пожевал губами, но не решился спорить с венценосным раненым, а подошёл к телу и приложил ладонь к голове.
— Точнее не бывает. Два удара в сердце, лицо обожжено маслом, даже глаза выжгло. После такого никто не выживет. Что делать с телом? Похоронить с почестями, как вы говорили раньше?
— Нет! — Ламбер в бешенстве сжал зубы так, что они заскрипели, почести тому, кто его почти победил? Нет уж! — Выбросьте в канализационные тоннели под ареной. Крысам и бродячим псам тоже нужно жрать.
***
Дозорные заметили его издалека и выслали навстречу десяток всадников. Потребовалась помощь лекаря и целое ведро воды, чтобы трибун четвёртого легиона Ланис Торбин пришёл в себя и смог говорить.
— Ещё кто дошёл?
— Вчера и сегодня утром полторы сотни. Похоже, Вы последний, кто смог добраться до крепости.
Ланис закрыл глаза и откинулся на лежак, на который его уложили. Это были три самые тяжёлые дня в его жизни. Всю воду, которая оказалась приторочена к седлу, он отдал лошади, трезво рассудив, что если она падёт, то пешком ему точно не дойти. И всё равно несчастное животное пришлось оставить этой ночью, так как дальше нести его оно не могло, и идти самому. Три дня без воды, хорошо хоть доспехи он бросил ещё в первый день, чтобы не нагружать лошадь лишним весом, оставил только меч. Но и его пришлось выкинуть сегодня, солнце отнимало последние остатки сил, хотелось просто упасть на раскалённый песок и остаться на нём лежать, и будь что будет, уже всё равно. Только упрямство продолжало толкать трибуна вперёд, заставляя делать следующий шаг, а потом следующий и следующий. Но он всё-таки добрался. Ничего, хоть они и проиграли, но если первые уцелевшие дошли до Орлиного Гнезда вчера вечером, то в Империи уже знают о случившемся, и теперь сюда идут как минимум два полных легиона. С такими силами и с нормальным командованием они раздавят этих дикарей. Главное — запросить больше магов и более сильных, и более опытных.
— Как скоро подойдёт помощь?
— Неизвестно, — комендант поморщился и угрюмо уставился в окно, отведя взгляд от собеседника, — когда мы узнали, что произошло, и я пошёл в артефактный зал отправить сообщение, оказалось, что амулет связи разбит. Оба стражника, которые охраняли его, мертвы. Поэтому пришлось отправить простого гонца.
— Демон! Значит, у них тут есть свой человек!
— Был. Стража доложила, что между появлением первых беглецов и тем, как я пошёл в артефактную комнату, из замка уехал помощник повара, сказал, дескать, по поручению нашего Толстяка Сома. Вот только Сом утверждает, что никаких поручений ему не давал.
— Если он ушёл, то мог перехватить гонца. Стрела догонит и конного, и пешего.
— Ну, мест для засад в степи не так и много…
— Всё равно отправьте ещё троих, но не сразу, а через пару часов. И пусть едут разными путями, а не по тракту.
— Будет исполнено, трибун.
— И готовьте крепость к обороне. Если они озаботились тем, чтобы оставить нас без связи, значит, планируют нападение. Иначе какой в этом смысл? Никого не пропускать через тоннель и даже не впускать в него, не хватало нам под видом каравана торговцев впустить к себе под бок врага. Усилить дозоры на стенах. Предупредите воинов, пусть будут готовы к возможному подъёму по тревоге. А мне надо немного отдохнуть, я почти не спал уже трое суток.
— Слушаюсь!
Армия кочевников появилась под утро. Они перекрыли ущелье и нагло принялись строиться напротив крепостных стен, вне досягаемости башенных баллист и стреломётов, словно точно зная, магов в гарнизоне нет и на вылазку людей тоже не хватит.
— На что они рассчитывают? Ни осадных башен, ни лестниц.
Поднятый из постели Ланис с ненавистью рассматривал противника. Ровные ряды лёгкой пехоты и спешенных орков в полном порядке построились в ущелье, словно собираясь пешим ходом взойти на крепостные стены. Никакого осадного парка заметно не было, как и признаков лагеря. Осаду они не планируют, только штурм.
— Ну, летать они, надеюсь, ещё не научились, — Комендант нервно хохотнул. Весь гарнизон с усилением, при оставленном магазине и беглецами не превышал семи сотен. А у врага, на первый взгляд, никак не меньше полутора тысяч. Хотя при обороне крепостей такое превосходство не критично, Империя знала случаи, когда её легионеры отражали штурмы и десятикратно более многочисленной армии. Но у них нет ни одного мага, а у врага их множество. Это заставляло трибуна и коменданта нервничать и с опаской смотреть на нелепые, на первый взгляд, приготовления кочевников.
— Ряды, как по натянутой струне. И не скажешь, что там бандиты, кочевники и мародёры. Этот их Шаог Азис сумел навести порядок и прижать к ногтю дикую пустынную братию.
— Да Вы им прямо восхищаетесь, трибун.
— Враг, который наголову разбил более чем вдвое превосходящие силы, заслуживает уважения. Опасно их недооценивать, я уже видел, к чему подобное приводит, не далее как три дня тому назад. Что у Вас с магической защитой стен? Давно обновляли?
— Честно сказать, не знаю, гарнизонный маг не владел стихией земли. А при мне никто точно сюда не приезжал ради этого. Хотя летом, когда тут были на практике студенты, среди них имелся один. Гном. Так он тут всё исползал и всё матерился, мол контуры замкнуты, простите, через жопу и что тому, кто такую защиту ставил, тоже кое-что кой-куда вставить не грех. Значит, что-то делал.
Ланис поморщился. Дисциплина, дери их верблюд, защитные заклинания обновляли, скорее всего, в прошлом веке, по укреплениям свободно шастают студенты, которые могут скорее доломать, чем наладить, а всем всё до финика, пока гарпия в зад не укусит.
Перед строем кочевников тем временем неспешно выехали несколько человек, закутанных в плотные плащи. И не жарко им. Шаманы, как пить дать. Значит, собираются вместо осадного парка действовать магией. И точно, один вытянул из складок плаща жезл и, направив его в сторону крепости, прокричал непонятную фразу. По дороге от него до крепости пролетел еле заметный смерч из пыли, и стены чуть заметно вздрогнули, но на этом и всё.
— Или у него сломанная игрушка, или мы должны до конца своих дней поить пивом и кормить закуской того гнома.
— Да на такое у всего гарнизона жалования не хватит. Гном на халяву да под бесплатную жратву может выпить неограниченное количество пива.
Шаман тем временем предпринял ещё одну попытку с тем же результатом, после чего, по-видимому, усомнился в работоспособности своего инструмента и, направив его на скалы ущелья, повторил процедуру.
Камень
