своё неудовольствие Матриарху? — взгляд на вторую.
Джейд отвела глаза.
— Или сообщить Департаменту, что Ковен забыл о нашей главной цели? — взгляд на третью.
Воздух вокруг нас почти искрил — столько эмоций читалось в пылающих взглядах зеленоглазых ведьм.
— Или вы всё-таки признаете, что проиграли, и мы перейдём к делу? — поинтересовался я.
— Ты сам разрешил нам охотиться на «Волков», — возразила Эмеральд. — Почему ты вмешиваешься?
— В смысле охотиться⁈ — вырвалось у Литы. — А я-то вам поверила…
Стремительно развернувшись, она исчезла в коридоре.
— Грязно играешь, Ведьмак, — покачала головой Эмеральд.
— Она уже была рядом, — надумал губки Джейд.
— Почти попалась, — вздохнула Эмбер.
— Ничего не знаю, — отбрил я их. — Я как раз вас искал, чтобы вы выполнили желание.
— В какую позу вставать? — съехидничала Джейд.
— Меня не тянет на кукол, — отрезал я. — Всё, чего я от вас хочу, это ещё одно прохождение задачи Коба Яши Мару. Но на этот раз вместе с нами всеми.
Мне удалось их по-настоящему удивить.
— Но какой прок от нашего присоединения к вашей толпе? — спросила Эмеральд. — Мы не сможем существенно повлиять на прохождение задачи.
— В роли подчинённых — да, не сможете, — согласился я. — Но я предлагаю не это. Я хочу, чтобы вы взяли на себя командование на всех направлениях.
Соображали они всё-таки очень быстро.
— Но результат будет всё равно хуже, чем с фамильярами, — возразила Эмбер. — Мы не сможем вас контролировать. Попроси что-то другое.
— И всё же я настаиваю на своём желании, — отозвался я. — В конце концов, вы ничего не теряете. А мы, возможно, сумеем вас удивить.
Ведьмы переглянулись и синхронно пожали плечиками.
— Ну, если ты настаиваешь… — начала Эмеральд.
— Мы примем участие, — подхватила Джейд.
— Только как ты сможешь снова собрать такую большую команду, если Магнус не будет командовать? — спросила Эмбер.
Чертовски хороший вопрос. И своевременный. Потому что ответа у меня на него не было. Это Люциус, у которого в запасе были тонны компромата на всех и каждого — возможно, включая меня, мог давить на студентов, не мытьём так катаньем вынуждая их согласиться. Но у меня такого рычага давления не было.
— Я что-нибудь придумаю, — пообещал я, откланялся и ушёл обратно в столовую.
Где меня терпеливо дожидались Люциус, Снежка и Кас. Чёрт, я же действительно сказал им не разбегаться…
— Итак, — начал Магнус, — что ты хотел нам сообщить?
Я вздохнул.
— Ты сильно расстроишься, если я попрошу отложить этот разговор на несколько дней?
Он задумался. Потом уголки его губ дёрнулись кверху в хищной улыбке.
— Ладно, я подожду, — согласился он. — Но тогда за мной будет право на три дополнительных вопроса. И без отмазок.
— А что случилось? — хором спросили меня друг и невеста.
— Я затеял одну авантюру, — ответил я. — И мне потребуется твоя помощь, Люциус, чтобы её осуществить.
— Я весь внимание, — ответил глава студсовета.
Слушали меня все трое очень внимательно. Ни разу не перебили. Но стоило мне замолчать, Кас спросил:
— Почему ты думаешь, что с сёстрами Салем у нас получится лучше?
— У них есть свои секреты, — уклонился я от ответа, — но, если даже я ошибаюсь, что мы потеряем?
Он понял мой уклончивый ответ, взглянул на Снежку и Люциуса, которые пока ничего не знали о симбионтах, и согласно кивнул:
— Я в деле. За москитный флот ручаюсь, они поддержат.
— Стратегов я постараюсь склонить к участию, — пообещала Снежка. — В крайнем случае опять пригрожу отцом.
— Но пилотов мехов тебе придётся убеждать самому, — подытожил Магнус. — Хотя есть у меня одна идея…
Занятия в этот день начались только после обеда, и были в основном посвящены разбору особо острых и переломных моментов прохождения задачи Коба Яши Мару. Преподаватели, выглядевшие довольно помято, несмотря на все чудеса современной медицины, поздравили нас с исторической победой, поставившей Академию во главу топа всей Системы, и приступили к анализу наших действий.
Их очень удивил сбой, приведший к появлению копий Комарова, но все тесты показали полную исправность его капсулы, так что преподавателям оставалось списать случившееся на необъяснимое своеволие электроники, и высказать надежду, что сбой не повторится. Иначе наш результат могут забраковать, если докопаются.
Я перестал слушать уже на середине занятия. Во-первых, ничего принципиально нового и интересного для себя я не слышал. Во-вторых, меня отвлекли, и сделали это самым приятным образом.
«Нас сегодня ждут в „Морской Звезде“, — написала мне Микаэла. — Просят быть в парадной форме, будут чествовать нашу победу в задаче Коба Яши Мару. Ты как, придёшь?»
Конечно же, я пообещал быть. А кто бы на моём месте отказался?
Благо парадную форму обеспечивала пара тыков по кнопкам в смарте, умная ткань делала всё самостоятельно. А вот что Михалыч имела в виду под парадной формой для самой себя?
Я узнал это спустя пару часов.
Нас распустили с лекций, потому что ни о чём, кроме задачи Коба Яши Мару, студенты не могли ни говорить, ни думать, а у преподавателей, судя по всему, отчаянно болели головы. Я уточнил, где сейчас находится Микаэла, сообщил ей, что буду через несколько минут, и действительно спустя шесть минут тридцать секунд стоял перед дверью её комнаты.
Дверь открылась, и из неё вышло ослепительное видение.
Сегодня Михалыч оделась в длинное платье, обтягивающее точёную фигурку, словно перчатка кисть руки. Единственная широкая бретель, из-под которой выглядывала ключица с ямочкой, терялась в водопаде тёмных блестящих волос. Глубокий бирюзовый цвет ткани при каждом движении переливался узорами, всякий раз новыми, неповторимыми, как морская волна. Только ниже колен подол становился свободным, вскипая пеной оборки, и открывая изящные узкие ступни, обутые в такие же изящные узкие туфли-лодочки точно в тон ткани.
Яркий вечерний макияж в бирюзовых и золотых тонах необыкновенно ей шёл, оттеняя броскую красоту латины, крупные украшения под золото гармонировали и с нарядом, и с макияжем, завершая ансамбль, и я сам бы не узнал её, пожалуй, если бы встретил где-то в коридоре, а не в дверях её комнаты.
Каждый шаг Микаэлы наводил на мысли о набегающих на пляж волнах, и даже в ушах стоял шорох прибоя… Или шумела кровь?
Мне
