пайка?
-- На этот вопрос я не буду отвечать, пока Фасолевый Стебель не расскажет всех подробностей его отношений с Мышкой.
Видя выражение лица юноши, Асеро сказал:
-- Ладно, вернёмся к этому вопросу позже, а сейчас я считаю необходимым дать слово самой Мышке.
До того Тапир отвечал относительно спокойно, но тут он взорвался криком:
-- Да показания девчонки ещё ничтожней показаний сумасшедшего! Вы не знаете, какой указ вчера издала Новая Власть в Кито?! Отныне женщины не могут свидетельствовать в суде, и это правильно. Они недостаточно хладнокровны и слишком слабы умом по сравнению с мужчинами.
-- Нам Новая Власть не указ, -- ответил Асеро. -- Подозреваю однако, что женщин лишили не только этого права, но и других, потому интересно узнать, каких именно.
-- Да, они теперь не могут голосовать в собраниях, ну и на выборные должности их тоже нельзя выдвигать. Вообще они все объявляются собственностью мужей и отцов. Мужья и отцы, разве вам не нравится такое положение дел. Вы теперь можете контролировать женщин так сильно, как захотите! Неужели вы не рады этому?
По толпе раздался гул. Понятно, что женщинам такое положение дел не нравилось, но многим мужчинам пришлось по нраву. Это казалось соблазнительным и удобным... Асеро понял, что дело принимает опасный оборот. За это сомнительное благо от Новой Власти Тапиру и его преступления могут простить... Асеро тут же постарался найти контраргумент
-- Опомнитесь, люди! Ведь если ваши жёны и дети теперь ваша собственность, значит, их можно будет забирать за долги! Вы хотите увидеть своих жён и детей в рабстве?
-- Умный человек в долги не залезет! -- крикнул кто-то из толпы.
Асеро ответил:
-- А ты думаешь, это просто блажь каких-то молодых шалопаев -- в долги залезать? В долговую кабалу не по доброй воле залезают, а оттого, что деваться некуда. Людей против их воли ставят в такое положение, что без займа никак, а если не отдашь заём, иди в рабство со всей семьёй. Не страшит участь увидеть, как над твоей женой или дочерью глумится богатый господин? Не ужасает мысль, что можно закончить свои дни запоротым и в колодках под палящим солнцем? Ведь и с вами рабовладелец может сделать всё что угодно, хоть ногами вас в пах пинать, да и прямо кастрировать может. Хотите такого? Или всё-таки лучше, когда рабов нет, человека в собственность обратить нельзя, а женщины всеми правами обладают и в случае чего могут свидетельствовать? Впрочем, мы отвлеклись от сути дела. Даю слово Мышке, если, конечно, она не против.
Мышка вышла вперёд и гордо подняла голову.
-- Да, я хочу и буду говорить, -- сказала она. -- Я обвиняю этого человека в том, что он испортил мою жизнь, он тут виноват с начала и до конца. Будучи юной девушкой, я не испытывала поначалу к Золотому Луку никаких чувств, он казался мне жестоким, потому что мог обидеть без причины. Как-то я даже пожаловалась Тапиру на одну из жестоких шалостей Золотого Лука. Но вот что я услышала в ответ. Учитель объяснил мне, будто душевное состояние юношей и мужчин целиком и полностью зависит от женщин, и что если мужчина жесток, то это оттого, что он несчастен, так как женщины его мало любили. И что я могла бы помочь Золотому Луку, полюбив его, тогда бы он стал лучше и перестал бы издеваться над другими. И что даже если он начнёт обижать меня, это оттого, что ему не хватает любви, и мой долг дать ему эту любовь в ответ. Это смутило меня, так как, с одной стороны, долг необходимо выполнять, с другой, мне очень не хотелось с ним связываться, да и не была я уверена, что справлюсь.
Девушка сделала небольшую паузу: видно, не привыкла она говорить так много за раз и перед всеми, да и любому такая прилюдная исповедь даётся нелегко. Но Асеро понимал, что у Мышки и в самом деле накипело.
-- Признаешь ли ты, Тапир, что такой разговор был?
-- Да, был, и я не отказываюсь от своих слов.
-- Значит, по-твоему, юноши и мужчины не сами отвечают за свои поступки, а целиком и полностью зависят от обстоятельств? Как-то глупо тогда настаивать на безраздельной власти мужчин. Только что ты говорил, что Фасолевому Стеблю нельзя давать прав как душевнобольному, но по твоим словам, любой мужчина также не отвечает за себя, как и душевнобольной.
Тапир не стал ничего отвечать, и Асеро сказал Мышке продолжить:
-- Пока Золотой Лук ко мне интереса не проявлял, всё это для меня было лишь поводом для раздумий. Потом он закончил школу, его забрали служить, и видеть я его стала только на побывках. И тут он проявил ко мне интерес. Воспоминания о его школьных жестоких шалостях несколько потускнели, а вот слова Тапира о том, что Золотой Лук под влиянием женской любви способен измениться в лучшую сторону, крепко запали мне в душу. Я попыталась ответить на его любовь, попыталась пригреть его и изменить... В какой-то момент мне казалось, что у меня получается, но на деле он просто старался не быть жестоким при мне. Потом от Фасолевого Стебля я узнала, что в это же время тот его бил... Но тогда Золотой Лук стал требовать от меня, чтобы я ему отдалась, обещая жениться после окончания службы, а я опасалась этого, зная, что отец мой строг и может не простить мне такого. А Золотой Лук говорил мне, что если я не отдамся ему, я его недостаточно люблю... Тогда я опять обратилась за советом к Тапиру, спросив, как мне доказать свою любовь Золотому Луку, не отдаваясь ему, а он посоветовал уступить. Да, именно это сказал мне тот, кто ныне зовёт меня шлюхой! Я уже была готова отдаться ему, если бы не увидела, как Золотой Лук угрожает Фасолевому Стеблю ножом, говоря, что если тот не послушается, получит этим ножиком в низ живота и истечёт кровью... И тогда я поняла, что не могу связать с этим человеком свою судьбу, я боялась, что даже если он и женится на мне, то и меня ждёт жизнь, полная угроз. И тогда я сказала Золотому Луку, что разрываю с ним, так как всё равно не смогла его перевоспитать. Он долго меня уговаривал, говорил, что Фасолевому Стеблю надо было преподать такой урок. Я горячо спорила с ним, доказывая, что ни бить людей нельзя, ни
