и немного опасный. Я почувствовал, как теряю голову от ее близости, мои руки скользнули по ее телу, желая большего.
Но внезапно Алина отстранилась. В ее глазах плясали озорные огоньки.
— Не так быстро, котик, — прошептала она. — Сначала догони меня!
И с этими словами она спрыгнула с башни. Я в ужасе бросился к краю, но тут же увидел, как раскрылся ее парашют. Оказывается, за спиной у неё был вовсе не рюкзак, а парашют.
— Твоя очередь! — донесся до меня ее смех.
Я глубоко вздохнул, вспомнил уроки деда Пихто о контроле над своим телом и прыгнул. Трансформировавшись в полете в пантеру, я мягко приземлился рядом с Алиной. Лапы обожгло болью, но вполне терпимо.
— Впечатляюще, — присвистнула она. — Кажется, ты действительно полон сюрпризов, Леха.
Я вернулся в человеческую форму, чувствуя, как адреналин все еще бурлит в крови.
— Как и ты, огненная бестия, — ответил я, притягивая ее к себе для еще одного поцелуя.
Это была самая безумная и захватывающая ночь в моей жизни. Внезапно мой магический коммуникатор разразился истошным мяуканьем.
— Чтоб его... — пробормотал я, доставая устройство. На экране светилось сообщение: «Срочно в логово. Кот.»
Алина заглянула мне через плечо.
— Ого, босс вызывает? Похоже, вечеринка окончена, котик.
Я с сожалением посмотрел на нее.
— Мне правда нужно идти. Увидимся завтра?
Она загадочно улыбнулась.
— Может быть. Если будешь хорошим котиком.
Мы обменялись еще одним быстрым поцелуем, и я помчался в логово. Голова все еще кружилась от событий этой ночи.
В особняке царила необычная суета. Я быстро прошел через анфиладу комнат к кабинету Кота Василия, но по дороге меня перехватил Хмырь.
— Эй, котенок, — прошептал он, заталкивая меня в темный угол. — Слышал, ты крутишь шашни с рыжей бестией?
Я удивленно моргнул.
— Ты про Алину? А что такое?
Хмырь огляделся по сторонам и понизил голос еще больше.
— Послушай моего совета, парень. Держись от нее подальше. Эта девчонка - дочь Огненного Феликса.
— Кого? — переспросил я, чувствуя, как внутри все холодеет.
— Огненного Феликса, придурок, — прошипел Хмырь. — Один из самых опасных магов в городе. Правая рука главы Синдиката. Поверь мне, ты не хочешь связываться с этой семейкой.
Я почувствовал, как волосы встали дыбом.
— Но... она не похожа на...
— На кого? На дочь бандита? — усмехнулся Хмырь. — Поверь, котик, в нашем мире внешность очень обманчива. Просто будь осторожен.
С этими словами он растворился в тени, оставив меня в полном смятении. Я медленно подошел к двери кабинета Кота, пытаясь собраться с мыслями.
События этой ночи теперь представлялись в совершенно ином свете. Алина, дочь одного из самых опасных людей в городе? Как я мог быть таким слепым? И что теперь делать?
Глубоко вздохнув, я постучал в дверь кабинета.
— Войдите, — раздался голос Кота, и я шагнул навстречу неизвестности, гадая, что принесет мне следующий день в этом безумном мире магии и криминала.
Глава 6. Кровавый Вечер
Кабинет Кота Василия напоминал музей антиквариата, пропущенный через фильтр мафиозной эстетики. Тяжелые бордовые шторы на высоких окнах, картины в золоченых рамах - исключительно морские пейзажи и хмурые мужики с подозрительно знакомыми лицами. На массивном столе красного дерева красовался человеческий череп, используемый как пресс-папье. Очень аутентично.
Кот восседал в своем любимом кресле, похожий на сытого тигра после удачной охоты. Его массивная фигура, облаченная в дорогой костюм-тройку, излучала спокойную силу. Лысина поблескивала в свете старинной люстры, а пальцы, унизанные перстнями, постукивали по столешнице.
— А, явился, — протянул он, выпуская кольцо сигарного дыма. — Как погулял, котик? Говорят, ты нашел себе... подружку?
Я плюхнулся в кресло напротив, чувствуя себя как нашкодивший кот на приеме у ветеринара.
— Новости в нашем районе распространяются быстрее, чем блохи в кошачьем приюте, — хмыкнул я. — Но вы же не для обсуждения моей личной жизни меня вызвали?
Кот усмехнулся, обнажив неожиданно острые зубы:
— Не только для этого. Есть дельце на Петроградской. Некий Витя Косой задолжал нам прилично. А еще, говорят, он балуется продажей паленых магических артефактов.
— И что, хотите, чтобы я напомнил ему о долге? — я потянулся, разминая плечи. — Может, отправить открытку? «Дорогой Витя, верни деньги, а то откусим голову. С любовью, Невские коты».
— Остроумно, — Кот достал из ящика стола конверт. — Но я предпочитаю более... прямолинейные методы. Найди его, объясни ситуацию. Если будет артачиться — устрой показательное выступление. Только, прошу, без этих твоих фокусов с развешиванием кишок на фонарях.
— Эй, это было всего один раз! — возмутился я. — И вообще, тот парень сам напросился. Кто ж знал, что у него аллергия на когти?
Петроградская сторона встретила меня промозглым ветром с Невы и редкими прохожими, спешащими укрыться от надвигающегося дождя. Старинные дома с лепниной и эркерами молчаливо взирали на улицы, хранящие множество темных секретов.
На углу Большого проспекта и Введенской, возле старого доходного дома с горгульями на фасаде, я заметил знакомый красный «Дукатти». Алина стояла, прислонившись к мотоциклу, словно сошедшая с обложки модного журнала для ведьм-байкерш. Кожаные штаны подчеркивали стройные ноги, короткая куртка открывала полоску гладкого живота. Рыжие волосы в свете фонарей казались языками пламени.
— Привет, пушистик, — она улыбнулась, и мое сердце опять замерло. — Решил поохотиться на моей территории?
— Твоей? — я приподнял бровь, вспоминая предупреждение Хмыря. — Не знал, что дочь Огненного Феликса считает эти трущобы своими.
Ее улыбка стала острее:
— О, так ты в курсе? И не боишься?
— Я кот, милая. У меня девять жизней.
Из темной арки вдруг вывалилась компания крепких ребят. Впереди шел сам Витя Косой — невысокий мужчина лет сорока с кривым шрамом через все лицо и действительно косящим левым глазом. Я его помнил из прошлой жизни. За ним следовали четверо громил с битами и кастетами.
— Ба, кого я вижу! — осклабился Витя. — Кошачий выкормыш и папина принцесска! Пацаны, похоже, сегодня будет весело!
Первый громила, лысый амбал в кожаной куртке, двинулся на меня с битой.
— Знаешь, что общего между битой и твоим черепом? — спросил я, уклоняясь от удара. — Сейчас оба треснут!
Трансформировав руку в когтистую лапу, я располосовал его горло. Кровь брызнула фонтаном, заливая асфальт.
— Упс, — притворно расстроился я,
