— Хорошо, сэр, — не то, чтобы большие деньги вызывали у Гая столько почтения, просто перед ним был старший человек, сломленный горем. — Итак, после крушения лайнера, на котором я направлялся с Тильды Бэ домой, на Абеляр, мою спасательную капсулу выбросило в поле тяготения неизвестной мне планеты земного типа. Кроме сигнала искусственного происхождения, который поймал аварийный планшет, никаких следов цивилизации там не было. Я шел на сигнал, и… В общем, я пришел к чему-то типа бункера. Там была дверь, и она была открыта. За дверью я нашел два трупа, по всей видимости, это были пираты-охранники. Они прикончили друг друга: один пырнул другого, но тот успел выстрелить из пистолета. Я исследовал бункер — довольно обширный, день за днем, и в одной из комнат нашел следы пребывания женщины. Она там ни в чем не нуждалась, сэр. Это была роскошная комната, удобная. Также я выбирался на разведку, обыскивал окрестности и со временем нашел другой вход, грузовые ворота. И рядом с ними было логово диких зверей, хищников. Там я и нашел останки вашей дочери. Она, по всей видимости, сбежала от пиратов, воспользовавшись карт-ключом. Скорее всего, девушка не знала, где находится, иначе не стала бы бежать…
Гай осознанно не перегружал рассказ подробностями — скорбящему отцу было наплевать на всю его робинзонаду.
— Бедная девочка, — Мэдисон спрятал лицо в ладонях.
В таком положении он просидел минуту или две, а потом глянул Гаю прямо в глаза:
— Вы мужественный человек, мистер Кормак. Как я понял, вы устроили там, на планете, настоящую охоту на этих ублюдков…
— Там потом еще конфедераты появились…
— Всё, что есть в официальных рапортах полковника Крюгера и лейтенанта Хайтауэра, мне известно. Я знаю, что Саваж ушел, но также знаю, что вам удалось хорошенько проредить его команду… Я объявил награду за голову каждого мерзавца, причастного к похищению моей дочери…
— Денег я у вас не возьму, — отрубил Гай.
Конечно, кредиты никогда не бывают лишними, но… Это было бы слишком.
— Так, — сказал Мэдисон. — Мне хотелось бы всё-таки как-то поучаствовать в вашей судьбе, вы ведь небогатый человек, мистер Кормак…
— Это как посмотреть, мистер Мэдисон, как посмотреть… — через силу улыбнулся Гай.
— И как на это можно посмотреть? — удивился космический олигарх. — Шутите?
По всему выходило, что он и понятия не имел о том, что Ярр теперь находится в частной собственности. Хотя информация об этом имелась в публичном доступе.
— Вам придется принять от меня что-то, мистер Кормак. Даже не спорьте! Поверьте, ваша награда в денежном эквиваленте была бы более чем солидной — примерно столько, сколько стоит вся эта яхта вместе с камином, креслом и собаками!
Гай на секунду задумался, и тут лицо его прояснилось:
— Мне нужна боевая автоматическая орбитальная станция!
— Что, простите?..
— Я назову ее «Мэрилин»— в честь вашей дочери — и повешу на внешней орбите Ярра, это будет очень символично!
— Повесите на орбите Ярра? Погодите, вы что… Референт!
Вампир возник из ниоткуда прямо за плечом у своего хозяина и протянул ему планшет.
— Абсолютная монархия? — прочитал вслух Мэдисон.
Гай пожал плечами:
— Государство — это я. Так что почему бы и нет?
— Ясно теперь, что вы имели в виду с этим вашим «как посмотреть»… Вы весьма интересный молодой человек, мистер Кормак. Надеюсь скоро воспользоваться вашим предложением и посетить Ярр.
— Учтите: планетка специфическая. Двойная гравитация — это не шутки… Хотел вас спросить кое-что, сэр, но это может показаться вам бестактным…
— Спрашивайте, что уж там… — взгляд Мэдисона блуждал по вещам дочери, которые он разложил на столе.
— Учитывая двойную гравитацию, как вообще ваша дочь собиралась бежать? Пираты, скорее всего, были модификантами, но она…
— Ничего бестактного. Мне хватает средств на медицинское обслуживание на Пангее — вот и всё.
Ответ был простым и понятным. Если ты богат — ты почти бессмертен. Почти полубог. Правда, тварям с Ярра на это наплевать. Они сожрут тебя точно так же, как последнего парию из трущоб Сарасвати…
— Разрешите откланяться, сэр?
— С вами свяжутся по поводу вашей орбитальной станции. Я думаю, через несколько дней мы отправим буксир в систему Ярра, хорошо бы вы проконтролировали процесс распаковки и приведения в боевую готовность…
— Да, там у меня еще ракетные платформы, так что…
— Ракетные платформы? Ну, тогда мои люди не станут приближаться к планете без вас. У меня есть ваша гала-почта, референт свяжется с вами, чтобы обсудить мой визит на Ярр.
— Нет проблем, мистер Мэдисон!
* * *
Легкий катер — не транспортник, не военный корабль и даже не абордажный бот. 2g Ярра заставляли его движки завывать и вибрировать, корпус — трястись, а Гая — молиться, чтобы посадка была благополучной. Гравитация проклятой планеты норовила втоптать утлую скорлупку прямо в грунт.
Парень дождался, пока откроется дверь, и вышел наружу. В висках знакомо застучало:
— Здравствуй, дом родной! — усмехаясь, сказал Гай и оглядел Долину.
Его не было здесь чуть больше месяца, но местная живность и непростые погодные условия уже поработали над ландшафтом: везде можно было заметить следы запустения.
— Эй, Мич! Ты не помнишь, в Сезаме были бытовые роботы или что-то типа того?
— Были, — откликнулся Мич и полез на крышу домика: разрушать гнездо псевдоворон, которые мостились там на самой трубе.
— «Не сбавляй обороты», — говорили они… — пробормотал парень. — Знать бы, что это значит, вот что я говорю!
Он пошел в сарайчик и через минуту вышел оттуда с большой метелкой — нужно было навести порядок! Утяжелители из вольфрама он решил не снимать, даже здесь, на Ярре. Может быть, это и значило — не сбавлять обороты?
Вообще жизнь играла новыми красками, когда на заднем дворике стоял «Эрнест», на котором можно было улететь отсюда куда угодно: хоть к родителям — на Абеляр, хоть к янки на Ред Сокс, хоть к едрени матери. Теперь у Гая был выбор, и теперь его здесь всё устраивало.
Высоко на орбите техники «Мэдисон Корпорейшн» устанавливали «Мэрилин» — боевую орбитальную станцию планетарной обороны под контролем вольнонаемного программиста, которого посоветовал Рудольф. Программер должен был проверить, не оставили ли корпоранты каких-нибудь подводных камней в начинке станции, и не предаст ли она в самый ответственный момент своего хозяина. А потом переподчинить ей ракетные платформы и наладить связь с маяками в астероидном поясе Ярра. Командный центр предполагалось разместить здесь, на поверхности, а доступ к нему Гай сможет получить из любой точки системы — только бы канал связи был стабильный.
«Мэрилин» относилась к среднему классу боевых орбитальных станций. Мощный силовой щит, орудие главного калибра, по своей пробивной способности не уступающее турболазерам патрульных крейсеров, скорострельные лазерные турели, десять автономных дроид-истребителей и функция установки минных полей — такие машины применялись для обороны шахтерских поселков дальних колоний или постоянных исследовательских экспедиций в нецивилизованных мирах.
Одной «Мэрилин», даже вкупе с ракетными платформами, было явно маловато, но теперь даже «Эсперанце» не удастся просто так подойти к Ярру и высадить на него десант — из ее хвоста полетят перья, а абордажным ботам и вовсе соваться в астероидные поля будет смерти подобно!
Думая об этом, Гай довольно жмурился: абсолютная монархия Ярра постепенно обрастала мускулами! Правда, флот в виде одного-единственного легкого катера оставлял желать лучшего. И население тоже не прирастало…
— Твою мать! — сказал парень, внезапно вспомнив о полутора тысячах замороженных пиратских пленниках в Сезаме. — И что мне с ними делать?
Глава 24,
в которой таки да
«„Кадры решают всё!“ — так говорил один из самых успешных тиранов древности. И он был тысячу раз прав. Неважно, что ты строишь: империю, семью или собственный бизнес, неважно, насколько креативные у тебя идеи и продуманное планирование — всё в итоге сводится к людям, с которыми тебе придется сотрудничать. Писатель может работать один, печник может работать один, программист может работать один — да и то на каком-то этапе всё равно придется коммуницировать с десятком-другим людей. Император не может работать один, успешный бизнесмен или отец семейства — тоже. Если твое окружение — серые посредственности, будь готов, что вместо блистательной империи у тебя получится унылое полицейское государство, вместо счастливой семьи — бытовуха и скука, вместо успешного предприятия — очередная контора „Рога и копыта“. Поэтому какой бы вы политический строй не пытались выстроить, какую сексуальную ориентацию не предпочитали, в какой сфере не мечтали бы работать — всё дело в людях. Поднимая революцию или инициируя развод, мы не учитываем простого факта: ничего не получится, ничего не изменится, пока не изменятся люди… А люди никогда не меняются быстро. Даже если очень-очень этого захотят. Правды ради, такое дерьмо, как люди, и меняться-то не хочет. Проще винить в своих проблемах других, чем измениться самому…»
