– И покупается, – дополнила Полина. – Не будь моралистом. Это скучно.
– А ты не будь стервой, от этого появляются морщины на лице.
– Иди в задницу!
– Уже был, – беззлобно усмехнулся Конрад. – И возвращаться туда не собираюсь. Мне там не понравилось.
* * *
Из окна машины Конрада Полина наблюдала за Антониной Арлановой, которая разговаривала с подружками, сидя на ступенях перед главным корпусом университета. Девушки были очень увлечены беседой, постоянно смеялись, иногда отвлекались, когда к ним подходили знакомые, подставляли щеки для поцелуев. В общем, им было очень весело. Каждая из этой троицы абсолютно отличалась от другой. Тоня была светловолосой и очень женственной, одета в легкий белый сарафан, волосы были заплетены в косу и перехвачены тонкой лентой. Вторая подружка – со смоляными волосами и смуглой кожей, в яркой одежде, явно испанка. Третья, Полина сразу же определила, была русской. Русских барышень за границей она видела сразу по своеобразной манере подавать себя. В их поведении присутствует столько напыщенности, что сразу становится понятным – перед тобой стоит не скромная голландка или же степенная шведка, а именно русская. «Ох уж эта студенческая дружба, – усмехнулась Полина про себя. – Сначала кажется, что вы уже никогда не расстанетесь, но, получив диплом, разбежитесь каждая по своим дорожкам». Наконец девушки расцеловались, прощаясь, и Тоня быстро побежала к маленькой машине, припаркованной на стоянке для студентов.
– Тоня! – окликнула девушку Полина, выскочив на улицу, но та не услышала ее, завела свой «Volkswagen» и юрко вырулила на дорогу. – Поезжай за ней.
Конрад послушно направился следом за машиной Тони.
– Похоже, едет домой.
– Черт! – выругалась Полина. – При баронессе с ней не удастся поговорить.
– Останавливаемся?
– Нет! – воскликнула Полина, взмахнув руками. – Попытаемся опередить.
Маневры не удались, машина девушки неожиданно скрылась из виду, и Полина начала беспокойно оглядываться.
– Вижу ее, – сказал Конрад, указав пальцем на темно-синий «Volkswagen». – Но уже поздно. Сейчас она повернет на улицу, где живет баронесса и… – он не закончил фразу, лишь постучал пальцами по рулю.
Тоня остановила машину у дома Астрид фон Рихтгофен, и Конрад с удивлением поинтересовался вслух, почему девушка не въехала во двор.
– Сам спроси у нее, – проворчала Полина.
– Как скажешь.
Конрад потянулся к дверце, но Полина остановила его.
– Оставайся здесь, – сказала она. – Я сама, – и вышла из машины. – Тоня!
Девушка обернулась.
– Тоня, постойте!
– Sie?[6] – улыбнулась она и сразу же перешла на русский. – Уже знаете мое настоящее имя? Оперативная работа.
– Может, у вас найдется время для короткого разговора?
– Найдется, – сказала девушка и открыла калитку. – Проходите.
– Но… – замялась Полина.
– Не волнуйтесь, Астрид сейчас нет дома. Почему вы не желаете с ней встречаться?
– Лишь вы представляете для меня интерес.
– Уверены? – Тоня резко обернулась.
У Полины перехватило дыхание от синевы ее глаз и очаровательной улыбки.
– Может, вас больше интересует «Слеза»? И то, как ее получить?
– Значит, я не ошиблась и колье все-таки у баронессы? – улыбнулась Полина.
– Вижу, что вы тоже сопоставили даты, – игриво сверкнула глазами Тоня и открыла входную дверь. – Зная Астрид, могу сказать, что она намеренно ошиблась, чтобы поддразнить вас. Эта старая карга никогда не упустит случая повеселиться, – с нежностью в голосе добавила она. – Выпьем чаю? Или же вы голодны?
– Не голодна, – рассмеялась Полина и быстро прикрыла рот ладошкой, почувствовав, что от нее исходит запах пива.
– Пили? – спросила Тоня, бросив сумку в кресло. – Не смущайтесь. Я привыкла к запаху алкоголя. Астрид много пьет. Порой начинает с самого утра, когда находится в особом расположении духа.
– А вы не пьете?
– Ненавижу алкоголь. Правда, ничего не имею против, когда его употребляют другие. Я в кухню. Можете пройти со мной или же подождать в гостиной.
– Останусь в гостиной.
Полина проследила за удалившейся девушкой и прошлась по комнате. Два кожаных дивана, кресло, огромный телевизор и хорошая музыкальная аппаратура, светлые стены, стеллаж с книгами – обстановка была приятной, но не похожей на атмосферу, в которой должна жить баронесса. Слишком уж демократично, без положенного антуража, который обычно окружает аристократов. Ни картин известных художников, ни антиквариата и других старинных безделушек, говорящих о древности рода фон Рихтгофенов. Современно и просто. Внезапно Полину привлекли знакомые буквы на корешке одной из книг, лежащей на низком столике у стены. «Уголовный кодекс Республики Беларусь», – прочитала она.
– Скучная книжонка, – раздался за спиной спокойный голос Тони.
Полина присела на диван и вздохнула, не зная, как начать беседу. Девушка смущала ее. Она вела себя слишком уверенно и вместе с тем мягко, что не позволяло взять над ней верх и подчинить себе. Сильный противник, решила Полина, и от этого еще более притягательный.
– Зачем вам нужно колье? – спросила Тоня, разливая чай по чашкам.
– Один человек желает его купить, – Полина повела ноздрями, уловив резкий запах мяты. – Я лишь посредник.
– Любопытно. Неделю назад к Астрид приходил еще один желающий купить колье, но с ним она не стала говорить.
– Еврей? – Полина немедленно поняла причину отказа в беседе.
– Не знаю как, но Астрид кожей чувствует в человеке наличие хотя бы капли еврейской крови. И этот человек немедленно превращается в объект ненависти.
– Но почему?
– Наверное, на то есть причины, – уклончиво ответила Тоня. – Мне она о них не рассказывала.
– А тот человек, вы видели его? Кто он такой?
– Не видела. Я в это время была в университете, – Тоня замолчала на мгновение, словно собиралась с мыслями. – Я не знаю, что вы хотите от меня, поэтому скажу прямо, чтобы не обманывать ваши ожидания. Я не стану помогать. Ни вам, ни кому-либо еще. Мне неизвестно, находится ли колье у Астрид, или оно продано уже много лет назад, это не имеет значения…
– Послушайте, – перебила Полина и тут же извинилась: – Простите. Я вас понимаю…
– Нет, не понимаете. Астрид слишком многое сделала для меня, чтобы я повела себя неблагодарно и предала ее. Поэтому я заранее отклоняю ваше предложение, каким бы оно ни было.
Полина утвердительно кивнула и поднялась, всем видом демонстрируя, что больше не станет тревожить девушку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
