из кармана пачку купюр, добытых у Вити Косого. — Во-первых, деньги. Во-вторых, возможность насолить самому Огненному Феликсу. В-третьих... — я сделал драматическую паузу.
— Что в-третьих? — подался вперед Митя, случайно оставив половину торса на стуле.
— В-третьих, это будет чертовски весело! Представьте заголовки на новостных порталах: «Банда отморозков-неудачников украла древний артефакт у главного мафиози города». Войдем в историю! Ну, или в статистику несчастных случаев — тут уж как повезет.
Дед Пихто задумчиво поглаживал череп-бокал:
— Допустим. Но тебе нужно серьезно подтянуть свои навыки. Одной способности рвать глотки и шутить на похоронах мало.
— Для начала неплохо бы узнать план, — скрипнул Хмырь. — Или ты собираешься просто ворваться туда с криком «Сюрприз, папочка!» и помахать когтистой лапкой?
Я собирался ответить, но тут в баре повисла мертвая тишина. У стойки материализовалась Алина, и даже тролль-вышибала перестал храпеть. Ее рыжие волосы полыхали в полумраке, как неоновая вывеска «Здесь вам точно крышка».
— План есть у меня, — она подошла к нашему столику, по пути испепелив взглядом какого-то вампира, который слишком долго пялился. — И поверьте, папочка такого не ожидает.
— О, теперь у нас еще и семейная драма! — восхитился Митя, случайно уронив челюсть в стакан. — Может, сразу начнем писать сценарий для сериала? «Дочь против отца: горячие разборки в холодном Питере».
Алина изящно опустилась на стул рядом со мной:
— Лучше слушайте. Потому что то, что я вам расскажу, или сделает нас легендами, или... — она щелкнула пальцами, и над столом вспыхнул огненный череп, — украсит папину коллекцию трофеев.
— Знаете что? — я приобнял девушку за талию. — По-моему, это начало прекрасной криминальной истории. Либо конец нашей недолгой жизни. Но какая, в сущности, разница?
— Есть разница, — буркнул Хмырь. — В первом случае мы получим славу и деньги, во втором — место в папиной пепельнице.
— Уже лучше, чем моя нынешняя работа, — философски заметил упырь-скрипач из-под храпящего тролля.
И мы начали планировать самое безумное ограбление в истории магического Петербурга. В конце концов, что может пойти не так, когда в деле участвуют призрак-взломщик, маг-пенсионер, разваливающийся информатор, оборотень-шутник и пироманьячка с папиными проблемами?
Спойлер: абсолютно все.
Сразу после бара я отправился к деду Пихто, потренироваться.
Квартира деда Пихто располагалась в старом доходном доме на том же самом месте, в той части города, где даже бетонные стены, казалось, пропитались магией за последнее столетие. Массивная дубовая дверь, покрытая защитными рунами, открылась бесшумно — первый признак серьезной магической защиты.
Внутри пахло полынью, озоном и чем-то древним, как сам город. Высокие потолки с лепниной терялись в полумраке, старинная мебель красного дерева поблескивала в свете газовых рожков. Вдоль стен тянулись книжные шкафы, забитые фолиантами в потертых кожаных переплетах. Между ними висели карты Петербурга разных эпох, испещренные пометками на латыни и древнеславянском.
Дед Пихто, несмотря на прозвище, выглядел лет на пятьдесят — жилистый, подтянутый мужчина с цепким взглядом серых глаз и седой щетиной. Его движения были скупыми и точными, как у старого фехтовальщика. Потертые джинсы и свитер с высоким воротом не могли скрыть военной выправки.
— Значит, решил ограбить Феликса? — он закурил трубку, и дым принял форму извивающейся змеи. — Смело. Глупо, но смело. Мы с тобой уже работали сегодня. Чему еще научился? Покажи, что умеешь, кроме дешевых фокусов с когтями.
Я начал трансформацию, но дед оказался быстрее. Огненная плеть хлестнула по ногам, заставив меня потерять концентрацию. Боль была вполне реальной — на джинсах остались подпалины, а кожу обожгло.
— Медленно, — бросил он. — В реальном бою ты бы уже жарился. Трансформация должна быть инстинктивной, как дыхание. Еще раз.
Следующие два часа превратились в персональный ад. Дед гонял меня по комнате, используя магию с точностью хирурга. Каждый удар был рассчитан так, чтобы причинить боль, но не серьезные повреждения. Я учился менять форму между ударами, использовать инерцию для ухода от атак, комбинировать человеческую ловкость с кошачьими рефлексами.
— Магия Феликса основана на огне, — объяснял дед, пока я зализывал очередной ожог. — Но это не просто пламя. Это концентрированная воля, направленная через древние руны. Его охранные системы реагируют на любое проявление чужой магии.
— И как их обойти? — я потрогал обожженное плечо. Регенерация оборотня постепенно справлялась с повреждениями, но боль оставалась.
— Никак. Поэтому придется действовать без магии, полагаясь только на физические способности. Твоя трансформация — это не заклинание, а природная способность. Ее системы не засекут.
В этот момент в комнате материализовалась Алина. Появление девушки сопровождалось не театральными спецэффектами, а едва заметным колебанием воздуха и запахом озона — признак профессиональной телепортации.
— Вижу, началось веселье? — она окинула взглядом мои ожоги. — Дед, ты как всегда в своем репертуаре.
Алина выглядела иначе, чем обычно — никакой кожаной куртки и провокационных нарядов. Строгий брючный костюм, волосы собраны в пучок, минимум макияжа. Настоящая дочь криминального босса на деловой встрече.
— Расскажи ему про систему безопасности, — кивнул дед. — Все детали.
Алина присела в старое кресло, достала из портфеля планшет:
— Смотри. Внешний периметр — руническая решетка, интегрированная в фундамент. Реагирует на любую магическую активность. Поверх нее — система материальной защиты: камеры, датчики движения, тепловизоры. Все завязано на центральный пульт в кабинете начальника охраны.
Она развернула голографическую схему особняка:
— Здесь и здесь, — ее пальцы отметили точки на схеме, — слепые зоны камер. Но они перекрываются патрулями. График движения меняется каждые сутки по сложному алгоритму.
— А внутри? — я разглядывал схему, пытаясь запомнить расположение комнат.
— Хуже. Каждая дверь защищена отдельным заклинанием. Коридоры просматриваются полностью, плюс есть магические ловушки, срабатывающие на движение. — Она замолчала. — И это только то, о чем я знаю. Отец постоянно добавляет что-то новое.
Дед Пихто выпустил из трубки колечко дыма:
— Теперь понимаешь, почему мы тренируемся? Одна ошибка — и ты труп. Причем не быстрый и милосердный, а долгий и показательный.
— Вопрос, — я потер саднящую шею. — А как же ты сама выходишь и входишь?
— У меня свой ключ, — Алина показала тонкий серебряный браслет. — Настроен на мою энергетическую подпись. Но он одноразовый. Стоит мне помочь кому-то пробраться внутрь — и защита перенастроится.
Мы проработали еще четыре часа. Дед гонял меня по полосе препятствий, одновременно объясняя принципы работы защитных систем. Алина показывала расположение
