class="p1">–Напомнить тебе может подробнее?
–Не надо…
–Пока ты выплывал в открытое окно, я пытался отстегнуть ремни у дочери! Сзади все было перевернуто… Пакеты с подарками… Гирлянды высыпались…
–Хватит…
–Нет! Не хватит! Ее ремень заело… Воды было уже очень много… А времени оставалось все меньше…
–Прости меня…
–Никогда! Ты просто бросил нас! Стал спасать себя!
–В тот момент я об этом не думал!
–Ты ни о чем не думал! Даже о том, чтобы пристегнуть ремень! Может это бы тебя задержало! Может мне было бы легче!
–Я виноват…
–Виноват! А мама спасла тебя от ответственности, уложив в санаторий!
–Это клиника.
–Да, да… Там ты прохлаждался полтора года!
–Ты меня ненавидишь?
–Какой догадливый!
–Что я могу сделать для тебя?
–А что ты можешь?
–Милый, иди кушать! Твои любимые лепешки готовы! – раздался снизу голос Астрид.
–Мама зовет… – сказал Коул.
–Конечно… Беги к мамочке! – настойчиво произнес Чарльз и отвернулся к окну, дав понять, что разговор окончен.
Коул еще несколько секунд постоял молча в комнате брата, надеясь подобрать очередные слова извинений, но ничего не приходило в голову, и он пошел на кухню.
–Ммм… Очень вкусно! Спасибо Мам! – поедая лепешки, одну за другой, восхищался Коул.
–Кушай! Все для тебя! – любезно старалась женщина.
–Я хотел поговорить о Чарли…
–Не надо. Я не хочу обсуждать…
–Но ведь это я виноват в том, что случилось!
–Уже ничего не изменить! Все ведь могло быть гораздо хуже…
–Лучше бы я там остался…
–Что? Не смей так говорить!
–Но это правда… Да?
–Так! Надо бы сходить в магазин… – желая сменить тему разговора, Астрид приготовила листок, чтобы записать список покупок.
–Я схожу!
–Ты уверен? Ты только приехал домой…
–Я прогуляюсь пешком. Все будет хорошо…
–Хорошо… Вот список… Вот деньги…
Насладившись вкуснейшим домашним десертом, в исполнении матери, Коул отправился в свою комнату переодеться. В ней все оставалось неизменно с того самого дня, исключая порядок, который старательно поддерживала Астрид, протирая пыль, и наводя уборку. На столе возле компьютера лежали большие наушники, выше на полках книги и рамки с семейными фотографиями. Аккуратно застеленная кровать стояла вдоль одной из стен и ждала своего хозяина. Коул распахнул шкаф, в нем так же аккуратно были развешаны выглаженные рубашки, ровными стопками сложены футболки. Казалось, что даже многочисленные разнообразные носки прошли четкую сортировку и собраны в определенные пары.
Молодой человек надел черные спортивные штаны с зеленой футболкой, взял синюю толстовку и вышел из комнаты. Проходя мимо комнаты брата, он остановился. Посмотрел на дверь и вспомнил, как в детстве каждый раз пробегая мимо стучал в нее. Не важно день был или глубокая ночь, главной задачей было дать о себе знать старшему брату и позлить его. Неожиданно для себя, Коул решился войти.
–Чарли?
–Чего тебе?
–Мама попросила сходить в магазин…
–Ну, так иди…
–Не хочешь прогуляться?
–Не особо!
–Нам дальше жить… Надо как-то налаживать все…
–Ты не наладишь!
–Я буду стараться! Пойдем… Недалеко пройдемся… Как раньше… Помнишь? Когда мы были маленькие, ты водил меня за руку… И присматривал за мной…
–И чем ты мне отплатил?
–Я не знаю, что мне сделать… Если бы я мог вернуть время назад… – отчаянно говорил Коул.
–Я пойду. Полезно пройтись…
Молодые люди направились в магазин. Путь проходил через оживленную улицу с множеством торговых точек и салонов. Это была центральная улица района, самая оживленная и многолюдная. Коул чувствовал себя неловко, оказавшись в родном месте, ему казалось, что на него все смотрят.
–Чарли, на нас все странно смотрят… – начал Коул.
–Не на нас… А на тебя! Хотя может все же и на нас… Ты же убил мою дочь, а я вот шагаю рядом с тобой…
–Чарли! Я… – хотел снова начать оправдываться младший брат, но заметил, что Чарльз вдруг остановился, – Ты чего встал?
Взгляд Чарльза был направлен на двух девочек семи лет, рисующих мелками на асфальте. Он словно оцепенел. Тело его не слушало, он не мог пошевелиться, глаза были наполнены грустью и невероятной тоской. Коул понял причину, которая заставила брата остановиться. Он встал рядом с ним, стараясь его поддержать, и присоединился к наблюдению.
Их прикованное внимание отвлек проходящий мимо священник: «Не судите, да не судимы будите… Бог простит ваши грехи и подарит Вам то, чего больше всего просите…»
–Я должен сходить в церковь… – тихо произнес Чарльз.
–Да… Конечно… Я пойду в магазин. На обратном пути встретимся…
Неспешно, Коул пошел в магазин. Он приобрел все строго по списку, и с пакетом в руке направился к церкви, ожидать брата. Вскоре Чарльз вышел к нему, и братья побрели к дому.
–Тебе стало легче? – интересовался Коул.
–Нет… – холодно отвечал Чарльз.
–Мне жаль… Что говорили на службе? – сочувствующе произносил младший брат.
–Священник сказал, что все грехи будут прощены. Мы сами вершим свою судьбу… И мы получим желаемое, если искупим грехи…
–Искупим?
–Да… Я попросил священника помолиться за тебя и отпустить тебе твой грех…
–Эээм…
–Но ты должен искупить свою вину…
–Как?
–Мы должны вернуть Амелию!
–Что? Это невозможно…
–Все возможно… Это как в компьютерной игре… надо только перезапустить…
–Я не понимаю тебя…
–У Иисуса было двенадцать учеников. Они стали апостолами… В буддизме процесс перерождения живых существ представлял собой колесо из двенадцати ступеней…
–Что ты хочешь этим сказать? – испуганно спрашивал Коул.
–Мы сможем вернуть мою девочку… Надо лишь отдать за нее плату…
–Какую плату?
–Жизнь за жизнь…
–Ты хочешь убить кого-то?
–Не я… Ты! Ты виноват! Ты отобрал ее у меня! Ты спрашивал, что можешь сделать для меня… Так сделай! Или ты не отвечаешь за свои слова, маменькин сынок?
–Почему ты говорил про число двенадцать?
–Потому, что это важное число в религии…
–Двенадцать?
–Двенадцать жизней… За жизнь Амелии…
Принятие
Днями и ночами ужасающие мысли не покидали голову Коула Эпсона, не давая ему спокойно жить дальше. Он настолько сильно чувствовал вину за содеянное, что это пожирало его изнутри. Больнее всего было от мысли, что он лишил брата самой главной ценности в его жизни, и ее смысла. В один из таких дней он пришел в комнату к брату, стараясь разрешить терзания.
–Что ты решил? – серьезно задал вопрос Чарльз.
–Ты уверен, что я искуплю свою вину этим?
–Ты искупишь вину передо мной… Ведь я твой брат… Я оберегал и защищал тебя, растил вместе с матерью…
–Как? Как
