Хансон еще раз бросил взгляд в сторону пылающего горизонта. Затем поднял руку и притянул девушку к себе.
Ее крепкое, соблазнительное тело прижалось к нему, дрожа от возбуждения.
В последний момент она отшатнулась.
— Ты забываешься, Дейв Хансон! Я зарегистрированная девственница! Моя кровь нужна для…
— Для заклинаний, которые никогда никому не помогут! — резко возразил он. — Сейчас небо уже не падает, детка! Падать почти нечему!
— Но… — Она заколебалась, затем подошла чуть ближе, и в голосе зазвучало сомнение. — Это правда, наши заклинания не действуют! Даже самое верное волшебство оказалось ненадежным. Мир сошел с ума, и даже на магию больше нельзя положиться. Но…
Он снова притянул ее и почувствовал, как ее руки поднимаются к его шее. Вдруг земля под Дейвом и Немой задрожала, и они услышали резкий, громоподобный топот.
Повернувшись кругом, Хансон увидел огромного Руха, быстро бегущего к ним по земле. Огромная птица резко остановилась так близко от них, что едва не сшибла.
С ее спины опустилась веревочная лестница, по которой начали спускаться люди. Первыми на землю ступили мандрагоры в форме Сатеров, вооруженные дьявольскими клинками и острыми пиками.
Последним слез Борк. С широкой улыбкой на лице он подошел к Хансону и Неме.
— Приветствую тебя, Дейв Хансон! Тебе удалось выжить, не так ли? И ты здравствуй, моя маленькая девственница-сестричка, без чьей помощи я бы не смог найти Дейва! Что ж, идем! Рух теряет терпение!
Глава восьмая
Крылья птицы шумно захлопали, и внизу поплыла земля. Дул шквалистый ветер, но на спине Руха нашлось относительно уютное местечко. Только посмотрев на землю, Хансон полностью осознал, с какой бешеной скоростью они летят. С высоты он наконец увидел, куда упало солнце. Оно медленно погружалось в огромную, с оплавленными краями дыру в земле. На много миль вокруг сыпались солнечные куски помельче, диаметром до трех миль, выплавляя глубокие норы на испещренной ямами поверхности.
Седоки гигантской птицы начали свой путь над опустошенной, продуваемой ветрами землей, а над ними неслись мрачные блестящие облака. Однажды мимо них вверх, к огромным небесным пропастям, со свистом пролетели два человеческих тела.
— Это поднимаются люди, которые не верили в появление из Яйца, — прокомментировал Борк. — Их становится все больше и больше. Что-то уносит их с планеты вверх.
Позже откололась добрая квадратная миля небесной оболочки. Рух хрипло закричал от страха, но он был хорошо выдрессирован, к тому же за ним следил наездник.
Неистовые взмахи огромных крыльев позволили птице уклониться от куска неба, летящего с неимоверной скоростью вниз. Воздушные завихрения, вызванные этим полетом, заставили Руха спуститься на несколько тысяч футов, но это была еще безопасная высота.
Они пролетели низко над городом. Зрелище походило на вакханалию вампиров. Когда над городом пронесся Рух, люди засуетились и бросились к оружию. Вверх устремилось облако стрел, но, к счастью, слишком поздно.
— Во всех своих неприятностях они винят волшебников, — объяснил Борк. — Стреляют во все летящее. Не самое удачное время для общения с Сатерами, не так ли?
Нема подальше отодвинулась от брата.
— Среди нас не все такие трусы, как вы! Только крысы бегут с тонущего корабля!
— Когда я убежал, еще ничто не предвещало, что он утонет, — напомнил ей Борк. — В любом случае, если бы ты раскрыла глаза пошире и обратила внимание на способ нашего передвижения, ты бы поняла, что я вернулся обратно! Я помирился с Сатером Карфом, и в столь трудное время наш прапрадед очень обрадовался моему возвращению!
Нема с восторгом бросилась к нему, но Хансону объяснение показалось странным.
— Почему? — спросил он.
Борк пояснил:
— Один из покойников, упавших обратно после вознесения, добавил свое слово к тем, что были произнесены другими. Нет, я понесу это бремя сам, не буду перекладывать его на тебя! Но теперь я убежден, что вылупление из яйца — это миф! Я и раньше испытывал сомнения, в отличие от нашего приятеля Малока, который тоже слышал эти слова, но стал лишь вдвойне фанатичнее. Вероятно, разрушение неба остановить нельзя, но раз уж я человек, то должен бороться с превратностями судьбы, как подобает человеку. И вот я вернулся к Сатерам, хотя по-прежнему во многом с ними не согласен! И скоро мы будем в лагере Сатера Карфа!
Как благополучно все завершилось, подумал Хансон.
Раньше он разрывался между двумя альтернативами. Теперь осталась только одна. Раз уж и Борк отвернулся от Сыновей Яйца, значит, они точно не заслуживают доверия! Дейв посмотрел на небо: от него осталась только половина, да и она вряд ли продержится долго. Наверное, не так уж важно, что он, Дейв, сейчас делает и с кем он; жизнь этого мира подходит к концу!
Когда они приблизились к огромной столице, вернее, к тому, что от нее уцелело, свечение ослабло. Солнечный костер остался далеко на юге. Воздух свежел.
Рух летел низко над городом. Немногочисленные люди на улицах смотрели вверх и угрожающе жестикулировали, но стрел никто не метал. Вероятно, горожане слишком ослабли, чтобы ненавидеть по-настоящему. Электрическое освещение отсутствовало напрочь, и трудно было что-либо разглядеть. Хансону казалось, что уцелели только самые старые и уродливые здания, созданные из настоящего камня и металла, а произведения волшебства уничтожены.
Одно из сохранившихся зданий, похоже, раньше служило больницей, и теперь площадь перед ним была переполнена лежащими людьми. Большинство из них казались мертвыми или без сознания. Коренастые мандрагоры таскали тела к огромному костру, разожженному в другом квартале. По-видимому, в столице свирепствовала чума.
Рух полетел дальше, за город, к строительному лагерю, который должен быть стать штаб-квартирой Хансона. Началось снижение, и перед пассажирами гигантской птицы открылась удивительная панорама. На пляже за городом собралась толпа. Люди разжигали костры, чтобы варить русалок. Уже разгорелась борьба за добычу.
Вероятно, запасы еды закончились несколько дней назад.
Подлетая к лагерю, Дейв увидел, что там царит хаос.
Сильным ветром оторвало огромный кусок неба, при ударе он разбился на осколки поменьше, и теперь на земле тут и там слабо светили упавшие звезды. Поблизости, возле огромной скалы, разлетелся в мелкие брызги кусочек солнца. Тепло этих капель согревало воздух, а их сияние освещало большую часть лагеря.
Ангары сгорели, но на том месте, где находился самый большой из них, появилось новое здание. Очевидно, его построили из камней и бревен наспех, безо всякого волшебства. Сооружение смахивало на громадный сарай, но сейчас оно было самым надежным убежищем. Хансон заметил Сатера Карфа и Серсу Гарма, встречающих снаружи вместе с сотней других волшебников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
