– Добрый день, товарищ начальник! – ответил он, – Тут вот закон один… про полёты на пегасах… Я так не могу – честное слово! Вы же их то запрещаете, то разрешаете, то запрещаете, то разрешаете – ну как это можно конструктивно критиковать?! – Захар, изображая растерянность, широко расставил руки, в то же время ногой пытаясь запихнуть глянцевую обложку «взрослого журнала» под топчан. На его лице, как обычно, играла блудливая улыбка.
Мифлуха твёрдой походкой направилась к нему.
– Нет, я не пил! Товарищ начальник! Ну, только если чуть – самую малость… тоска же тут! – Захар отпрянул к стене и опасливо уставился на Президента. – Мне б это… того… женщину бы мне…
– Ты и так ни черта не делаешь! – Мифлуха решила проявить твёрдость. – До сих пор по пегасам нет рецензии, а я вот ещё принесла!
Она кинула папку с законом о марсианской программе на топчан.
– Товарищ начальник… – Захар опять развёл руками, всем видом демонстрируя чувство вины.
– Чтобы назавтра всё было! – гаркнула Мифлуха и быстро пошла к двери, пока оппозиционер не начал лезть со своими жалобами и извинениями. Внутри Президента всё кипело и бурлило – она уже месяц назад заметила, что Захар где-то достает спиртное. Но найти источник она не могла, а оппозиционер спивался всё сильнее и сильнее, что тут же сказывалось на его работе. «Надо привлечь Карин», – подумала Мифлуха, возвращаясь к своему книжному шкафу.
Президент потянула знакомый корешок «Половых извращений», когда вдруг ей пришла в голову неожиданная мысль «Новые»?.. Интересно, что новое можно придумать в этой давно заезженной теме…». Она потянула корешок на себя и вынула книгу.
– Там ничего интересного, я читал, – сказал звонкий басовитый голос из кабинета.
Мифлуха тут же оглянулась, рефлекторно пихнув книгу на место. Проход в тайник захлопнулся, и Президент смогла рассмотреть своего визитера: это был рослый могучий мужчина с густыми седыми бородой и усами. Он был одет в черный балахон и странную белую шапку, с длинными полами, на которых что-то было нарисовано золочёной краской. На лбу у него тоже висела какая-то золочёная бляха. Мужчина сидел за Мифлухиным столом, в её кресле – в руках он держал один из законов, явно взятый из пачки на углу стола.
– Ты кто такой?!
– Я смиренный брат твой – сын господа нашего, отца небесного, Святой угодник, – забасил мужик, в странной вычурной манере и протянул Мифлухе визитку. «Патриарх» – прочитала Мифлуха на визитке и, повертев её в руках, удивлённо уставилась на гостя.
– Садись, дитя моё, – пробасил Патриарх распевно, сильно выделяя интонацией гласные буквы, указывая на гостевой стул. – Господь всеблагой направил меня к тебе с поручением!
Мифлуха проглотила вставший в горле ком и аккуратно присела на краешек стула.
– Сестра, – заревел Патриарх, – когда приходит время покаяния, время праведной молитвы, то все живущие ныне должны сделать всё возможное… – Патриарх откашлялся и сплюнул в пепельницу. – Совсем уже горло посадил, – сообщил он доверительным тоном, без всякой распевности, и тут же вернулся к обычной своей манере. – Всё возможное для того, чтобы спасти свою бессмертную душу.
Святой угодник выжидательно заглянул Мифлухе в глаза. Она несколько раз кивнула головой, ожидая продолжения, но продолжения не последовало.
– Да, да – душу… – приободрила она святого отца.
– Свою, – выделил Патриарх обычным голосом, – душу. Я вижу, вы деловой человек, Президент. Мне с вами легко. Вы открыты для новых идей, а у меня есть такие идеи. Смотрите, – Патриарх поднял руки с раскрытыми ладонями на уровень Мифлухиных глаз, – у меня нет секретов. Вы умный правитель, сегодня – пятница, у меня странная шляпа, вы подпишите новый закон об образовании, и вечером можно пойти попить пивка…
Мифлуха четырежды кивнула и облизнулась.
– Вот и ладненько, – Патриарх протянул ей распечатку проекта закона. Мифлуха по привычке быстро пробежала его глазами: «Религиозное образование», «Проповеди в школах», «Основы религиозной культуры»… В её голове зародилось робкое сомнение, и она стянула со стола себе на колени толстый кондуит – Конституцию Первого Измерения, приготовленную для неё Карин. Учитывая патологическую лень Мифлухи и её полную неспособность запомнить даже основные законы, её верная телохранительница сделала для неё краткую иллюстрированную выжимку. К каждой статье Конституции, напечатанной большим шрифтом, она приложила картинку, иллюстрирующую основной принцип этой статьи – для ряда статей она положила записки о том, что они не важны. Кроме того, Мифлуха часто игнорировала статьи, к которым Карин не удалось подобрать картинки – но таких в Конституции было уже мало. Пролистав несколько страниц, Президент наткнулась на картинку «Религия яд – береги ребят!» с чёрной старухой, тянущей девочку от школы в сторону церкви. Мифлуха задумалась и, стараясь аккуратно подбирать слова, сказала:
– Святой угодник! Я такое не могу подписать… мне запрещают…
– Ну что за нытьё?! – взвыл распевным голосом Патриарх, – Что за сопли, на? Ты вообще Президент или говно какое? Запрещают ей… – Мифлуха попыталась возразить и сослаться на мнение Карин, но Патриарх пресёк это, как только Президент открыла рот. – Говно! Хочешь со мной поторговаться?! Да, на? Духовность, значит, не в чести, на?.. Душу свою, на, продать за бумажку готова, бюрократка хренова? Ну, давай, давай поторгуемся… Давай… Играем?! – взвыл Патриарх.
– Да, – только и пискнула Мифлуха. – Во что?..
– Ну, с тобой, – святейший ехидно улыбнулся, – явно не в шахматы. Вот, – он высыпал на стол три напёрстка и аккуратно положил небольшой металлический шарик. – Кручу, верчу, запутать хочу! Кто внимательный, толковый, отгадает, где шарик свинцовый, тот получит шляпу мою. Глаза следят – руки крутят-вертят! Раз, два – выбирай, да смотри не проморгай!
Он перестал водить руками и выставил перед Мифлухой три напёрстка.
– Этот, – Мифлуха тыкнула в правый напёрсток, и Патриарх со смехом поднял его.
– Ну что ж, – сказал он примирительно, – не угадала… Придётся всё-таки подписать закон, уговор дороже чести.
Мифлуха, опустив глаза и заранее предвкушая, какой скандал ей закатит Карин, подписала бумажку. Святой угодник тут же подхватил её двумя пальцами и положил в кейс.
– Это хорошо, что ты поддерживаешь нравственность и духовность у населения, – подбодрил Президента Патриарх. – Церковь – она же оплот духовности. Нравственная цитадель. Твердыня, которая хрен рухнет. Отдать мне, то есть церкви, деньги не грешно, а очень полезно для души. Мы же эти деньги потратим так, чтобы нас стало больше. Чем больше нас, тем больше у нас денег. А чем больше денег у нас, тем меньше их тратится на всякий там разврат и шатания…
– Но зачем церкви так много денег?.. – спросила робко Мифлуха.
– Ты что, против нравственности?! – заревел Патриарх и видя, как Президент сжалась на стуле, смилостивился:
– Может, хочешь отыграться? – небрежно спросил святой угодник, приподнимаясь в кресле. – Я ставлю шляпу и закончик, ну, а ты ещё одну мелочёвку подпишешь, если продуешь…
– Святой… угодник, а что за мелочёвку?.. – спросила Мифлуха робко.
– Да вот… – Патриарх толкнул к Мифлухе ещё один подготовленный законопроект.
«Отмена акцизных сборов на алкогольную и табачную продукцию, реализуемую на территории культовых учреждений», – Президент пробежала глазами текст, у неё зародилось сомнение:
– А… свечки там… всякие? – высказала она своё сомнение.
– Свечки? – святой угодник расплылся в улыбке и рукой разгладил свою пышную бороду. – На свечках капитал не сделаешь.
Мифлуха кивнула и стала читать дальше: «Изготовление и сбыт порнографической продукции, в том числе с участием малолетних прихожан». Мифландия Вторая икнула и снова полезла к кондуиту под осуждающим взглядом визитёра. Она долго листала его, ища картинку соответствующую затронутой теме, а когда нашла, скривилась, как от боли, и ошарашено посмотрела на Патриарха.
– А это, – слово «это» она сильно выделила голосом, – зачем?!
– Это, – Патриарх тоже выделил слово, передразнивая интонацию Мифлухи, – для внутреннего пользования. У нас, понимаешь ли, жизнь не сахар. Каждый развлекается, как может. На что горазд. А у нас есть братья, которые горазды на многое. Это естественно…
Мифлуха с сомнением покачала головой.
– Естественно, естественно… – подбодрил её Патриарх. – От бога. Он всеблагой, и наградил кого-то умом незаурядным, а кого-то страстью к мальчикам. Таков божий замысел. Вся власть от бога – не забывай. Бог дал, бог взял. Ну… Чего уставилась? Играем?
Мифлуха ещё раз посмотрела на фото в кондуите и захлопнула его. И тут ей пришла в голову мысль.
– А оппозиция… оппозиция тогда от кого? – Мифлуха вспомнила о Захаре, и ей захотелось, чтобы он пришёл и защитил её от этого наглого и хамливого старика.
