вины при народе достаточно. Лекарь, возьми перо и бумагу, и напиши всё, что знаешь об убийстве старейшины и тех следах, которые были у него на теле. Эту бумагу мы возьмём в Кито, твоя дочь и Фасолевый Стебель отвезут её вместе с нами. И ты, Дверной Косяк, лучше просто напиши признательные показания, мы отправим их в Куско. Это зачтётся за порку.
Несчастные подчинились.
Асеро спросил для порядка:
-- Есть ли у тебя, Тапир, что-либо возразить на их рассказ?
-- Скажу, что когда женщину насилуют, она всегда сама виновата. И что, если с кем-то часто случаются несчастья, значит, он сам виноват, не случайно же они именно к нему идут, а значит, надо примерно наказывать неудачников.
-- Ты сам себе изрёк приговор, Тапир, -- саркастически ответил Асеро, -- и раз мы тебя сегодня повесим, значит, ты это заслужил. А для всех остальных это будет уроком, что вам врали, и что удача отнюдь не свойство человека, и удачливых отбирать бесполезно.
Инти добавил:
-- Что верно, то верно, нет тех, кому бы удача улыбалась всегда, но любой живой удачливее мёртвого. Ну, почти любой, -- Инти иронически улыбнулся глядя на Тапира. -- Времени у нас не очень много, так что кому с нами ехать, тем лучше собирать вещи. От себя я могут рассказать, что когда мы встретили Тукана, Большого Камня, Золотого Лука и двух женщин, нас было трое. Я, мой помощник Коралл и моя дочь Утеша, ради безопасности переодетая мальчиком. Я их спросил, откуда у них лошади моих друзей, они в ответ накинулись на нас. Точнее, Тукан схлестнулся со мной, Большой Камень тоже думал накинуться на меня с боку, но ему помешал Коралл, а Тапир накинулся на Утешу, сочтя мальчишку лёгкой добычей. Конечно, рука у девочки короче, через некоторое время он сумел дотянуться ей до плеча, где брошь скрепляла тунику. Ну и, повредив ей одежду, понял, что это девочка, и крикнул подельникам, что её надо оставить в живых и продать в рабство. Это придало девочке решимости, и она сумела скинуть его с седла. Этим он подтвердил старую истину, что из карателя плохой воин, ибо каратель слишком неуравновешен и труслив. Так и этот не смог справиться даже с неопытной девчонкой. Нашу Службу обвиняют в жестокости и пытках, но на самом деле мы стараемся обходиться без этого, даже к мордобою прибегаем неохотно. Потому что хотя иному мерзавцу пытки были бы заслуженной карой, но людей у нас слишком мало, чтобы так бездарно выводить их из строя. Так что не верьте сказкам про наши мнимые палачества, те, кто их выдумывает, сам тайно мечтает о жестоких и бессудных карах, мы же действуем в рамках необходимости. А сегодня есть необходимость его повесить, впрочем, решать вам, я могу лишь советовать.
-- Решайте, решайте! -- крикнул Тапир. -- Только вот эти уедут, а с Новой Властью из-за этого у вас проблемы будут.
-- Ты считаешь свою персону столь важной, чтобы делать из тебя повод для мести? -- саркастически спросил Асеро.
Тапир только смерил Асеро презрительным взглядом и не ответил ничего.
-- Возможно, он прав, -- сказал Инти. -- Им не так обязателен серьёзный повод, чтобы мстить. Одна лояльность инкам может быть поводом для расправы. Так что приговор не повлияет, -- повернувшись к народу, он добавил, --готовьтесь к самообороне и выберете себе командиром не труса. На ваше счастье, людей у них мало, так что, скорее всего, отобьётесь.
После секундной паузы Инти добавил:
-- И ещё, соотечественники, могу сказать, что так, как сегодня, я никогда не ужасался. Казалось бы, как так? Ведь при моём опыте видеть мне доводилось и куда более жуткие вещи, например, изуродованные трупы с выколотыми глазами и вспоротыми животами, казалось бы, куда страшнее, чем то, что тут произошло. Но там я знал, что это сделали конченые мерзавцы, а здесь, вот в этой школе, этот так называемый учитель этих самых мерзавцев и карателей готовил, и вы, тавантисуйцы, спокойно смотрели на это и не вмешивались! Лишь немногие решались что-то предпринять. Многие из вас спрашивают, наверное, как так случилось, что власть инков рухнула, и теперь в стране хозяйничает кучка мерзавцев? Да вот так и вышло из-за вашего нежелания гасить зло в зародыше, вашей наивной надежды, что тлеющий торфяник может погаснуть сам собой. И теперь пожар разгорелся такой, что грозит гибелью всей стране. Впрочем, теперь вам волей-неволей придётся отрешиться от этого ложного спокойствия, и этот день вы не забудете никогда в жизни. Ничего, наши предки сдюжили прогнать чужеземцев ? и мы сдюжим! Родина или смерть!
Последовали бурные продолжительные аплодисменты, после чего было голосование. Смертный приговор был вынесен почти единогласно.
Потом он был приведён в исполнение, после были проведены выборы старейшины, им стал отчим Птичьего Когтя. Он к инкам относился сдержанно, но имел боевой опыт в борьбе с каньяри, в делах банды был не замешан, и решимость защитить родное селение у него была.
Перед отъездом Птичий Коготь сказал Асеро:
-- Я думал удрать с тобой, но так как враги внутри айлью обезврежены, и предстоит бой с врагами, мне было бы стыдно покинуть своих родных, я должен сражаться здесь. Здесь я нужнее, чем в Кито.
-- Понимаю тебя. Надеюсь, что мы скоро вернёмся оттуда с армией.
-- Оказывается, Тапир как-то моего отчима стыдил за то, что якобы позволил моей матери себя обмануть... хотя она не обманывала, он знал о её беременности, но готовность усыновить чужого сына даже без обмана Тапир считал признаком отсутствия мужества. В общем, Тапир был язвой на теле айлью, теперь всё пойдёт лучше.
Выбрали и нового учителя. Им стала девушка, заведовавшая библиотекой. Как оказалось, она и без того помогала многим постигать премудрости грамоты, так как Тапир только своим сомнительным теориям был учить горазд, а со своими прямыми обязанностями справлялся весьма посредственно. Как объяснил Инти, с прохиндеями так бывает довольно часто, вот почему процесс, начинавшийся с халатности, порой переходил в политическую плоскость, что несколько удивляло сторонних наблюдателей, с мнимой прозорливостью предполагавших, что дополнительные обвинения навешивают исключительно для отчётности.
Эпилог
Так как к ним присоединились Роза, Мышка и Фасолевый Стебель, нового старейшину удалось уговорить им выдать дополнительных лошадей, а Дверной Косяк вернул Асеро те вещи из дворца, которые Золотой принёс в качестве трофеев. Всё-таки совесть у бывшего старейшины была, и ему стыдно было
