сообщил Нортон. Он взял меня за запястье и усадил рядом с собой. — Ты о чем-то, кроме своего кота, можешь думать?
— Я много о чем думаю, — возмутилась я. — Например, о том, что скучаю по флористике.
Или по файер шоу. Да и по Земле, признаться честно, скучаю. Сказал бы мне кто, что в двадцать первом веке буду работать на плантациях, я бы посмеялась. А вот сейчас не смешно, совсем.
Нортон положил пальцы на мои виски, и между нами проскочила искра. В смысле, искра проскочила между его пальцами и моей кожей, а потом по ней снова потянуло холодком.
— Работать ты сегодня не будешь, — сказал дракон. Его зрачки вытянулись в вертикаль и стянулись обратно в нормальные, человеческие. Я подавила желание отсесть подальше: обычно это ничем хорошим не заканчивалось. То ли мои попытки сбежать пробуждали в нем инстинкт хищника, то ли что еще, но сейчас даже когда под этим драконьим взглядом мне стало жарко, как после перцовой диеты, я осталась неподвижна. Как статуя. — Не хочу, чтобы ты снова перегрелась.
— И что я тогда буду делать? Следить, как работают Глория и Энджел?
— Хотел бы я сказать: ублажать меня весь день, но у меня возникли срочные дела.
Я даже испугаться не успела, спасибо всем кому только можно.
— Поэтому иди к детям, у них сегодня тоже выходной. Ужинать придешь ко мне. Наденешь белье, которое тебе сегодня днем принесут, Алиса.
Ну все, приехали.
Ладно, до вечера еще долго, может, я себе ногу сломаю или что-то вроде. Если бы я знала, во что материализуется моя мысль, я бы точно не стала ее думать, но я не знала. Я направилась к себе, где переоделась, а потом к детям.
— Сегодня у нас выходной! — торжественно объявила я, заходя в комнату, у дверей которой стояла охрана. — Поэтому завтракаем, а потом…
Улыбка сбежала с моих губ, потому что Энджел сидел у лежащей на полу Глории, которая тяжело дышала, цепляясь за руку брата.
2.10 Алиса
— Что случилось?! — Я подлетела к Глории, которая… вся горела! Я выяснила это, положив ладонь девочке на лоб.
— У нее температура от этих проклятых браслетов! — Зло процедил Энджел. — Она еще совсем маленькая, ей нельзя запирать дракона!
— Я сейчас же иду к Нортону…
— Стой! — Мальчик дернул меня за руку. — Он вольет в нее какое-нибудь зелье, которое ей временно поможет, а потом… я даже не хочу представлять, чем это может для нее обернуться потом.
— И что ты предлагаешь? Просто стоять и смотреть, как она мучается? — Я подхватила девочку на руки и отнесла на кровать. На огромной постели она казалась совсем крохотной и беззащитной, и мне захотелось покусать Нортона за то, что нацепил на нее эти антимагические побрякушки. — Я уверена, что если с ним поговорить нормально…
— Это с тобой он говорит нормально, — Энджел раздул ноздри. — Да мы живы только потому, что ты его попросила. Но снимать с нее браслеты он точно не станет. Впрочем, если хочешь — иди, проверь и посмотрим.
— Почему вы считаете его чудовищем?
Сама не думала, что такое спрошу, но… Я ведь сама считала его чудовищем. До вчерашнего вечера, когда он мне помог с солнечным ударом и солнечными ожогами.
— Потому что он и есть чудовище! — Энджел сжал кулаки. — Он убил свою предыдущую любовницу за то, что она предпочла ему другого! Говорят, он ее даже любил, но как по мне, любить он не может, потому что у него нет сердца!
— Что?! — От таких новостей я опешила. — Кого он убил?
— Девушку, которая предпочла ему другого! Он ее отравил.
Я моргнула.
Потому что… ну как-то не вязался у меня Нортон, ухаживающий за мной, с тем, кто может хладнокровно кого-то отравить. Поэтому я бросилась к дверям, намереваясь поговорить с ним обо всем этом, но Энджел догнал меня и буквально повис у меня на руке.
— Пожалуйста, не рассказывай, что мы тебе сказали! Тогда он нас точно убьет. Пусть лучше Глория поболеет немного, возможно, все обойдется…
— Ты с ума сошел? — Я бросила взгляд на девочку, лежащую на кровати.
— Возможно, но лучше когда есть шанс выжить. Ты нам не веришь, потому что он осыпает тебя привилегиями, но если бы ты попробовала встать у него на пути, ты бы сразу все поняла.
Я сдавила виски руками, пытаясь собрать мысли в кучу, вспоминая все, что видела, помнила и знала. При мне Нортон в принципе никого не убил… наверное. Просто запустил огненные стрелы в своих преследователей на Земле, и что с ними стало, я понятия не имела. Потому что быстро убежала в подъезд, а потом в портал за Арсением. Но…
Он отправил меня работать на плантации. И он правда собирался кинуть маленьких детей в тюрьму. Просто потому, что они посягнули на его перцы стоимостью с «БМВ» каждый, если верить его словам. Опять же… если верить. А если не верить? Конечно, вчера он обо мне заботился, но он надел на детей антимагические оковы, которые могут им навредить.
Короче говоря, не дракон, а контраст какой-то ходячий.
Хороший-плохой-кусачий.
Я вздохнула и посмотрела на Энджела:
—
