Бенджи.
Он стоял в отделанном красным деревом обеденном зале гостиницы «Бомонт» – расположенная в трехэтажном здании гостиница представляла собой безрассудную смесь викторианского стиля и стиля королевы Анны. Бенджи не принадлежал к числу поклонников этих стилей: шумные стычки между коврами с лилиями и покрытыми плотным узором обоями, между желтоватой охрой и бордовыми красками раздавленного винограда, между темным деревом и кожаной обивкой. Это вызывало в памяти образ маленькой девочки, надевшей найденное на чердаке бабушкино платье и накрасившейся маминой косметикой.
(Бенджи поделился этими мыслями с Сэди, и ее ответ оказался совершенно другим: «А мне это напоминает бордель на Диком Западе».)
Однако в настоящий момент все их внимание было приковано не к обстановке и отделке, а к будущему стремительно угасающей человеческой расы.
Бенджи и Сэди стояли в обеденном зале перед большим окном, выходящим на обнажившиеся скальные породы гор Сан-Хуан. На столике в углу стоял спутниковый телефон «Черного лебедя», установленный на кольцо для салфеток. Телефон проецировал текст на обои – читать его было довольно трудно из-за яркого света, проникающего в окно.
МЫ НЕ МОЖЕМ ПЕРЕМЕСТИТЬ ПУТНИКОВ.
– Мы должны! – решительно заявила Сэди. – Это единственный разумный вариант.
– Если эти боевики ДАВ направляются в Урэй для того, чтобы нам навредить, – поддержал ее Бенджи, – наша лучшая тактика заключается в том, чтобы просто покинуть город до их появления. Можно будет вернуться потом, когда опасность минует.
Слова появились снова, на этот раз пульсируя красным цветом:
МЫ НЕ МОЖЕМ ПЕРЕМЕСТИТЬ ПУТНИКОВ.
– Почему? – спросила Сэди.
ПУТНИКИ СЛЕДУЮТ ОПРЕДЕЛЕННОЙ ПРОГРАММЕ.
– Но это же ты разработал эту программу!
По стене побежали строчки текста:
ПРОГРАММА ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ АЛГОРИТМИЧЕСКИЕ РАСЧЕТЫ, КОТОРЫЕ УЧИТЫВАЮТ ПОТРЕБЛЕНИЕ ЭНЕРГИИ. ЛУНАТИКИ НАХОДЯТСЯ В РЕЖИМЕ СНА, ДЛЯ ТОГО ЧТОБЫ БЕРЕЧЬ ЭНЕРГИЮ, ЧТОБЫ ЕЕ ХВАТИЛО НА ДОЛГИЕ ГОДЫ, КОТОРЫЕ ПОТРЕБУЮТСЯ ИМ ДЛЯ ВЫЖИВАНИЯ. НА ТО, ЧТОБЫ ИХ ПРОБУДИТЬ, ПОТРЕБУЕТСЯ МНОГО ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ ЭНЕРГИИ, НЕ УЧТЕННОЙ В РАСЧЕТАХ. В НАСТОЯЩИЙ МОМЕНТ ПОДОБНЫЕ ДЕЙСТВИЯ ПРИВЕДУТ К РЕЗКОМУ СОКРАЩЕНИЮ СРОКА ЖИЗНИ НАНОБОТОВ.
– Даже если речь идет о совсем маленьком путешествии? – в отчаянии спросил Бенджи. – Переместить путников на небольшое расстояние – здешние горы изобилуют пещерами, заброшенными шахтами, можно будет спрятать их там…
НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕЛЬЗЯ НАРУШАТЬ РЕЖИМ СНА.
– Он непременно будет нарушен, черт побери, если сюда ворвутся вооруженные боевики и перестреляют всех нас! И тогда уже все то, о чем ты рассуждал, не будет больше иметь никакого значения. Долгий путь сюда окажется проделан впустую!
НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕЛЬЗЯ НАРУШАТЬ РЕЖИМ СНА.
Бенджи потянулся к проклятому телефону, собираясь выбросить его в окно, но его рука, замерев на полпути, сама собой сжалась в кулак, стиснуть который со всей силой ему не позволило отчаяние.
– А что, если мы сами попробуем физически переместить путников? – предложила Сэди. – Возьмем их, как скатанные ковры, и… перенесем куда-нибудь в безопасное место.
ЗАЩИТНЫЙ ПРОТОКОЛ СОЧТЕТ ЭТО ОШИБОЧНЫМ.
«К черту твой защитный протокол!» – захотелось крикнуть Бенджи.
– А ты можешь отключить защитный протокол? – стояла на своем Сэди.
ДА.
– В таком случае за работу! – воскликнула Сэди, едва сдерживая торжествующий смех.
Однако Бенджи продолжал сомневаться.
– Перемещение путников станет сизифовым трудом. Нам предстоит перенести тысячу двадцать четыре человека, рассредоточенных по всему городу. Кто-то здесь, в гостинице, но большинство рассеялись по всему Урэю – мы только-только начали составлять список тех мест, куда разбрелись путники. На это уйдет уйма времени. Реальность такова, что нас, скорее всего, застигнут со спущенными штанами – эти ублюдки из ДАВ нагрянут аккурат в разгар наших усилий, то есть мы, по сути дела, будем сами кидать рыбу им в ведро. Вместо того чтобы спасти путников, подставим их под удар. По крайней мере, сейчас они рассредоточены – расправиться с ними будет непросто.
Он почувствовал, что Сэди хочется ему возразить, предложить какой-нибудь находчивый ответ, решающий проблему, но он также увидел, как вспыхнувшее у нее на лице возбуждение быстро угасло, сменившись унынием. Вызванным осознанием того, что он прав.
– Проклятье!.. – пробормотала она.
– Да, в таком дерьмовом мире мы живем.
– В таком случае какие у нас варианты?
«Черный лебедь» вывел на стену сообщение:
ВЫ ПРИМЕТЕ БОЙ, А Я ВАМ ПОМОГУ.
* * *
Дав отпер стальной сейф. Дверь распахнулась, открывая стойку с пятью ружьями – Дав сказал, что в арсенале три карабина и два ружья, – и одним револьвером под патрон «магнум.357», висящим в кобуре с ремнем на стенке. Взяв кобуру, Дав застегнул ремень на поясе.
– Патроны есть для всего этого, но всего по одной коробке. Кое у кого из жителей города есть личное оружие, но я вам честно скажу – таких у нас немного. В соседних городах любят охоту, однако Урэй всегда выделялся в этом отношении. Если кто-то станет свежевать лося у себя во дворе, это отпугнет туристов. А у вас, я обратил внимание, тоже есть оружие.
– Есть, – подтвердил Бенджи. – Совсем немного и ничего серьезного. Четыре карабина, два ружья, четыре пистолета или револьвера – между ними есть какая-нибудь разница? Я имею в виду, между пистолетами и револьверами?
– У револьвера есть вращающийся барабан. У пистолета барабана нет. Патроны в магазине, подаются в патронник по очереди после каждого нажатия на спусковой крючок. То есть это полуавтоматическое оружие.
– Вы… разбираетесь в оружии?
– Более или менее, как и почти все в Колорадо. Особенно в этой части штата. В Форт-Коллинсе, Боулдере и других подобных местах таких поменьше, но здесь мы уже рождаемся с карабином в руках. – Усмехнувшись, Дав достал из сейфа неавтоматический карабин. Ухоженный, в свежей смазке, резкий запах которой сразу же уловил Бенджи. – Но мы не боготворим оружие. Мы относимся к нему как к инструменту, такому же, как молоток или отвертка. Не видим смысла делать из него культ. Определенно, я не понимаю, как это люди тащатся от оружия. Если у кого-то твердеют соски, когда он держит в руках карабин, я уже начинаю тревожиться, что он может устроить стрельбу в школе или кинотеатре.
– Или вступить в отряд белых боевиков-расистов.
– И это тоже, Бенджи, и это тоже.
Бенджи, большой любитель цифр, тотчас же произвел необходимые вычисления.
Тридцать семь жителей города плюс семь пастухов, а теперь еще и бывший пастор Мэттью Бёрд. С тем, что у пастора в машине, у них всего семь карабинов, четыре ружья и пять пистолетов. Итого шестнадцать стволов на сорок пять человек. Примерно по коробке патронов на каждый ствол, хотя эти прикидки Бенджи посчитал неточными. В каких-то случаях патроны от одного оружия подойдут и к другому. Бенджи мысленно взял на заметку переписать калибры всех видов оружия и в буквальном смысле пересчитать все имеющиеся в наличии патроны. В данном случае подобная инвентаризация, какой бы страшной она ни была, очень важна.
Изложив Даву свои подсчеты, Бенджи добавил:
– Я не знаю, сколько боевиков привезет этот Озарк Стоувер
