— А из тебя, парень, вышел бы неплохой игрок, — промолвил менестрель, вынимая изо рта трубку и выкладывая очередной камень. — Только привыкай относиться к игре серьезно. — Дым его табака отдавал листвой и орехами.
Мэт взял из кучки у своего локтя еще один камень, моргнул и оставил его лежать на месте. В три хода камни Тома окружат треть камней Мэта. Юноша не заметил этого раньше и теперь не видел никакого выхода.
— Ты когда-нибудь проигрываешь? — спросил он Тома. — Хотя бы одну игру кому-нибудь проиграл?
Том вынул изо рта трубку и погладил согнутым пальцем усы:
— Давненько такого не бывало. А вот Моргейз у меня обычно половину партий выигрывала. Говорят, хорошие военачальники и те, кто искусен в Великой Игре, в камни сражаются очень хорошо. Вот Моргейз как раз такая, и у меня нет сомнений: в битве она тоже была бы генералом не из последних!
— Может, лучше еще разок сыграем в кости? — предложил Мэт. — На игру в камни надо слишком много времени.
— Возможность выиграть нравится мне больше, чем выбрасывать девятку или десятку, — сухо отвечал седоволосый менестрель.
Когда дверь открылась, впуская в каюту капитана Дерна, Мэт вскочил с места. Добрый мореплаватель с квадратной челюстью сдернул с плеча плащ, стряхнул с него капли дождя, забормотал себе под нос проклятия:
— Пусть Свет иссушит мои кости, если я знаю, почему разрешил вам нанять «Быстрого»! Вам, которые, вот проклятье, требуют гнать и гнать его в ночь темнее некуда под хлещущие струи яростного ливня! Еще быстрее! Побери всех прах, вечно одно — быстрее и быстрее! В такой круговерти да на таком ходу мы уже тысячу раз могли влететь на мель!
— Но вы хотели золота, — резко ответил Мэт. — Вы сами нам сказали, Дерн, что эта груда старых досок способна мчаться стремительно. Когда мы прибудем в Тир?
Капитан натянуто улыбнулся:
— Как раз сейчас мы швартуемся у причалов Тира. И чтоб мне сгореть, как проклятому фермеру, коли меня еще когда уговорят хоть что-то везти в этакой спешке! А теперь гоните остаток золота, что вы мне обещали.
Подойдя к маленькому оконцу, Мэт выглянул наружу. В режущих глаза отсветах молний он разглядел мокро блестящий каменный причал. Мэт выудил из кармана второй кошелек с золотом и бросил его Дерну.
— Давно пора, — пробурчал он. Кто слышал о речнике, который не играет в кости? Да ниспошлет Свет, чтобы я не слишком опоздал!
Мэт собрал свою одежду и одеяла в кожаную сумку, повесил ее на плечо, а сверток с фейерверками, за стягивающий его шнур, — на другое. Затем он накинул на себя плащ, который укрыл все его вещи, а спереди оставил прореху. Лишь бы фейерверки остались сухими, а сам Мэт промокнуть не боялся. Он-то обсохнет и будет как новенький, а вот фейерверки влаги не выносят — уже проверено в ведре с водой. Видно, прав был па Ранда! А Мэт-то всегда думал: Совет Деревни не запускает фейерверки в дождь просто потому, что ясным вечером зрелище должно быть куда более впечатляющим.
— А не хочешь ты продать все это имущество? — спросил его Том, набрасывая на плечи свой многоцветный и многолоскутный плащ. Под ним нашли убежище и арфа в кожаном футляре, и флейта, а вот узел с одеждой и одеялами свисал с плеча менестреля неприкрытый.
— Нет, Том, не продам, покуда не узнаю, как они действуют. Да ты сам подумай, какая будет потеха, когда я запущу их все разом!
Менестрель вздрогнул:
— Ни в коем случае — все разом, парень! И не смей за ужином бросать их в камин! Знал бы я, как ты удумаешь с ними обходиться, ни за что бы не допустил тебе такого подарка! Повезло тебе, парень, что капитан не вышвырнул нас с судна два дня назад.
— Не сделал бы он этого! — Мэт засмеялся. — Сначала ему надо было получить второй кошелек. Верно я говорю, Дерн?
Дерн подбросил кошелек на ладони:
— Раньше я не спрашивал, но золото ты мне отдал и обратно его не получишь! Чего ради ты устроил такую гонку? Будь оно проклято, но зачем мы так спешили?
— Да просто я поспорил. — Мэт, зевнув, подхватил свой посох, собираясь уходить. — Просто пари.
— Пари?! — Дерн уставился на тяжелый кошелек. Второй такой же был заперт у него в денежном сундучке. — Должно быть, на кону стоит целое королевство!
— Не-а. Гораздо больше, — ответил Мэт.
Дождь хлестал по палубе как из ведра, даже сходней не было видно, найти их Мэту помогла вспыхнувшая над городом молния. Шум ливня заглушал мысли Мэта. Но от самого берега наверх вела освещенная фонарями улица. На ней наверняка отыщется гостиница. Ни капитан, ни матросы не вышли под дождь проводить пассажиров. В полном одиночестве Том и Мэт прошествовали до причала.
Когда сапоги его увязли в грязи, Мэт принялся ругаться, но делать было нечего, он вынужден был на каждом шагу бороться с раскисшей землей, чавкая в жиже сапогами и помогая себе посохом. В воздухе пахло дождем и рыбой.
— Сначала гостиницу найдем! — прокричал Мэт Тому. — А потом я осмотрю город.
— В такую-то погоду? — крикнул в ответ Том. Дождь стекал по его лицу, но гораздо больше его беспокоили арфа и флейта.
— Думаю, Комар покинул Кэймлин раньше нас, — сказал Мэт. — Если у него хорошая лошадь, а не такие приманки для ворон, как у нас с тобой, то он опередил нас и на день раньше отплыл из Арингилла вниз по реке. Не знаю, помог ли нам этот болван Дерн хоть немного наверстать время.
— Мы оказались здесь очень скоро! — проговорил Том. — «Быстрый» заслуживает своего названия.
— Какой бы дождь ни поливал, Том, я должен найти Комара раньше, чем он разыщет Эгвейн, Найнив и Илэйн.
— Не дергайся, парень, несколько часов никакой роли не играют. В таком городе, как Тир, гостиниц, думаю, не меньше сотни, да еще сотни постоялых дворов за стенами, причем некоторые — невзрачные домишки с дюжиной комнат, они так скромны с виду, что с первого взгляда и не заметишь. — Менестрель надвинул поглубже капюшон плаща, продолжая ворчать себе под нос. — Чтобы обыскать все гостиницы, понадобится несколько недель. Но и Комар потратит не меньше времени. Так что эту-то ночь мы с тобой можем провести под крышей, а не мокнуть под дождем. Можешь поставить любую из оставшихся у тебя монет, что Комар под дождем рыскать не станет.
Мэт покачал головой. Крохотная гостиница с дюжиной комнат! Пока он не покинул Эмондов Луг, самым большим зданием, которое он видел, была гостиница «У винного ручья». Он вспомнил, что у Брана ал'Вира постояльцам сдавали не больше дюжины комнат. Эгвейн со своими сестрами и родителями жила в другой половине второго этажа. Чтоб мне сгореть, иногда мне кажется, что лучше бы никто из нас не покидал Эмондов Луг! Но Ранду пришлось отбыть из родных краев, и если бы Эгвейн не отправилась в Тар Валон, она, скорей всего, погибла бы. А теперь именно из-за того, что Эгвейн туда отправилась, ей грозит гибель! Мэт понимал, что вряд ли теперь осядет где-то в деревне или на ферме, ведь ни коровы, ни овцы в кости играть не умеют. А вот у Перрина, пожалуй, был шанс возвратиться домой. Поспеши к родному дому, Перрин, подумалось ему. Возвращайся, пока не поздно! Мэт расправил плечи. Дурак ты, Мэт! С какой стати Перрину возвращаться? Мысль об уютной кровати прокралась в мысли Мэта. Нет, не сейчас, потом!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
