Снежки покраснели даже уши, и они уткнулись в тарелки, делая вид, что им совсем не интересно, что там происходит за соседним столиком. Но то, как старательно они избегали брякать вилками по тарелкам, сводило на нет все их усилия — любому было очевидно, насколько они заинтересованы.
Более того, они привлекли внимание окружающих к столику Каса и его звена.
К середине первой записи прислушивались уже все соседние столики, ко второй начали подтягиваться все, кому было вообще хоть что-то слышно, а к концу третьей вокруг столпилась вся столовая. Деление на группы и кланы было забыто, всех объединил общий интерес к личной жизни попавшего в переплёт боевого товарища.
— Ну, Комарик, ты даёшь! — таков был общий вердикт, озвученный хором тройняшками Рейга, когда запись подошла к концу.
Кас поднял бровь и обвёл своих ведомых вопросительным взглядом. Звено выжидательно смотрело на него. Студенты затаили дыхание, чтобы не пропустить ни слова.
— И вы всерьёз поверили, — заговорил он наконец, — что я способен первым предложить чтение романа «50 оттенков Эммануэль» и отработку отдельных сцен по ролям с тобой, Нима? Что я вызову Лорда на дуэль за руку обеих его дочерей ради тебя, Мара? И дам отпуск своему заместителю с полным взятием на себя твоих обязанностей, Лита?
Обиженный и опечаленный несостоявшийся гарем нахохлился. Массовка негодующе загудела — их симпатии явно были на стороне совершенно несчастных девушек.
— Ладно, в качестве поощрения за выдающуюся работу — я согласен, — вздохнул Комаров и поднял руку, останавливая одновременно воодушевлённо привставших девушек, возгласы: «Мужик! Молоток!» и гром аплодисментов. — Но осетра придётся урезать.
— Но мне действительно нужен отпуск! — вспылила Лита. — Хотя бы на месяц! Чтобы можно было наконец-то выкроить время и на себя! Ты знаешь, когда я в последний раз была в салоне красоты⁈
Кас снова приподнял бровь.
— Перед поступлением в Академию! — обиженно выдала Ведьма. — Ты думаешь, легко выдерживать конкуренцию с такими красотками без профессионального ухода⁈
Я мысленно присвистнул. Одной фразой Лита Рейвен умудрилась польстить всем присутствующим девушкам, которые разом расцвели — ведь их назвала красотками такая красавица! — и привлечь внимание мужской половины студенчества.
«Это у неё своя красота такая⁈» — так и читалось в оценивающих взглядах парней.
— И как прикажешь урезать дуэль с Лордом? — поддержала сестру Мара. — Ты думаешь. что не сможешь победить⁈ Даже если так — важен сам жест, символ, можно сказать, чтобы отец серьезно отнесся к твоим намерениям!
— В смысле урезать⁈ — взвилась Нима. — Между прочим, это не я заговорила про роман! И вообще — вся суть в финальных главах, без них будет не то! И почему вообще дуэль за благословение Лорда только для двоих⁈ Я требую, чтобы и меня включили в список! Ну и что, если я ему не дочь, то меня можно в сторону отодвинуть, что ли⁈
На прекрасные глаза Нимы навернулись совершенно неподдельные слёзы.
— Ах, — вздохнула одна из тройняшек, — какая любовь!
На неё зашикали, чтобы не мешала слушать, но в общем были с ней согласны.
— Я вас услышал, — весомо проговорил Комаров. — А теперь послушайте вы меня. Или вы действительно решите, как будете урезать свои требования, потому что свадьба-оргия-захват власти, неважно в каком порядке — это чересчур…
Девушки снова надулись и запротестовали.
— Или я сам решу вопрос с наградой, — договорил Кас, не обращая внимания на протесты. — Например так: мы будем спать.
— А… — начала было обрадовавшаяся Нима, вообразившая себе секс-оргии вчетвером.
— Только спать, — отрезал Кас.
— А… — подала голос Мара, которой представились романтика и сон в обнимку с лидером.
— Всем вместе, — осадил её Комаров.
— А… — подхватила Лита, решившая, что комэск наконец-то наладит режим.
— Пока не выспимся, — договорил Кас, обломав всё своё звено по всем фронтам.
— Да ну тебя! Как ты можешь⁈ С тобой невозможно разговаривать! — с этими выкриками девушки пробились сквозь окружившую их столик толпу и разбежались кто куда. Студенты начали расходиться по своим местам, оживлённо обсуждая сцену, свидетелями которой они стали.
— Зря ты так, — вздохнул Люциус, плюхаясь на освободившееся место. — Девушек надо любить…
— Кстати о девушках и любви, — Снежка заблокировала его сзади, лишая главу студсовета возможности сбежать. — Что там было про Катю?
— Ты что, ревнуешь? — Магнус похлопал по стулу рядом с собой. — Юлий, пошли к нам. Я своё обещание выполнил. Но ты мне тоже кое-что обещал…
— Я⁈ Тебя⁈ — взвилась Снежана.
Я понял, что Люциуса надо спасать.
— Обещал и выполню, так что далеко не разбегайтесь, — я улыбнулся повернувшейся ко мне невесте. — Но ты не единственный, кто мне кое-что обещал, так что я сначала схожу за обещанным, а потом расскажу то, что ты хочешь знать. Да и не ты один, пожалуй.
Я поднялся из-за столика, взял опустевший поднос и направился к выходу.
— О чём это он⁈ — долетел до меня недоумённый возглас Снежки.
Сверившись с подаренной Альфом программкой, я выяснил, где сейчас находятся ведьмы, и отправился прямиком к ним.
Они задолжали мне желание.
* * *
Я не сомневался в своей победе, когда предлагал сёстрам Салем рискованное пари. Да, способности Ковена делали их невероятно эффективными бойцами, но у них не было фамильяров, которые могли бы усилить каждое направление.
Сейчас они, должно быть, гадали, не потребую ли я, чтобы они убирались вон из Академии, чтобы закрепить свою победу. Но ни тогда, ни сейчас я не мыслил категориями победы или поражения.
Потому что при всей разнице между индивидуализмом отдельного человека и роевым сознанием ведьм, при всей нечеловечности Ковена сёстры Салем не были моими врагами. Да, они выбрали фамильяров, псевдослуг-спутников, как способ ограниченного контакта, чтобы не перегружать сеть контроля.
Ковен вполне способен вести полномасштабное сражение на тысячи юнитов, но полный контроль для них был возможен только с фамильярами. Свободных людей они могли только воодушевить и подтолкнуть к нужными действиям, что тоже очень немало — но вызывало у них недоверие из-за отсутствия стопроцентного контроля.
А на грядущей войне мы будем нужны все — и Ковен, и Департамент, и Лорд с его ЧВК… И просто люди, самые обыкновенные, не отмеченные сверхчеловеческими возможностями. И подлинной целью этого пари было сломать стену отчуждения между носителями
