Мысль о том, сколько баксов он загребет за эти снимки, возбудила Джеффа до такой степени, что он испытал мощнейшую в своей жизни эрекцию.
– На сегодня хватит, – сказал он, отбрасывая камеру. Расстегнул джинсы и шагнул к кровати. Марисса еще шире раскинула ноги.
Не обращая внимания на ее призыв, Джефф перевернул ее на живот и раздвинул ягодицы. Когда он вонзил в них зубы, Марисса ахнула от неожиданности. Но уже в следующую секунду Джефф очутился внутри, и в целом мире ничего не осталось, кроме огромного, жаркого, бухающего в ней насоса. Оргазм был бурным и продолжительным.
Потом, лежа рядом с Джеффом на пропахших мускусом, забрызганных спермой простынях, деля с ним сигарету с марихуаной, Марисса поняла, что никогда еще не была так счастлива.
Глава 9
После кошмарной ночи Ли явилась на работу совершенно разбитая, словно у нее за спиной – пятнадцать раундов с Мухаммедом Али. Она провела совещание с представителями Гильдии киноактеров и опять взялась за вчерашний роман. Но и сегодня книга действовала на нее так же угнетающе, как накануне. Кроме того, роман не годился для широкого экрана. И потом, за свои кровные публика требует счастливый конец. Если бы людям была нужна горькая правда – то есть убогая действительность, – они бы сидели дома и смотрели по телевизору новости. В ее мысли ворвался густой гортанный голос:
– Ну как тут моя правая рука?
Ли обернулась – в дверях стоял отец. Наконец-то вернулся из Лас-Вегаса!
– Слепнет понемногу. Пятый роман на этой неделе. Зачем мы их столько покупаем?
Она сняла очки в темной оправе; глаза покраснели от переутомления.
– Естественно, затем, чтобы их не экранизировали другие. – Джошуа взглянул на наручные часы марки «Ролекс» с бриллиантами. – Как насчет того, чтобы пообедать со стариком?
Ли виновато улыбнулась и махнула рукой в сторону внушительной стопки книг на столе.
– Я собираюсь послать курьера за салатом. Но все равно спасибо.
Джошуа насупился.
– Я рассчитывал, что мы наверстаем упущенное за те дни, что меня не было.
– Хорошо. – Ли потянулась за телефонной трубкой. – Попросить еще одну порцию салата?
– Я заказал столик у «Массо и Фрэнка».
Это прозвучало как приказ. Быстро поднявшись с кресла, Ли подколола несколько выбившихся из узла на затылке прядей.
– Дашь мне пару минут освежиться?
– Даю пять. – Поистине царский жест! – И скажи Мередит, чтобы отменила все назначенные на сегодня встречи.
– В три часа я встречаюсь с Памелой Винтер. Она моделирует костюмы для «Калейдоскопа», хочет показать эскизы.
– «Калейдоскоп» запустят не раньше октября. Пусть Мередит перезвонит Памеле. У нас сегодня праздник.
– Праздник? – Ли с опозданием заметила в глазах отца искры радости. Давно уже она не видела его таким довольным. – По какому поводу?
– Расскажу за обедом. – И он легонько подтолкнул ее к двери. – Иди скорее, почисти перышки. Ты знаешь, я не люблю опаздывать.
Ли не сдвинулась с места.
– А я не люблю, когда говорят загадками.
Джошуа демонстративно вздохнул – словно гигантская оглушенная рыба испустила дух.
– Ну ты и упрямица – вылитый дед. Ладно, намекну: это касается «Опасного».
Сердце у Ли подпрыгнуло до самого горла.
– Скажи, что новости хорошие!
– Лучше не бывает!
Это было все, что она хотела знать. Ли выбежала из кабинета радостно возбужденная, как после инъекции адреналина.
Корбет Маршалл не считал себя суеверным, однако обратил внимание, что, как правило, самыми удачными оказывались сделки, заключенные в гриль-зале ресторана «Массо и Фрэнк». Поэтому, когда через неделю после вечеринки у Джошуа Бэрона ему позвонил Мэтью Сент-Джеймс, решил не искушать судьбу и пригласил его пообедать вместе.
Заведение «Массо и Фрэнк» вызывало у старожилов ностальгию. Оно впервые открыло двери для посетителей в девятнадцатом году и теперь было старейшим рестораном Голливуда. Сюда в основном наведывались авторы сценариев, режиссеры и актеры – подышать атмосферой Фолкнера и Фицджеральда. Корбет очень надеялся, что и Мэтью Сент-Джеймс, как начинающий литератор, не останется равнодушным. Если парень действительно так подходит для роли Райдера Лонга, как уверяет Тина – а она еще ни разу не ошибалась, – он поможет им решить сразу несколько проблем. В первую очередь – финансовую.
Метрдотель проводил Мэтью в отделенную от общего зала высоким барьером, обитую красной кожей нишу. Даже когда Корбет сидел, от него веяло силой и могуществом. Дело было не столько в физической мощи, сколько в железной решимости человека, привыкшего поступать по-своему. Под его критическим взглядом Мэтью почувствовал себя вырезкой на прилавке.
– Должно быть, произошло недоразумение, – сказал он. Корбет мигнул и покачал головой.
– Извините. Я хоть и профессионал, но иногда бываю ужасно бестактным.
Несмотря на привычку полностью полагаться на Тинин вкус, в душе Корбет никак не ожидал увидеть Райдера Лонга во плоти. Господи, подумал он, пусть только Ли бросит на него один-единственный взгляд! Его так и подмывало крикнуть: «Эврика!» Если Мэтью Сент-Джеймса так же приятно слушать, как смотреть на него…
Корбет протянул руку, широкой улыбкой сглаживая только что допущенную неловкость.
– Рад познакомиться, Мэтью. После вечеринки у Джошуа жена только о вас и говорит.
Мэтью ответил на рукопожатие и опустился в кресло.
– Я тоже очень рад познакомиться, мистер Маршалл, однако…
– Меня зовут Корбет. Слыша «мистер Маршалл», я невольно оглядываюсь и ищу глазами отца.
– Ваш отец тоже был менеджером?
– Нет, адвокатом. Среди его клиентов значились тузы кинобизнеса: Селзник, Теда Бара, Дуг Фербенкс… Мой дед был банкиром и лично финансировал Д.У.Гриффита.
– Как интересно! – Про себя Мэтью подумал: какого черта я торчу в прославленном ресторане с одним из влиятельнейших деятелей кинематографа?
– Да, с самого основания Голливуда все члены нашей семьи были так или иначе связаны с кинобизнесом. Однако во времена моего деда центр киноиндустрии находился в Нью-Джерси. Талантливые актеры работали в театре, но время от времени тайком переправлялись на другой берег, подработать в кино.
– Почему тайком?
– Не хотели, чтобы их славные имена ассоциировались с «халтурой». – Корбет сделал перерыв, чтобы отдать распоряжения официанту, отвечающему за напитки. Потом продолжил свой рассказ с того места, где остановился. – На заре кинематографа делали кучу фильмов. Гриффит, например, за пять лет выпустил пятьсот картин. Некоторые кинотеатры ежедневно обновляли репертуар. – Он устремил задумчивый взгляд куда-то вдаль, словно пытаясь представить, каково это – работать во время бума. – В результате на свет появился Голливуд.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
