же, ожидавший от своей подводной находки самого худшего, свои истинные чувства выразил вслух лишь после того, как убедился в целости всего что было внутри мешка:
— Все на месте и в полной исправности — баллона с воздухом, дыхательный прибор, шланг.
Разглядев все это, вздохнул с облегчением:
— Хоть этот аппарат уцелел, а то все другие осколками от взрыва буквально в клочья изорваны.
Вот тут его слова снова были непонятны мальчишке.
— Где они все так изорваны? — не сразу сообразил Алик, но тут же исправил свою невольную оплошность. — Так ты нашел субмарину?
…Оказалось, что проснувшись еще с рассветом, инопланетянин Бьенол решил быстрее рассеять все свои сомнения, которые не давали ему покоя всю ночь:
— Еще до своей гибели профессор Колен говорил ему о, приплывшей сюда в лагуну подводной лодке.
Хотелось немедленно проверить его слова.
— И она действительно была там, где ее и видел бедный наш профессор, — разглядывая уже свои трофеи, поделился сетелянин.
Дело было еще до бомбардировки острова.
Время прошло много. И с тех пор всё могло измениться все самым кардинальным образом. Вот почему, не став будить сладко посапывающего во сне мальчугана, он на рассвете тихо выбрался из шалаша и отправился на поиски.
…Все оказалось именно так, как Бьенол и предполагал.
Нырнув в самом глубоком месте лагуны, он увидел на её дне развороченную взрывом субмарину.
Годичное пребывание в теплой соленой воде лагуны не пошло даром для погибшего подводного корабля. Коралловые наросты уже покрывали некогда гладкие бока подводной лодки.
И внутри ее отсеков, как можно было наблюдать сквозь пробоины, поселилась кое какая морская живность.
Было бы её, наверное, гораздо больше, но пока еще во внутренних помещениях лодки чувствовалось присутствие нефтепродуктов.
— Наверху-то разводья вытекшего из топливных цистерн горючего смыли, частые в этих местах, штормы и тайфуны, а вот здесь этой дряни еще навалом, — догадался Бьенол, пробравшись в первый раз внутрь утопленной субмарины.
Еще несколько посещений ее отсеков понадобились ему на то, чтобы разобраться с вещами, уцелевшими при, вызванном взрывом, пожаре, бушевавшем внутри потаённого судна. Зато удалось определить среди них те, что могли быть полезными для двух новоявленных робинзонов.
Взрыв ракет, запущенных со «Стелтса» и поразивших лодку, наделал в ней немало бед.
— И все же кое-какие отсеки, — по мнению ныряльщика. — Не очень сильно пострадали при катастрофе.
Сравнительно быстро затонув, субмарина не дала выгореть от начавшегося пожара всей своей начинке.
Потому Бьенол весьма обрадовался, когда с трудом, но отыскал-таки отсек, где всюду валялись обрывки резиновой одежды.
— Наверное, — по его предположению. — Здесь могло находиться снаряжение для подводных погружений!
Оно же сейчас было просто необходимым, чтобы досконально изучить погибшее судно.
К счастью, пришелец в это не ошибся:
— Последний, так и не использованный в его партии с Шелтоном Грубером, козырь дона Луиса с этого момента должен быть сыгран уже на стороне противников погибшего мафиози.
И вот теперь, выбравшись из лагуны со своими находками, а затем и облачившись в, найденный в мешке, акваланг и взяв в руку мощный конденсаторный фонарь, Бьенол не стал скрывать от Алика всей своей радости:
— В кромешной темноте много чего пропустишь, да и лишние силы уходят на то, чтобы выныривать для вентиляции легких.
Перед тем как надеть маску, он произнес:
— Зато теперь буду под водой, как дома.
Новое погружение, действительно, принесло гораздо больше открытий, чем прежде.
В том отсеке, иссеченном осколками, где случайно уцелел этот акваланг, Бьенол собрал в один тюк, всё остальное что тоже еще годилось для того, чтобы скрасить жизнь вынужденных островитянам:
— В том числе и для починки других вещей.
Среди прочего оказались несколько баллонов с кислородом, не имевших пробоин, маска с уцелевшим стеклом, кипа гофрированных шлангов.
Из всего этого, он решил, впоследствии соорудить подводное снаряжение и для Алика. Что тут же и сделал, выплыв на берег с новым грузом с потопленной субмарины.
Правда, само занятие ремонтника оказалось довольно сложным и потребовало на него немало времени.
Светового дня Бьенолу на все про все не хватило. Пришлось ему посвятить этому целый вечер. Зато уже на следующий день в глубину лагуны они нырнули вдвоем.
Хотя и не ранним утром, как он сам сделал накануне, а гораздо позднее. Ведь, несколько часов ушло на то, чтобы и Алик освоился с необычным для себя занятием подводного пловца-аквалангиста.
…Многие помещения субмарины не имели обычного доступа из-за того, что кое-какие переходы намертво заклинило при взрыве.
И тут обоим исследователям помог их неожиданный дар, чуть не стоивший когда-то жизни в магнитной клетке тайного исследовательского центра доктора Лериха.
Но, теперь на эти свойства было грех обижаться!
Ведь, пользуясь ими, Бьенол и Алик легко сумели побывать на потопленной субмарине везде, где хоть что-то могло вызвать их интерес.
Правда, в одном месте — в носовой части субмарины, они надолго не задержались.
Оказавшись там первым, Бьенол сразу же дал сигнал юному другу покинуть помещение.
Сделал это после того, как луч его фонаря осветил в заполненном водой отсеке сигарообразные контейнеры.
— Туда, — как он помнил. — Боевики дона Луиса загружали комплекты снаряжения диверсионных групп, предназначенные для засевших в горах бородачей.
Его опасения были не напрасны, так как грозная начинка контейнеров — пластиковая взрывчатка пентрит могла подвергнуться детонации при малейшей небрежности:
— И тем более после того, что случилось с субмариной, от ее опасного груза нужно было держаться на предельно почтительном удалении.
Но, нет, как говорится, худа без добра.
Оказавшись за соседней переборкой, они, наконец, нашли то, что так долго искали на затонувшей субмарине.
Помещение было складом провизии. Хотя и носило отпечаток специфики подводного корабля. Потому все содержимое каптёрки камбуза корабельный кок предусмотрительно упаковал в большие прорезиненные мешки.
— Ну-ка, давай вот этот поднимем наверх! — кивком велел Бьенол, подплывшему к нему, Алику, берясь за край ближайшего от них мешка.
На этот раз им можно было выбраться наверх из тесных помещений подводной лодки довольно простым путем.
Пока Бьенол осматривался в кладовой, Алик из острого любопытства тронул руками круглый штурвал, замыкавший входной люк. Тот, с трудом, но все же поддался, выведя мальчишку в соседний отсек, откуда путь вел наружу.
На него явно
