– У нас нет больших средств на этот проект… – промямлила Мифлуха.
– У вас нет средств, но вы звоните Джигурде?! – он рассмеялся демоническим хохотом, – А мозги-то у вас есть в таком случае?
– Сам дурак, – обиделась Мифлуха.
Джигурда вскочил с места, в один рывок запрыгнул на стол и попытался снять штаны. Однако молния в застёжке заела и не поддалась его усилиям.
– Осечка, – с досадой сказал он, глядя Мифлухе в глаза, – Не в этот раз. Так вот и рушатся великие затеи великих людей. А вы – неудачники, вы ещё пожалеете. Вы все ещё заплачете.
Только после того как Джигурда ушёл, громко хлопнув дверью, Мифлуха нашла в себе силы завершить затянувшееся совещание:
– Чёрт с ней, с пресс-конференцией, чёрт с ней – с оппозицией. Не любить их – моя работа. Но что я – проклятая, что ли, на работе так уродоваться?! Баста. Все по домам. А мне коньяку бутылку. А лучше – две.
* * *
– Власть заслуживает одного – чтобы кто-то пришёл и насрал им на стол! – кричал Джигурда на пресс-конференции оппозиции, – Насрал! Снял штаны, сел и сделал это! Потому, что так устроен мир. Потому, что эти сволочи не платят по счетам! Поэтому пусть познают горечь, которую познал я. Где?! Где тут оппозиция?!
В тишине зала, разбавляемой только щелчками фотокамер и раскатистым голосом Джигурды, собравшиеся буквально вытолкнули вперед бледного человека в костюме и со смущённой улыбкой на лице.
– Это оппозиция?! – Джигурда расплылся в улыбке, – Я тоже оппозиция! Оппозиция всему на свете! Я пошёл в оппозицию из-за денег, а мне их не дали! И теперь я поддерживаю вас так, как никто не поддержит. Я сочинил для вас стих про вас. Вы заслушаетесь!
* * *
– А что за мужик сказал, что мудрец, покинувший нас, лучше примкнувшего к нам дурака?.. – вкрадчиво поинтересовалась Мифландия Вторая у своего министра госбезопасности, переключая телевизор с пресс-конференции оппозиции на музыкальный канал.
– Не знаю, – министр выпил и налил себе ещё. – Но я теперь буду всем говорить, что эту мудрость выдумал Джигурда.
Ч
– Чего они от меня хотят? – Мифлуха сидела нахмурившись и насупившись…
– Чтобы вы уничтожили планеты, – спокойно сказал министр госбезопасности.
– Ну, а ты-то что думаешь?..
Министр развел руками и заулыбался:
– Президент – вы.
– Да уж не головка испорченной радиолы! – рявкнула Мифлуха и сорвала трубку коммутатора. – Дайте штаб. Крендию.
После недолгого шороха трубка отозвалась голосом министра обороны.
– Какая обстановка с системой Памиры? – с ходу спросила Мифландия Вторая, даже не поздоровавшись с дочерью. Выслушав рапорт, она стала темнее тучи. Две планеты системы Памира были захвачены иррианцами в самом начале вторжения, с тех пор от них не было никаких вестей. Новости оттуда впервые поступили только вчера – к идущим на марше кораблям космической флотилии приблизилась спасательная капсула. Сперва в суматохе её чуть было не уничтожили, даже несмотря на то, что радиоконтакт удалось установить почти сразу. Потом разобрались и поняли, что это капсула крейсера Первого Измерения – с неё ответили люди… Флот, соблюдая огромную осторожность, заарканил неуправляемую консервную банку и тут же передал её госбезопасности: по старинной традиции их крейсера шли вторым эшелоном.
И уже после шлюзования, когда открыли переходные люки, на сотрудников госбезопасности кинулся экипаж капсулы – солдаты-десантники требовали немедленного уничтожения системы Памиры. Сначала их попытались успокоить, потом допросить… но в конце концов решили, что лучше сделать ментоскопирование и снять показания напрямую. Оказалось, что пять выживших человек в разбитой капсуле – это результат второй попытки столицы провинции спастись от иррианского нашествия. Первая попытка провалилась. Отчаянная атака планетарных подразделений для захвата энергетической установки и уничтожения планеты своими силами была остановлена орбитальной артиллерией Ирриании. Воспользовавшись этой суматохой, элитное десантное подразделение флота сумело захватить недостроенный крейсер и вывести его в космос. Их практически не преследовали – пустили вдогонку ракеты и успокоились. И теперь десантники с дрожащими губами требовали уничтожить планеты Памиры вместе с оставшимися на них людьми. Полностью. Срочно, как можно быстрее… Просмотреть ментограммы десантников от начала до конца никто так и не смог – от увиденного люди сходили с ума. Память десантников анализировали насчёт воздействия автоматикой иррианцев – результат удручил ещё больше: воспоминания были подлинными.
– Ну и что будем делать?.. – спросила Мифлуха у Крендии и, выслушав её, тут же бросила трубку с воплем. – Да знаю я, что я – Президент! Знаю! Мне уже доложили!!!
* * *
Через три часа был собран Совет министров. Сначала министр госбезопасности сделал краткое сообщение об обстановке вокруг Памиры. Потом собравшимся показали отдельные моменты воспоминаний десантников. Когда погас экран, все сидели молча, с поджатыми губами.
– Звери, – сказал министр культуры.
– Звери? Нет – звери куда менее изощрённы, – возразил министр экологии. – Кстати, с военными они поступают по всем соглашениям… А заключить соглашение о гражданских мы и не додумались.
Министр стулелитейной промышленности сидел крепко сжав кулаки и упёрши взгляд в давно потухший экран.
– Местные жители через прорвавшихся десантников требуют уничтожить планеты системы Памиры. У нас нет оснований считать, что это заговор, – констатировал министр госбезопасности.
– Ну и что нам скажет министр продовольствия?.. – спросила Мифлуха.
– А что я?! – вскинулся министр. – Я-то что?!
– А почему бы и нет? – спросила Мифлуха жёстким сухим голосом. – Если министр госбезопасности не отвечает, министр обороны молчит, то почему бы министру продовольствия, как человеку, тесно знающему нашу дорогую оппозицию в лице государственной преступницы, некой Марии, не высказать своё мнение?
Министр встал и официальным, дрожащим голосом сообщил:
– Министерство продовольствия не возражает.
– Против чего? Уничтожать? Или не уничтожать? – спросила Мифлуха зло. – Против чего вы не возражаете?
– Нам всё равно против чего не возражать. Как решите, так и решите. А мы не возражаем.
– Ах ты ж сука! – заорала Мифлуха, – В кинозал его – фильм ему! Фильм! Пусть смотрит круглосуточно! Скотина. «Не возражает»!
Министра схватили и спешно потащили из зала, он пытался вырваться и отчаянно брыкался.
– Есть ещё мнения? – спросила Мифлуха и обвела зал взглядом.
– А если штурмовать? – спросил кто-то.
– С марша? Самоубийство. Они же там укрепились… Там населения-то осталось… Мы больше солдат уложим при штурме. Да и никто им не помешает самим взорвать планеты, если мы сможем пробиться за первый эшелон обороны, – сказал министр госбезопасности.
– Армия готова выполнить любой приказ, – мрачно сказала Крендия.
– Угробить солдат, угробить заодно и жителей планет, зато с «ура!» на устах. Зато строем, с маршем, с флагами, с салютом победы. С награждёнными. С памятниками. С песнями. Ветеранами, венками. Речами. Обязательными годовщинами. С парадом. Ох, какие мы умеем делать парады!
– Мифлуха плюнула в пепельницу. – Или же угробить жителей планет. Очень тихо выпустить две ракеты… Вы знаете, о каких я ракетах. А я напьюсь и отдам этот приказ – пьяная и весёлая. Соберу всех шпионов в зал – и там объявлю. И пусть иррианцы видят нашу самую страшную силу, самый большой военный секрет – нам себя не жалко, ну а их и подавно. А потом всё равно – памятники. Кому? Да хоть тем, кто кнопку жать будет. Крендию наградим. Не кривись, душечка, наградим обязательно. Нас жители попросили. Так что салют! И вот мы мужественно собрались с силами… – Мифлуха сорвалась на фальцет – Знаете ли вы, суки трусливые, сколько надо мужества иметь – уничтожить две своих планеты?.. И годовщину…
Мифлуха замолчала и ещё раз осмотрела зал.
– Дайте мне монетку.
– Ну… Мифлуха… – впервые подала голос Карин, – разве так можно?..
– Орёл или решка, Карин? – спросила Мифлуха вкрадчиво, наклонившись к ней.
– Сама решай… – зло ответила Карин.
Мифлуха расхохоталась, подкинула монету, а потом хлопнула в ладоши, ловя её. Заглянула под ладонь и тут же спрятала монету в карман. Быстро что-то написала на листе бумаги, поставила подпись, перевернула лист и ногтём отправила его к Крендии. Та, поймав лист, быстро пробежала глазами, встала и вышла из зала через чёрный ход.
* * *
Когда из зала заседаний вышла Мифлуха, к ней кинулись сразу десятки дожидавшихся журналистов. Засверкали вспышки фотоаппаратов, Президента и столпившихся за ней министров осветили мощные прожекторы видеокамер. Сразу вытянулись длинные штанги микрофонов. Мифландия, щурясь, посмотрела в камеры. Вперед выскочил журналист самого пронырливого канала Первого Измерения, как обычно узнающего новости быстрее, чем их узнаёт правительство.
