Когда они подъехали к дому, Алексей сидел на лавочке с помятым заспанным видом. Увидев газик, он поднял голову. Василиса, едва сдерживая волнение, выбралась из машины. Матвей Фомич, не в силах пропустить такое зрелище и по этой причине не загнав газик во двор, выскочил следом и замер, глядя во все глаза. Василиса, едва держась от волнения на ногах, приблизилась к скамье. Алексей смотрел на нее, открыв рот. Он буквально потерял дар речи и в первую минуту даже не узнал ее. Он и представить не мог, что подобные наряды существуют. Василиса выглядела, как огромный расписной колобок. Он с трудом удержался от смеха и ехидного замечания. Но заметив, насколько девушка взволнована, промолчал.
– Вы тут покушали? – спросила она чуть охрипшим голосом, машинально перейдя на «вы» от все усиливающегося волнения.
– Да, спасибо, – ответил он.
Матвей Фомич, увидев, что ничего интересного не происходит, забрался обратно в газик и крикнул, чтобы ему открыли ворота.
– Да, да, сейчас, – пробормотал Алексей и пошел во двор.
Василиса опустилась на скамью с видом важной гостьи и молча наблюдала, как машина въезжает в распахнувшиеся ворота. Когда Алексей вернулся, она зачем-то встала. Приподняв подбородок, выпрямила спину и выставила грудь. Алексей машинально опустил взгляд в вырез жакета, но промолчал. Его глаза приобрели странное выражение. Василисе показалось, что он с трудом удерживается от смеха. Это ее тут же обидело, и она хмуро произнесла:
– Гроза надвигается.
– Вижу, – ответил он.
В этот момент поднялся сильный ветер, несущий влажную прохладу. Матвей Фомич постучал им в окно кухни и показал рукой, чтобы они шли в дом. Раздались глухие раскаты грома, резко потемнело.
– Бежим! – вдруг сказал Алексей, схватил ее за руку и потащил в сторону гостиницы.
– Так в наш дом ближе, уж лучше туда! – задыхаясь, проговорила она.
– Я знаю, что лучше, – смеясь, ответил он и ускорил шаг.
Но они не успели. Буквально за пару метров от гостиницы их настиг ливень. Вода обрушилась на них так, словно кто-то опрокинул огромный бак сверху, и они мгновенно промокли.
– Говорила же, в наш дом ближе! – ворчливо заметила Василиса, вбегая на веранду и с сожалением разглядывая свой намокший костюм. – Весь наряд измочило!
– Кошмар! – сказал Алексей, изучая ее ноги в цветных подтеках. – Да он линяет! Вот это качество! Снимай скорее! А то окрасишься и будешь пятнистая.
– А Нюра сказала, что это импортный «коттон», – растерянно проговорила девушка, изучая подтеки.
– И что? – не понял Алексей.
– Так типа какой-то очень качественный материал, – пояснила она.
– Васена, к твоему сведению «cotton» переводится как «хлопок». Так что это обычная дешевая, судя по тому как она линяет, хлопчатобумажная ткань. И наверняка «мейд ин чайна»
И он звонко расхохотался. Василиса глянула на него злобно, нахмурилась и начала стаскивать намокший костюм прямо на веранде. Она чуть не плакала от обиды, что все получилось не так, как она хотела. Алексей не был сражен наповал ее модным видом, костюм явно испорчен, так как потекшая краска оставила на ткани разводы. Василиса аккуратно повесила жакет на стул, а юбку расправила и начала изучать, не обращая внимания на смеющегося Алексея и совсем забыв, что она в новом сексуальном белье. Он внезапно перестал смеяться.
– Что это?! – услышала она и обернулась. – Я сейчас скончаюсь на месте! Ты надела стринги? Где ты их взяла?!
– В магазине! – с вызовом ответила Василиса и остановилась перед ним, упирая сжатые кулачки в бока. – Скажешь, мне не идет?
Она сделала шаг к нему. Алексей, не переставая улыбаться, попятился.
– Ух, какая грозная! – заметил он. – Настоящая воительница!
Она вздернула подбородок и довольно заулыбалась, решив, что это тонкий комплимент.
В этот момент молния ударила, казалось, прямо в крышу над ними. Они невольно охнули и пригнулись. Алексей схватил девушку за руку и потащил внутрь. Они вбежали в его комнату. Василиса стянула с кровати покрывало и закуталась. Раздался сильнейший удар грома, дождь с силой хлестал в окно. Василиса начала дрожать, пробормотав, что с детства, когда увидела, как у них во дворе убило козу молнией, боится грозы. Она закрыла глаза и тут же почувствовала, как Алексей обнимает ее. Она прижалась, но вот он начал целовать ее. Василиса отстранилась и села на стул возле тумбочки.
– Не бойся! – тихо сказал Алексей. – Гроза уже уходит! Поцелуй меня! – вдруг попросил он.
– Не хочу! – упрямо ответила она.
– А еще говоришь, что любишь! – укоризненно произнес Алексей и сел на кровать.
– А я знаю, что такое любовь-то? – пожала она плечами. – Мне ведь сравнить не с чем. Я любовь только в фильмах видела, да тут во дворе наблюдаю, как собаки любятся, петухи курочек топчут, стрекозки туловищами соединятся, ну и прочие живые твари. Это я с детства вижу. Может, для тебя только такая любовь и существует? Все вы кобели!
– Вот это да! – расхохотался Алексей. – Какая каша у тебя в голове!
Василиса глянула на него, но промолчала.
– А что это у тебя за шрам такой на левом бедре? – неожиданно поинтересовался он. – Похож на маленькую неровную звездочку.
– А, этот! – смутилась она и запахнула разошедшиеся края покрывала. – Не поверишь, козел у нас был, ох и злющий! Одно время дедушка решил, что козье молоко очень пользительное для здоровья, вот и завел коз. А Богдан, ну козел этот, уж больно вредный попался. Я как-то иду из гостиницы, прибиралась там. И вижу, дед мне из окошка кухни машет, знаки какие-то делает непонятные. Ну мне ни к чему его знаки, я и внимания обращать не стала. Подумала, приду в дом, он мне и объяснит, чего хочет. А оказывается, этот самый Богдан сбежал из закутка, где мы коз держали, и притаился за изгородью. Я его, шельмеца, и не заметила, так он пригнулся. Подошла, а он выскочил и рога на меня наставил. Вот и пырнул в бедро, я и увернуться не успела. Ох, и синяк был, во всю ногу почти. Но зажило, как видишь, а вот этот шрам, куда острие его рога попало, так и остался. А что, тебе не нравится? Так его и не видно, высоко на бедре, всегда под одеждой.
– Мне вообще-то все равно, видно или нет, – сказал Алексей. – Просто спросил, откуда такой странной формы шрам.
Он встал и подошел к окну.
– Гроза, кажется, начала утихать, – заметила Василиса.
– Дождь почти закончился, – сказал Алексей. – Ну что, пошли в дом? А то Матвей Фомич потерял нас, наверное?
