США (US Treasury) и Центральный банк, он же Федеральный резервный банк (Federal Reserve)? Нет ли нарушения антимонопольного законодательства? Дело в том, что в этих уважаемых государственных и частных органах (Федеральный резерв принадлежит неназываемому кругу частных лиц), сплошь да рядом трудятся выходы из подконтрольных этой троицы структур. Почти все министры финансов США прошли школу в Goldman Sachs, многие кочуют из инвесткомпаний в Комиссию по ценным бумагам и обратно. А что касается Федерального резерва, то это вообще вещь в себе, ни перед кем не отчитывается. Более того, если изучить список первичных дилеров Федеральной резервной системы США, то есть банки, через которых впрыскиваются эмитированные доллары в американскую и мировую финансовые системы, то и там торчат уши The Vanguard, BlackRock и State Street.
Насколько могущественны люди, стоящие за этими структурами, знающие друг друга, связанные корпоративными, школьными, семейными и личными связями, и не страдающие от избытка тщеславия? Это вопрос не риторический. Как далеко простирается их влияние, если ими контролируются даже завзятые конкуренты Coca Cola и Pepsi Cola, существование которых является символом конкурентной борьбы? Сложно сказать. Но вот когда Джон Кеннеди хотел прибрать финансовую систему и эмиссию доллара к рукам правительства, кто-то двумя пулями сложил с него президентские полномочия. Возможно, совпадение. Возможно, и нет. Совокупная мощь этих структур, которые всегда в тени, равняется ВВП США и Европы. Собственно, они и контролируют всё предприятия, вносящие основной вклад в создание ВВП. Их не видно и не слышно, но достоверно известно, что они есть и что управы на них никакой нет.
Теперь понятно, кто тут главный? Кто главнее самих начальников партий – хоть Единой России, хоть Республиканской, хоть КПК?
14.02.2020. Они не любят Путина, Трампа и Си
Кто скрывается за понятием «либералы», «финансисты» и «филантропы» в современном мире?
Российские говорящие головы уже привычно раскладывают все мировые события как игру между финансистами, они же либералы, и изоляционистами, они же патриоты и государственники. Двух лидеров мировых сверхдержав, и примыкающего к ним председателя Поднебесной относят к патриотам-государственникам. Провалы и глупость российского истеблишмента, которая хуже сознательного вредительства, списывают на козни либералов и стоящих за ними финансистов.
Когда говорят о мировых банкирах, плетущих всемирные сети глобализма, то абсолютное большинство не знает, о чём говорят, и тем паче не знают, о ком говорят. Болтают глубокомысленно о неких абстрактных банкирах и финансистах, типа буржуинов, которые нанимают всяких плохишей разваливать собственные страны за бочку варенья и корзинку печенья. Иногда подразумевают американский Федеральный резерв и Международный валютный фонд. После выхода книги Джона Перкинса «Исповедь экономического убийцы» в число злокозненных финансистов попали Всемирный банк (что фактически является второй ипостасью Международного валютного фонда), наряду с третьей – Международной корпорацией развития) и Агентство США по международному развитию USAID.
Люди, плохо себе представляющие реальную расстановку политических сил и экономическую развесовку финансовых агентов, полагают, что политические решения принимаются в мировом закулисье типа Бильдербергского клуба, Совета по международным отношениям и Трехсторонней комиссии. Граждане, считающие себя продвинутыми конспирологами, присовокупят сюда еще несколько масонских лож, общество «Череп и кости», и две еврейских организации «Бнай Брит» и Американо-израильский комитет по общественным связям AIPAC. Не в меру догадливые и пытливые вычислят еще иллюминатов и Комитет Трёхсот. Дальше нить умозаключений приводит в эзотерику и мистику – за всеми этими структурами стоит князь мира сего, падший архангел Люцифер, он же Сатана, со всем своим сатанинским воинством. Приехали, дорогие товарищи, зовите архиерея с кадилом, пусть постом и молитвой разгоняет чертей и изгоняет дьявола.
Действительно, существует и Бильдербергский клуб, и даже общество «Череп и кости» при Йельском университете. Существует даже Богемская роща недалеко от Сан-Франциско, место, куда каждым летом съезжаются влиятельные люди два совместного отдыха и распития спиртных напитков после внезапного возникновения приязненных отношений между ними. Это место показано очень достоверно в сериале «Карточный домик» про американскую политическую машину. Но дело в том, что это не организации, где принимаются какие-либо решения. Это всего лишь тусовки – познакомиться, обнюхаться, понять свой человек или не свой, обговорить вопросы общего порядка, подружиться в целях совместного извлечения выгоды – финансовой, политической, карьерной. Решения готовятся и принимаются в других местах, которых, как не парадоксально, фактически не существует. Например, в так называемых умственных трестах, фабриках мысли, thinking tanks. Некоторые из них похожи, а некоторые не похожи на советские НИИ в традиционном понимании нашего человека. В России среди хипстеров от геополитических штудий есть миф об Институте проблем сложности в Санта-Фе. Такой институт действительно существует, но он называется просто Институтом Санта Фе (Santa Fe Institute). Штат там только административный, несколько научных сотрудников заняты преимущественно организацией резиденций (то есть гостевого пребывания) для учёных из других организаций. Научный совет самостоятельно или по заказу спонсора организует длительные семинары или резиденции по определенным темам; в данном институте в самом деле изучаются структуры и проблемы крупных систем. Приезжают исследователи, занимающиеся искомой темой, гостят в течение недель или месяцев, совместно обмозговывают тему на междисциплинарном уровне. Потом издают сборник трудов, что они там надумали, и восвояси. Большинство американских научных тусовок и посиделок носят прикладной характер, академическая наука в США, как и в Европе, развита слабо. Она есть, но не в тех объёмах, в каких была в СССР. И белая молодежь не идёт в науку, потому что там платят сравнительно немного. Как сейчас определяют, что такое первоклассный американский университет? Это, говорят сами американцы полушутливо-полусерьёзно, заведение, где русские профессора учат китайских и индийских студентов.
Из-за отсутствия академической науки и серьёзной научной подготовки в США зачастую принимаются нелепые и бестолковые решения во многих сферах, где требуется конкретные знания удалённых вещей, например, культуры и обычаев других стран. Надо еще понимать разницу в ментальности американцев и тех же русских. Если у американских студентов что-то спросить, они начинают говорить «Я думаю, что…», «Я верю, что…», «Я предполагаю, что…». Русских профессоров это выбешивало, они лезли на стенку от раздражения и говорили, что их не интересует, во что студент там себе верит, а интересует, что студент знает конкретно и точно. Американцы испытывали жуткий дискомфорт от такой постановки вопроса и писали на русских профессоров жалобы в ректорат, что те сильно прессуют неокрепших умом студиозусов. Потом, проучившись четыре года в таком щадящем интеллектуальном режиме, эти юные граждане расползаются по банкам, корпорациям и государственным учреждениям, и начинают делать там карьеры.
Чем это всё заканчивается? Очень примечательна и поучительна история частной консалтинговой компании
