ушло. Ариэна вздохнула с облегчением, когда Тамран предложил перенести церемонию на другой день. Она одержала очередную по6еду, но не чувствовала ничего, кроме усталости и пустоты. «Скоро тебе захочется бежать из этого замка…» Ей уже хотелось убежать куда-ни6удь подальше. Или хотя бы лечь и заснуть. Надолго. Теперь она была даже рада вернуться в свои мрачноватые покои с громоздкой ме6елью и тёмными коврами. Но сначала пришлось в сопровождении правителей уров и глав общин спуститься в подземелье. Никто не сомневался, что она может открыть сокровищницу, но многим не терпелось увидеть это со6ственными глазами.
Призрачная паутина засветилась ярче, когда Ариэна поднесла к центру узора ариллинового паука. Он тут же словно сросся с ней, а паутина стала настоящей. Так же, как и дверь, которую она затягивала. Дверь оказалась незапертой – да в этом и не было необходимости. Когда Ариэна отворила её, все увидели просторную комнату с низким сводчатым потолком, загромождённую тяжёлыми сундуками. В глу6ине зала темнел дверной проём, ведущий в соседнее помещение. Здесь явно был не один зал.
– Эти сундуки 6удут открыты после того, как царица Аранхайи наденет корону, – сказал Тамран. – И после того, как будет из6ран Большой Совет. А пока никто не вправе распоряжаться этими сокровищами.
С ним согласились. Ариэну, нервы которой были уже на пределе, мучил страх, что ариллиновый паук теперь намертво прирос к паутине, но страх оказался напрасным. Этот ключ был послушен Ариэне. Она легко сняла паука с паутины, которая тут же снова превратилась в иллюзию. И то, что за ней находилось, тоже. Ариэне вдруг захотелось, чтобы весь этот проклятый замок превратился в иллюзию. А ещё лучше – исчез совсем. Чтобы остались только она и Тамран. Она вспомнила тёплый при6режный песок, запах моря и влажный аромат сосен с голубовато-зелёной хвоёй… И тропу, которая, петляя между ними, вела к белому дому на холме. Ариэна легко очистила его от призраков, пугавших всю округу. Но те туманные видения были сущим пустяком по сравнению с призраками, от которых ещё предстояло избавиться.
– До Эрении мне пока далеко, – призналась она Тамрану, когда он вечером зашёл к ней поговорить.
Проспав несколько часов, Ариэна чувствовала бы себя вполне сносно, если бы не пустота, образовавшаяся у неё внутри после того, как она публично уничтожила свою соперницу. Они беседовали в маленьком внутреннем дворике, в который можно было выйти прямо из покоев Ариэны. Этот дворик был частью её апартаментов. Здесь уже отремонтировали фонтан и даже расставили по углам вазоны с тёмно-лиловыми герминами, цветущими до самой зимы. Мозаика на полу сохранилась великолепно. В ярком лунном свете растительный орнамент смотрелся ещё красивее, чем днём.
– Заклятие, наложенное ею на сокровищницу, до сих пор работает. И вряд ли я смогу его снять. Разве что убрать магическую паутину и повесить на дверь обычный замок.
– А надо ли? – пожал плечами Тамран. – Пусть считают, что открыть эту дверь можешь только ты. Так безопасней.
– Опять ложь… Да нет, я не жалуюсь. Сама втравилась в эти игры. Помню, как мне доставалось от деда за враньё, а что толку…
– Меня воспитывали иначе, – усмехнулся Тамран. – Мой приёмный отец говорил: есть жизнь и есть прописные истины. Бывает, что одно совпадает с другим, но это не всегда к лучшему. Да ладно, не такой уж тут страшный обман. Этот ключ подчиняется только магу, а единственный маг сейчас здесь – ты. Или эта старуха тоже хорошая колдунья?
– Хорошая. Но ключом может воспользоваться каждый, кому он попадёт в руки. Значит Нэйя сказала тебе, что открыть сокровищницу может только великий маг? Это неправда. А Нэйя вообще не владеет магией. Я уже давно об этом догадывалась, а сегодня убедилась окончательно. Послушай, Тамран… Она же открывала при тебе дверь сокровищницы. Когда ты это увидел, ты поверил, что пророчество Эрении сбылось?
– Да, – ответ прозвучал резко, почти зло. – Этот проклятый ключ оказался у неё, эту дурацкую дверь она открыла… Что я ещё мог подумать? Ты же только сейчас рассказала мне, как раздобыла этот кулон. Помню, ты говорила, что смогла убежать из башни только потому, что тебе удалось найти кулон с нитью аранхи. Потом Галиан сорвал его с тебя, чтобы ты не сбежала. У меня и в мыслях не было, что этот кулон и ключ от сокровищницы – одно и то же. Ты ведь не сказала, как он выглядит…
– Да. Честно говоря, мне даже вспоминать обо всём об этом было жутко, не то что рассказывать. И я только недавно поняла, что это ключ. Но ты... Ты-то ведь считал, что Нэйя владеет им по праву. Ты готов был пойти против всех? Люди так ждали, что пророчество Эрении сбудется, а значит исполнится воля богини…
– Всё так и получилось, – улыбнулся Тамран. – Если честно, мне было плевать на это пророчество. Мало ли кто что сказал пятьсот лет назад? Мы живём сейчас, мы вправе сами строить свою жизнь. Во всяком случае я привык выбирать сам. При всём моём уважении к покойной Эрении.
– Хорошо, что её выбор совпал с твоим. Иначе у нас с тобой были бы крупные неприятности.
– Нам не привыкать. Знаешь… Я был лучшим воином богини, но никогда ей не молился. Я ненавидел Маттар. Мне всегда казалось, что это она погубила моих родителей. Да по сути так оно и есть. Сегодня я впервые задумался о провидении, о божественной воле… Её можно уважать, на неё можно плевать – разницы никакой. Я противился ей, вернее, мне так казалось, а в результате стал её орудием. Есть вещи, которые нам никогда не понять до конца, но я твёрдо знаю одно: надо делать то, что считаешь нужным. И отстаивать свой выбор.
– Ты совершенно прав, воин богини. Мы, люди, сами ткём полотно Аранхи. Ты упорно чертил свой узор, и этот узор проступил на божественном полотне. Сокрытое стало явным, видимым для всех. Стало частью нашей жизни. Ты действительно воин богини, Тамран. Один из лучших.
Тамран подошёл к заострённой арке, за которой начиналась лестница с высокими перилами, протянувшаяся от дворика к балюстраде соседней 6ашни.
– Жаль, что позолота стёрлась, но это поправимо… Зодчий Мерилий предлагает вымостить полы во дворах плиткой из халконита. Но тут, по-моему, можно оставить всё как есть. Правда?
– Правда, – согласилась Ариэна. – Тут
