Хватит уже болтать, – приоткрыв дверь, заглядывает в кабинет Вероника, лукаво подмигивает. Я же кидаю на список пропущенных звонков последний взгляд и откладываю телефон в сторону.
Чувствую себя немного виноватой, но сегодня я слишком уставшая, чтобы общаться со свекровью. Поговорю с ней завтра. А сегодня пусть весь мир подождет. Асе нужно расслабиться.
– Уже иду, – отвечаю коллеге с легким намеком улыбки на губах.
Домой добралась ближе к двенадцати.
От выпитого немного кружится голова и тело в какие-то моменты отказывается слушаться. Приходится держаться ближе к стене, придерживаться.
Благо у Светланы квартира небольшая. Открываю дверь и мне хватает пары шагов, чтобы выйти из прихожей. Сбросив ботинки и пуховик, держу курс в сторону кухни. Пить хочется нереально.
В холодильнике нахожу бутылочку минералки, откручиваю крышечку и залпом выпиваю прохладную жидкость. Агрессивные пузырики сковывают глотку. Закашливаюсь до слез. Бью себя в солнечное сплетение, чтобы хоть сделать глоток воздуха. Поднимаю глаза к потолку.
Боже мой! Что же со мной творится! Зачем я себя так веду? Ведь знаю наверняка, что завтра будет все так же плохо. Ничего не изменится. Проблема с Вадимом не решится.
Делаю глубокий вдох. И опять слезы на глаза наворачиваются.
В квартире так пусто и тихо, что невольно одолевает грусть и мысли всякие в голову лезут. Беременность. Вадим. Алиса. Развод. Я так оказывается всего этого боюсь. Пульс учащается. Жар приливает к щекам. Подумать страшно о том, что будет дальше.
Девчонкам удалось своей беззаботной болтовней отвлечь меня от плохих мыслей о будущем. И я была им за это благодарна. Но каждая из нас понимала, что бесконечно это продолжаться не сможет. И вечер логично подошел к концу. Прощаться не хотелось. С ними мне было хорошо и легко, несмотря на то, что день оказался диким.
Разъезжались мы по домам в приподнятом настроение. Я надеялась на то, что мне его хватит хотя бы до того момента, когда я рухну спать. А завтра настанет новый день. И новые эмоции. Сегодняшнему же пора бы уже закончится. Только я немного не подрасчитала и воздействия увеселительного напитка хватило ненадолго.
Обхватив себя руками, направляюсь в зал.
По дороге слышу, как в кармане куртки настойчиво жужжит телефон. Ну и пусть. Не хочу ни с кем разговаривать. Внутри себя чувствую дикое опустошение, ощущение такое, что меня посадили под колпак и я потеряла связь с реальным миром. Ничего не слышу. Ничего не вижу. Все предметы, вещи, звуки искаженные, картонные.
Сев на диван, замираю. Прислушиваюсь. Телефон продолжает звонить. Но меня это никак не трогает. Так и заваливаюсь набок. В одежде. Обняв себя. Закрываю глаза и проваливаюсь в сон без чувств.
***
– Ты ненормальная? – орет на меня муж.
Я, еще не успев проснуться, стою в дверях, смотрю на него заспанными, приоткрытыми в щелочки глазами.
Его ор бьет по моему воспаленному мозгу, как молот в набат:
– Сколько время? – хрипло спрашиваю, пытаясь разлепить глаза.
– Время? Почти восемь… – отвечает и тут же повышает снова голос. – Да похрен мне на время? Почему ты трубку не берешь? Мать меня заклевала из-за тебя!
– Ничего не понимаю?! – пожимаю плечами.
Какая мать? И что черт возьми здесь происходит? Какого ляда он здесь делает в такую рань?
– Уходи, – скупо отвечаю и закрываю дверь.
Зачем я ему вообще открыла? Видимо до конца еще не пришла в себя и не проснулась. Вадим тут же выставляет руку вперед.
Удивленно вскидываю бровь.
– Вадим. Хватит. Уходи. Ты уже сделал все возможное, чтобы я тебя ненавидела. Что ты хочешь еще? Опять за решетку меня кинуть? Этого тебе больше не получиться сделать.
Мой мозг начинает просыпаться и трезво мыслить.
Пульс становится чаще. В душе просыпается страх. Сморгнув туманность, вижу налившиеся злобой, черные зрачки, прожигающие меня тяжелым взглядом.
– Ты дерзкая такая, чего? Не одна? – он вытягивает шею, а я вновь пытаюсь прикрыть дверь.
– Я не понимаю, зачем ты здесь, – голос срывается из-за прикладываемого усилия. – И вообще, как ты узнал, где я?
– Боже! Ты совсем что ли глупая? – Вадим резко, с силой толкает дверь, я не сдерживаю оборону. Дверь открывается и он заходит в квартиру. – Думаешь, убежав к своей начальнице, ты спряталась от меня?
Он нависает надо мной. По-хамски лыбится.
– Я ничего не думала. И прятаться не собираюсь от тебя. Я просто хочу, чтобы ты от меня отстал, – интуитивно отшатываюсь в сторону выхода, но Вадик опережает меня, выставляет руку вперед, преграждая путь и захлопывает дверь за своей спиной. – Не надо, – качаю головой, пячусь назад.
– Не бойся, Ась, – муж окидывает маленькую прихожую взглядом, удовлетворенно улыбается. – Угостишь своего любимого мужа чаем? – смотрит на меня лукаво, с прищуром.
– Нет у меня чая, – судорожно сглатываю страх.
Но Вадим не разуваясь, прямо в верхней одежде, прошел на кухню, при этом не забыв заглянуть в зал. Конечно же там было пусто. И я заметила, как его ухмылка стала еще шире. Вот козлина. Что он задумал?
На всякий случай достаю из кармана пуховика телефон и сжимаю его в ладони.
– Долго тебя ждать-то еще? Да не бойся. Говорю же, что пришел с миром. И попросить прощения.
“С миром?!”
Из его рта это звучит более чем абсурдно. Разговаривать с ним мне очень не хотелось. Боюсь, что наш разговор мог перерасти в потасовку или скандал: ни на первое, ни на второе у меня вообще не было желания.
– Ась, ты там по дороге решила “откинуться” что ли?
Вот и снова его эти жаргонные словечки и нетерпеливый тон… Откуда он этого понабрался? Я не могу понять.
Останавливаюсь на пороге кухни.
– Проходи давай. Не бойся. Я сегодня добрый, – муж заваривает себе и мне чай в пакетиках. И как только у него хватает наглости вообще со мной общаться после того, что он натворил.
– Что тебе нужно? – сложив на груди руки, слежу за каждым его движением. Смотрю не отрывая от его фигуры настороженного взгляда. – Что ты задумал?
– Ты почему вчера не ответила маме на звонки? Она волнуется!?
Он, оставив в покое чайник, перевел взгляд на меня.
– Я не хочу, чтобы она волновалась.
– Ну, так об этом нужно было думать раньше, Вадим. Сейчас уже поздно.
– Что ты имеешь в виду?
