– Дождь почти закончился, – сказал Алексей. – Ну что, пошли в дом? А то Матвей Фомич потерял нас, наверное?
– Да с чего ему нас терять? – усмехнулась Василиса. – Он уж, поди, дрыхнет давно! А костюм мой испорчен! Так жалко!
Она погрустнела. Алексей подошел и сел рядом, поглаживая ее спутанные волосы.
– А ты и не жалей! – сказал он. – Хочешь, я тебе новый куплю, – и после паузы добавил: …нормальный.
– А этот что, ненормальный что ли? – тут же обиделась она. – Нюра, продавщица наша, сказала, что самый модный в этом сезоне, вот!
– Ну конечно, конечно, это же «коттон», – закивал Алексей, но не смог сдержать улыбку. – Просто я имел в виду, что краска с него потекла, вот поэтому он и ненормальный, понимаешь?
– А, в этом смысле? – тут же успокоилась Василиса. – А мое новое белье как тебе? – смущенно поинтересовалась она. – Ты ведь все увидел, когда я костюм стянула!
– Модель ничего, – осторожно ответил он. – Но вот качество! Это же дешевая синтетика! Тебя эти кружева не колют?
– Есть такое! – засмеялась она.
– Понимаешь, лучше белье носить дорогое, ну шелковое, например.
– Да где ж я тебе его возьму? – возмутилась она. – Если только в город когда поеду, то там можно посмотреть. Только дорогущее оно, наверное, это твое шелковое белье?
– Недешевое, думаю, – кивнул Алексей. – М-да, что-то я не подумал. Ты, Васена, не обращай внимания на мои слова. На твоем месте я бы вообще белье не носил.
– Скажешь тоже! – весело засмеялась она. – Это разве удобно?
– А что? Очень интригует! Ты же телевизор смотришь? Вот там показывают, что многие звезды на Западе вообще без трусиков, и папарацци только и делают, что охотятся за такими кадрами.
– У нас на базе только два канала ловится, Первый и Россия, и ничего такого я там ни разу не видела! – со вздохом пояснила она. – Ты вот что, Лешенька, сходи-ка в дом и принеси мне какой-нибудь сарафан. Там, на веранде найдешь. А то как я, голая, пойду?
– Хорошо, – легко согласился он и снял с вешалки плащ-накидку.
Василиса отвернулась в окно, подперла рукой подбородок и вдруг тихо запела:
– «Стою под тополем, Грызу травиночку. Зачем протопала К нему тропиночку? Зачем поверила, Зачем ответила? На сердце первая Легла отметина…»
Алексей замер на пороге, вслушиваясь в слова, усмехнулся, накинул плащ и вышел из комнаты.
На следующий день погода была пасмурной, нет-нет, да и накрапывал дождь. По этой причине решили, что сегодня по территории ездить не будут. Матвей Фомич залег со старыми журналами в комнате в доме егеря, Василиса с утра занималась хозяйством, Алексей сидел в гостинице. Она его не беспокоила. Настроение было задумчивым. Она знала, что гость скоро уезжает и впервые осознала, что их «роман» какой-то ненастоящий и, возможно, он существует только в ее мечтах, а на самом деле между ними ничего нет. Красивые слова, которые говорил Алексей, вдруг показались ей надуманными, а его обещания любить всю жизнь и жениться – пустыми.
«Что я знаю о нем? – размышляла девушка, стоя на кухне и протирая посуду. – Говорит, что женат никогда не был, что недавно расстался с очередной девушкой и сейчас свободен. А вдруг все это вранье?! Закружил мне голову, а сам-то уезжает. Правда, обещает, что будет часто у нас, вроде с иностранцами дело выгодное. У нас косули и лоси вон какие! А для них это все в диковинку, наверное. Вот и будут денежки платить за охоту. Такой у них там расчет. Может, правда, все наладится и будет мой миленочек часто группы привозить. Ну а дальше что? Он ведь москвич, рассказывал, что живет с матерью в большой трехкомнатной квартире, отец будто давно ушел от них, сестер, братьев нет. Конечно, невестке место найдется. Только как-то туманно он о будущем нашем говорит, ничего я не поняла толком. И на что мне надеяться-то?»
Василиса вздохнула и сунула тарелку на подставку. Прикрыв вымытую посуду полотенцем, села к окну и подперла подбородок рукой. Она смотрела на видневшуюся невдалеке гостиницу. Но Алексей так и не выходил. Начал накрапывать дождь, за окном все выглядело влажным и хмурым, гулять в такую погоду не очень приятно, и девушка решила до обеда заняться заброшенной в последнее время вышивкой. Она ушла на веранду, взяла пяльцы и уселась на продавленное старое кресло, стоящее в углу у окна. Васька, который мирно спал на нем, недовольно мяукнул, но даже не пошевелился. Василиса прижалась бедром к его теплому боку и начала кропотливо вшивать бисер в узорчатую окантовку иконы. Она очень любила вышивание, вязание, шитье. Эти занятия успокаивали ее, приводили в гармоничное состояние душу. Появляющиеся под ее пальцами разноцветные бисерные узоры восхищали, Василисе это казалось каким-то волшебством, причем сотворенным ей самой. Она нанизала красную бисеринку на иголку и тихо запела:
– «У церкви стояла карета, Там пышная свадьба была, Все гости нарядно одеты, Невеста всех краше была. На ней было белое платье, Венок был приколот из роз, Она на святое распятье Смотрела сквозь радугу слёз…»
Дверь скрипнула, она подняла глаза. Алексей стоял на пороге и смотрел на нее. Василиса отчего-то сильно смутилась, словно он застал ее за каким-то недостойным занятием.
– Дождь закончился, – сообщил он.
– Вижу, что просветлело, – ответила Василиса и вколола иголку в ткань.
– Рукоделие у тебя…, – равнодушно проговорил он и уселся на табуретку, стоящую возле кровати.
– А чем еще в такую погоду заниматься! А уж зимой! Правда, темнеет шибко рано, день совсем короткий.
– Зимой, – повторил он и поежился. – Даже не подставляю, как вы тут зимой живете!
– Часто по ночам волки к самой ограде подходят, – сообщила девушка. – И так воют, что мороз по коже. Слыхал когда-нибудь волчий вой?
– Не-а, – ответил Алексей. – Да и где? Но могу себе представить! Страшно до жути!
– Да уж не в вашем этом мегаполисе волчий вой слушать! – усмехнулась она. – А ты-то чем занимаешься обычно? У тебя наверняка и высшее образование имеется!
– Да, после школы окончил институт водного транспорта, – нехотя ответил он.
– Водного? – удивилась Василиса. – Это что же, судами управлять можешь?
– Что ты! Я экономист по образованию. А сейчас, сама знаешь, менеджер в одной организации.
– Бизнесмен, значит, – сделала она неожиданный вывод.
Алексей возражать не стал. Ему вдруг стало скучно, он просто не знал, о чем говорить, они были будто из разных миров.
