‒ жада похлопал рукой по подушке возле себя, предлагая Амину сесть рядом. – У тебя будет муж, младший супруг и, скорее всего, один наложник. Мышонка сейчас отдать не получится, он ведь провел течку с Айюбом. Значит, надо подождать, как минимум, три месяца, чтобы удостоверится, что он не беременный.
‒ Хани, давай оставим еще хотя бы парочку! Я же от скуки умру, даже поговорить будет не с кем! – заныл Амин.
‒ Амин, подумай лучше о том, что у них появился шанс стать чьим-то дыханием! Они могут стать для кого-то нужными и дорогими, чего были лишены здесь!
‒ Они здесь были очень нужны! – упирался Амин. – С кем я буду сериалы смотреть? Со слугами, что ли? А поболтать с кем? А кто будет Айюба развлекать, когда он вечером зайдет?
‒ Амин, не надо думать только о себе! Подумай о других, они ведь тоже хотят быть любимыми и счастливыми! – возразил Хани.
Шади выразительно хмыкнул, Хани сразу стушевался.
‒ Хорошо, Шади. Я тебе верю. Только пообещай, что Саид будет здесь, пока Олли будет у вас, ‒ увидев скептический взгляд Шади, сразу пояснил. – Ну, подумай сам. Если они истинные, ну, то есть, дыхание друг друга, то представь, что присутствие рядом Саида вызовет у Олли течку раньше времени? А он ведь еще совсем ребенок!
‒ Ой, папочка, не волнуйся ты так! – довольный Шади поцеловал Хани в щеку. – Саид не ребенок, он все понимает! Он сам за своего лисенка голову любому открутит, и себе все, что мешает, в узелок завяжет! А мы все хором проследим! Знал бы ты, как мои его там заждались. Мы уже и мячик купили, и настольные игры, и детей у нас там полно всякого возраста. А дочка моя уже вся извелась, очень хочет с Олли познакомиться! Они ему уже там комнату, наверняка, украсили! Да захоти Саид, и то через наш строй не прорвется! Я побегу предупрежу охрану, что сегодня уезжаю, а Саиду письмо напишу, чтобы сидел здесь, пока все не закончится!
Довольный Шади побежал, едва не подпрыгивая от счастья. Лисенок будет под присмотром и недоступен для посторонних, так Саиду будет спокойнее. А уж он сумеет припрятать пару нательных рубашечек Олли для Саида! Он же видел, как муж потихоньку обнюхивает ободок с ушками, подаренный Олли, когда думает, что его никто не видит. Как бы Шади ни любил мужа, он понимал, что выбор пары это неподконтрольная уму ситуация. А с гормонами лучше не воевать!
Главное, чтобы новенький легко вписался в коллектив и не нарушил их привычного уклада жизни. Это даже хорошо, что в первый раз он окажется в доме еще ребенком и без альфы с его манящим запахом за спиной. Значит, они смогут познакомиться и подружиться до того, как омежка войдет в их семью, как юный супруг. У Шади во многих смыслах была спокойная и размеренная жизнь, почти половина гарема перешла к Саиду в качестве наследства от прежнего эмира. А с возрастом взгляды на секс становятся, скорее, философскими. Так что, к Олли не стоило подпускать наложников сына Мансура, чтобы те молодые дурачки не наговорили глупостей ребенку!
– Хани, давай оставим несколько человек, – продолжил ныть Амин. – Ну, подумай о том, что каждый наложник уйдет в новый дом со всеми подарками от прежнего господина! Почти у каждого имеется по громадной шкатулке с подарками! Какой убыток для дома!
Хани только фыркнул, и оглядел подозрительно тихий двор.
– А куда все делись? – насторожился любимый супруг. – Опять какие-нибудь гадости затевают?
– Нет-нет, не беспокойся, ничего они не затевают, – ухмыльнулся Айдан. – Они все в хамаме. Я им настойку дал, которой надо метку натирать, чтобы свести запах альфы. Вот они и парятся, намываются, — жада улыбнулся. – У кого метка старая, те легко ее сведут, а те, у кого посвежее, или те умники, что у себя течку вызвали, будут дольше возиться. Но сами виноваты!
– Предатели! – Амин опять кипел гневом. – А ведь каждый клялся в вечной любви Айюбу, а теперь только фыркают и шеи натирают. Предатели!
– А как будет происходить день выбора? – поинтересовался Хани, Ясмин тоже насторожил ушки. Ведь жада так и не ответил на вопрос.
– Даже не знаю, как вам сказать, – замялся Айдан. – Раньше такого не делали. Я расскажу, как это бывает в случае, когда эмир-альфа угасает, и ему не могут найти преемника. Разное бывает в жизни. Бывает, что сам эмират настолько запущен и беден, что отпускать туда своего сына никто не хочет. Это, конечно, горе для жителей, но тогда разумнее отправится искать лучшей доли в новый город, чем доживать свой век в голодном городе.
Айдан, помолчав немного, продолжил:
– Айюб сказал, что сделает так, как положено. А это значит, что в день выбора в пустыне будут установлены шатры. Внутри шатер будет перегорожен непрозрачной тканью. В каждый из шатров за перегородку посадят по омеге. Альфы будут заходить в каждый шатер по очереди, чтобы понюхать аромат избранника и определиться, нравится он или нет. Ведь бывает, что выбор пары происходит внезапно, как выстрел. Ты слышишь запах и понимаешь, что это ТВОЕ! А бывает, что запах не более, чем приятен, в этом случае, надо принюхаться, как следует, и подумать.
Жада обвел взглядом затихших омег и объявил:
– Многие альфы приедут с супругами. Новый наложник должен быть, как минимум, одобрен супругом. Для этого завтра с утра у нас в гареме появятся гости. Наложники наденут самые лучшие наряды и будут стараться понравиться, поскольку именно супруги будут советовать своим альфам, к кому в шатер стоит зайти, а к кому лучше нос не совать. Кухня уже стоит на ушах и готовит десерты. Так что, одевайтесь понаряднее и задирайте нос повыше! Ясмин, я надеюсь, ты привез обратно все мои драгоценности?
– Э-э-э, – Ясмин попытался спрятаться за подушкой. – Жада вы, правда, беременного бить не будете? Я их не взял. Их Азиз привезет вместе с нарядами.
– Ох! – Айдан схватился за сердце и повалился на подушки, закатив глаза.
Все переполошились, бросились брызгать на омегу водой и хлопотать над ним, пока не увидели, что старый интриган веселится.
– Айдан, нас с Хани нельзя так пугать! – Ясмин обиделся.
– А оставлять МОИ драгоценности без присмотра можно? – жада
