из шкафчиков секретарского стола я нашла пустую фоторамку. Всего-то немного пришлось обрезать Алискин рисунок, и он вместился в рамку. И эта рамка отправилась на рабочий стол босса, куда я торжественно её и водрузила.
Взглянула на часы — сейчас Максим придет. А значит, пора готовить ему кофе.
За свои мысли у кофемашины мне стало стыдно. Вдруг захотелось как ласковой кошечке приготовить ему вкусненький напиток, порадовать с утра… Но я с собой справилась! Намешала сиропов, и в чашку полилась бурда. Ням. Никаких ласковых кошечек, только хардкор!
Максим вошел в офис минута в минуту. По нему часы можно сверять. Его взгляд сразу же нашел меня, и опасно вспыхнул. Ясно, вчерашний петтинг не забыт. Жаль.
— Доброе утро. Ваш кофе, — я дождалась, пока босс абсолютно по-хамски рассмотрит меня с ног до головы, и подплыла к нему с чашечкой неудобоваримого кофе.
— Доброе. Спасибо, — Максим принял чашку, и пригубил.
Вот знает же что я варю ему гадость! Наверное, знает еще и то, что я делаю это специально. И пьёт. Всегда мой кофе пьет.
Он точно извращенец.
— Вкусно? — растянула я губы в улыбке.
— Гадость, — оскалился он. — Редкостная мерзость.
— Рада стараться.
— Ну еще бы ты не была рада стараться, старательная моя. Алёна, свет очей моих, скажи, сегодня карнавал? Тематическая вечеринка? Жертвоприношение?
— О чем это вы? — хлопнула я ресницами, покрытыми 5-D тушью.
— О твоём внешнем виде.
— Опять вам моя внешность не нравится!
— Если бы мне не нравилась твоя внешность, вчера я бы вел себя по-другому. Идем-ка, — он подтолкнул меня в спину, и заставил войти в свой кабинет. — Пора бы поговорить, милая, не находишь?
— Лекции будете про дресс-код читать?
— Нет, — Максим залпом, как водку, допил кофе, и скривился. Даже я скривилась, представив вкус этой жижи. Бедолага, ну нафиг это пить? Гастрит же заработает, если не язву. — Садись, нарядная моя, поговорим.
Я опустилась на стул. Максим сел в своё кресло. И кивнул мне:
— Ну, может расскажешь, зачем ты устроилась в банк?
— Зачем устроилась? Работать, Максим Вадимович. Деньги, к моему сожалению, на деревьях не растут. Клад, как в детстве мечталось, я так и не нашла. Приходится быть рабочей лошадкой, чтобы коммуналку оплачивать, продукты, ноготочки с ресничками. Такие дела, — распоясничалась я, с ужасом понимая — привыкла. Я привыкла ему дерзить!
Максим улыбнулся, откинулся в кресле, продолжая рассматривать меня как диковинную зверушку.
А вот для меня именно он — неизвестный науке фрукт. Про себя я знаю всё: несобранная, неспособная работать в коллективе, ненавижу монотонный труд, склонна к неуместным шуткам, и вообще не всегда образец адекватности. Но еще я понимаю вот что: если бы я построила бизнес, то гоняла бы своих сотрудников и в хвост и в гриву. И такая секретарша как я в приемной бы не сидела. Одна чашка мерзкого кофе — трудовую в зубы и пинок под зад.
А Максим Вадимович меня терпит. При том, что я путаю его расписание, хамлю, не соблюдаю дресс-код, и… блин, да я вообще должна быть в черном списке сотрудников нашей страны!
— Алёна, — протянул мужчина моё имя, смакуя его, — ты — худший сотрудник, которого вообще можно представить.
Я еле сдержалась, чтобы не кивнуть. Вместо этого я слегка надулась, играя в оскорбленную невинность. Но всё же я рада — а Максим-то для общества не потерян! Может, сейчас вообще уволит меня, наконец?
— Сначала я думал что ты сама по себе такая… кхм, с придурью. Даже забавно было наблюдать за тобой. Но ты же специально себя так ведешь, правильно? Специально дерзишь, специально не выполняешь мои поручения, специально так одеваешься и красишься. Всё, чтобы меня на эмоции вывести. Повторяю свой вопрос: зачем ты устроилась работать в банк? Только не говори что устроилась чтобы работать. Когда хотят работать — так себя не ведут! Итак, я слушаю тебя очень внимательно.
— Не понимаю, о чем вы, — гордо вскинула подбородок.
— Прекрасно понимаешь, красивая моя. Я бы подумал что ты устроилась чтобы шпионить, но для этого ты слишком вызывающе себя ведешь. Мужика пришла искать? — выдал он, и я закашлялась.
Боже, как он прав!
— Ты так моё внимание решила привлечь? — улыбнулся этот светоч самодовольного разума. — Насмотрелась идиотских сериалов, которые зомбоящик транслирует? Приходит вся такая оригиналка, устраивается… ну-у-у, секретарем, например, хамит, показывает что не такая как все остальные, и влюбляет в себя своего начальника. Я угадал?
Ну и самомнение!
— Вообще-то я не хотела быть вашим секретарем, помните? Я вообще в другой отдел устроилась. И до сих пор подумываю насчет увольнения. Вы все еще думаете что я пришла вас в себя влюблять?
— Да. Я именно так и думаю, — заявил Максим Вадимович. — Причины я уже назвал. Первая — ты пришла не работать, а бесить. Вторая — ты не шпионка. Третья — ты все еще не уволилась. А значит…?
— Ничего это не значит! — взвилась я. — Еще скажите, что это я вчера вас домогалась!
— Ты провоцировала, — кивнул мужчина, откровенно наслаждаясь моей реакцией. — Впрочем, я не против. Считай, свой план ты выполнила: я у тебя на крючке. Прекращай меня изводить, ладно? Две-три недели, и получишь меня со всеми потрохами, своего ты добилась. Обещаю тебе пару месяцев отличного траха, подарки в пределах разумного. Полетим на океан на неделю-полторы. Может, машину тебе куплю. А теперь дуй в приемную, и забудь все советы, которые тебе дал просмотр сериалов. Работай, не косячь, и через пару недель всё у нас будет. Свободна.
9
— Алёна, зайди, — прозвучал приказ в селекторе.
Зашла. Одернула юбку, затем поправила декольте.
— Да, Максим Вадимович.
— Напиши в финмониторинг, что я жду их отчет по коммуникации с налоговой.
— Хорошо. Это всё?
— Иди, — кивнул царственно.
Вышла. Написала в отдел финмониторинга, и только нажала на кнопку «отправить», как снова проклятый селектор:
— Алёна, зайди.
Цок-цок каблуками, открыла дверь, зашла. Одернула юбку, поправила декольте.
— Да, Максим Вадимович.
— Отправь моей тёте букет гербер. На Красноярский адрес. Открытка стандартная, без записки.
— Хорошо. Это всё?
— Это всё, — Максим махнул рукой.
Вышла. Подошла к компьютеру. Нашла доставку, выбрала букет. Так, а
