Извинения. Скидка, — сказал он.
— Да что нам ваши извинения⁈ Мы пришли за конкретным товаром.
Нет, дело не в том, что я жуть как любил скандалить. Скорее даже наоборот. Меня всегда вымораживали люди, которые по незначительному поводу лезли в бутылку. Но сейчас мне стало искренне обидно за Григория. Хуже нет, чем подрезать человеку крылья, когда он воодушевлен и чем-то по-настоящему заряжен. А бес, несмотря на свое изначальное вето в отношении Митьки, теперь действительно загорелся идеей спасения черта. И тут такой облом.
Наверное, вэтте ничего не стоило нас выставить. По крайней мере, любой известный мне торгаш так бы и сделал. Вот только Кносс оказался не любым. И дела свои вел иначе.
— Вы говорить проблема, — сказал он. — Я думать.
— Хозяину надо выиграть чертей в карты, — ответил Григорий. — Только вы же знаете, какое у них везение до азартных игр? Его так и называют — чертовским. Вот мы и думали взять карты, в которые они выиграть не смогут.
Бес замолчал, а Кносс продолжал смотреть на Григория. Хотя судя по пальцам, которые веером постукивали по столу, вэтте думал. Наконец он закончил с мыслительной гимнастикой и вновь позвал помощника. Покорчил тому рожи, и вошедший тут же умчался. А вернулся будто бы через несколько секунд, притащив с собой небольшую шкатулку.
Кносс взял амбарную книгу, открыв на нужной странице. После развернул мне и ткнул пальцем. Пришлось читать вслух.
— Кольцо временный ослабление. Будничный артефакт дюжинный использование. Многоразовый. Категория 3. Устранение любой родная магия нечисть. Цена 100 монет лунный серебро.
Блин, как-будто описание на алиэкспресс прочитал. Велика и могуча русская языка в устах чухонцев.
Как только я закончил, Кносс тут же открыл шкатулку, продемонстрировав кольцо. То ли серебряное, то ли из белого золота. Я не очень разбираюсь. Увенчано оно было небольшим зеленым камнем.
— Кольцо временный ослабление, — продолжил Кносс.- Нажимать на камень, любая родная магия нечисти не работать. Скидка. Отдать за пятьдесят монет.
Не знаю, лично меня презентация не впечатлила. Во-первых, я ни фига не понял. Во-вторых, цену этот хмырь заломил такую, что мама не горюй. Скидка, ага, видали мы ваши черные пятницы. До акции одна цена, во время «скидок» в полтора раза выше. Ищи дурака.
А вот бесу артефакт понравился. Григорий разве что не плясал от радости. Да, вот его точно нельзя на покупку чего-нибудь важного брать. Надо же как — морду кирпичом сделать и говорить, что не то, чтобы понравилось, мы подумаем и все такое. Чтобы цену скинули. А если так плясать, так ее еще и поднимут.
— Надо брать, хозяин, — шептал он мне, правда с такой громкостью, что Кносс точно слышал. — Это очень хорошее кольцо. И многоразовое. Действовать будет, пока хист в камушке не закончится.
— И что оно делает?
— Так сказал же он… в смысле, глубокоуважаемый Кносс, — поправил себя Григорий. — На время всю родную магию нечисти убирает. Слово есть такое умное… нейтренли…
— Нейтрализует, — подсказал я.
— Вот, правильно. С умным разговаривать, что меду напиться. У чертей, к слову, родная магия на везение, да на обман заточена. Вокруг пальца обвести и все такое. Если ты с кольцом будешь, то он с тобой в карты играть будет, как обычный человек.
— Вот только моя непруха никуда не денется, — ответил я. — Даже если мы на равных играть будем.
— Да наговариваешь ты на себя, — отмахнулся бес. — К тому же, артефакт дюжинного использования. Такие больше ста монет стоят. Нам правда скидку дают вон какую. Надо брать!
Не скажу, что я был невероятно рад сделке. Все же ожидали мы немного другого. Однако бес скакал вокруг то меня, то Кносса, всячески привлекая внимание. Поэтому я сдался. Тем более, кольцо действительно имело интересное значение. Если можно на непродолжительное время отключить любую магию нечисти. Хотя нет, не любую — только родную. Это вроде уникальной способности, присущей определенному классу. Если брать терминологию из компьютерных игр.
Поэтому я с тяжелым сердцем расстался с пятьюдесятью монетами лунного серебра. Правда, не будь дураком, отдал деньги, переданные Ингой. Прежде пятерку пожертвовал Большаку, итого у меня осталось двадцать монет. Если честно, как-то грустно.
— Довольный сделкой. Претензий не иметь, — сказал Кносс, протягивая руку.
Я посмотрел на беса. Все же он говорил мне быть аккуратнее с рукопожатиями. Но сейчас Григорий лишь кивнул. Потому пришлось пожать крохотную сморщенную руку с длинными ногтями.
А после я понял, точнее почувствовал, что изменилось. Кольцо из власти Кносса перешло ко мне, то есть, стало собственностью Зорина Матвея. Блин, как хорошо у нечисти все устроено. Почему у людей так нельзя — забил руку и квартира поменяла собственника. Без всякого вороха бумажек. Правда, как потом доказывать свое право собственности? Руку показывать, где будет квадратура и все данные прописаны?
Обратно нас проводили тем же ходом. А я все думал. Ведь Подворье оказалось именно там, куда отправился единственный кощей, которого я видел. Скажу больше, уже будучи рубежником, когда я проезжал мимо, то чувствовал Подворье. Просто, не мог объяснить, что это такое. Интересно.
Без всяких приключений мы добрались до машины, где бес уже строил планы.
— Сейчас заедем в магазин, возьмем несколько колод карт, водочки и будем тренироваться!
— А водочка сюда каким боком?
— Без водки в карты только шулера и подлые люди играют, — уверил меня Григорий.
Впрочем, мы сделали ровно так, как он и сказал. Купили около десяти колод карт (зачем так много, я и не понял), выпивки, еды, затем еще выпивки. Григорий мудро решил, что лучше пусть запас будет, он карман не тянет. А то ночью рыпнешься бежать, а все закрыто.
Поехал я в объезд. Через Черкасово, Свердлово, Свекловичное, Матросово и уже родное Соколинское. В итоге путь, который бы занял от силы минут пятнадцать превратился в полуторачасовое путешествие.
С другой стороны — рисковать было нельзя. Не хотелось бы привести Вранового к собственному дому. Пусть лучше по области гоняет и ищет меня. Заодно его чухонская душа познакомится с настоящей русской красотой.
А уже дома, после душа и легкого обеда, мы приступили к самому главному — выяснению насколько мне везет в картах. Вообще, по идее, должно было очень фартить. Ведь даже поговорка такая имелась — не везет в картах, повезет в любви. С последним у меня были чудовищные
