— Может быть, это будет дальше в тексте. И последнее. Кровь невиновных. Не указано количество, но её должно быть очень много.
— Понятно, — ответил я. — Отличная работа, профессор. А теперь идём праздновать.
— Ваше Благородие! — через главную дверь в зал вошёл высокий охранник. — Срочные новости!
Он торопливым шагом подходил ближе. Серёга, уже спустившийся с лестницы, остановился, оглядывая его подозрительным взглядом.
— Ваше Благородие!
— Вообще‑то, Ваше Сиятельство, — поправил я охранника. — Но можешь называть меня князь. Какие новости?
А с какого это хрена служащий у меня охранник не знает, как ко мне обращаться?
— Хорошо, князь, — охранник уже забирался по лестнице. — Очень срочное известие. Князь Морозов прислал меня передать привет!
Он кинулся на меня с такой скоростью, что я не успел ничего предпринять. Его руки в перчатках схватили меня за горло. Я повалился, больно ударившись спиной о ступеньки.
— Помогите! — закричал профессор Шульц.
Я вытащил беретту из‑за пояса и всадил охраннику пару пуль между пластинами брони, а потом ещё одну в челюсть. И бесполезно! Охраннику пофиг, будто я стрелял пластиковыми пульками, хотя челюсть разнесло!
Он ослабил хватку и схватил меня одной рукой за кисть, что держала пистолет, а второй продолжал душить. Я отпихивал его ногами. Кровь из раны на челюсти капала ко мне. Ещё немного и…
Вдруг мы столкнулись лбами так сильно, что у меня пошли искры из глаз. Голова охранника покатилась по лестнице, а меня облило кровью.
Это и помогло мне расцепить излишне сильные пальчики на моей глотке. До чего же он сильный.
— Максим, ты цел? — спросил Серёга, помогая стащить труп с меня.
— Да, спасибо, — я встал и потёр горло. — Сука, Морозову неймётся. Значит, займусь им.
Ну, хотя бы это нападение помогло мне определиться с выбором.
— Смотрите, — закричал профессор Шульц, показывая на голову. — Этот символ! Это мартирский ритуал.
На виске видно вырезанный ножом крест мартиров, а ниже какой‑то иероглиф. Какой ещё ритуал? И почему этот хрен такой живучий, как те шаманы?
Со стороны обеденного зала раздались несколько выстрелов и крик. Зря эти ублюдки туда пошли.
— Профессор, хватайте это и изучите, что написано! — я пнул голову к нему поближе. — А перед этим спрячьтесь. Будет жарко. Серёга, — я похлопал его по плечу. — Пора!
Серёга перехватил меч поудобнее. А я достал крест и Камни. Настало время нам поработать.
Глава 8
Я крикнул сразу, пока только открывал дверь в общую столовую:
— Света! Морозь его!
Растерявшаяся Света на автомате вытянула руки и окатила одного из напавших на нас охранников целой струёй ледяного тумана. Вовремя, а то он почти к ней подобрался.
Этих странных охранников здесь немного, но они могут доставлять проблем. Один пытался достать Леру из дробовика, но она удерживала щит. Я подошёл к этому типу со спины и прострелил позвоночник в трёх местах.
Попробуй‑ка подвигаться с перебитой спиной, живучий урод!
Серёга зарубил сразу двоих, и быстрее, чем хоть кто‑то что‑то заметил. У одного сползла голова, другой медленно развалился вдоль туловища.
У катящейся по полу головы видно такой же символ, как и у того, кого зарубили на лестнице.
Алекс в одиночку отбивался от двух, стреляя из своего кольта. Экстеру земли сложно обороняться, когда земля вокруг есть только в цветочных горшках.
— Стреляй ему в глаза! — подсказал я и сам пальнул аж дважды ближайшему.
Тот ослеп, но не умер. Руки, слишком толстые, будто деформированные, и постоянно раздувающиеся, со свистом рассекали воздух. Что это Морозов с ними сотворил?
Скорость такая, что удар вполне мог оторвать голову.
Света заморозила ещё кого‑то, причём так сильно, что он почти моментально превратился в ледяную статую. Алекс швырнул в него цветочный горшок, расколотив статую на несколько частей.
Ещё один охранник прорвался через щит Леры, но мгновенно вспыхнул. Горящий, он подбирался к ней, занося дробовик над головой, держа за ствол. Стрелять он не мог, пальцы опухали прямо на глазах, как и руки.
Этот долбанный кусок мяса увеличивался в размерах!
— Прикончите их быстрее! — крикнул я и прыгнул на разбухающего охранника сзади.
Тот попытался меня сбросить, но я пальнул ему в спинной мозг. Напавший ублюдок без движений рухнул на пол.
— Лера, отвернись, — попросил я и ударом ноги, усиленным кровью, разбил ублюдку башку.
Остался последний. Этот не атаковал. Его раздувало изнутри. Будто у него не плоть, а тесто на дрожжах. Нагрудная броня трещала, руки и ноги разрывали одежду, складки лезли отовсюду. Вены, толстые как верёвки, пульсировали под растянутой кожей.
— На выход! — скомандовал я и забросил Леру себе на плечо. — Все на выход! Алекс! Захвати Свету!
Взрыва не было, просто хлопок. Будто лопнул воздушный шарик, только огромный, кожаный и набитый кишками. Столовая теперь была покрыта отвратным месивом из внутренностей.
Конец праздничному торту, а его даже не разрезали.
— Что это было? — спросила Света. — Они вдруг напали и…
Где‑то в доме раздался ещё один хлопок, потом ещё один. И тишина. И только после этого раздался сигнал тревоги. Отовсюду прибежала охрана, с удивлением таращась на разгром.
— Алекс, — сказал я. — Жду тебя с отчётом. Мне надо знать, как они здесь оказались. Их наняли или…
— Они с ним пришли, — Алекс показал на Серёгу. — Он появился и сразу…
— Алексей, я приехал один, — Серёга скрестил руки. — И ещё полчаса торчал в охранной будке, потому что камеры не знали меня в лицо и никто не хотел меня пропускать. А эти или были здесь, или прошли через…
— Ты намекаешь, что это я их пропустил…
— Ну‑ка хватит! — прикрикнул я. — Замолчали! Алекс! Заебал собачиться с Серёгой! Лучше выясни, что случилось, потом ко мне! Серёга, ты ходи по поместью, и если найдёшь кого‑нибудь подозрительного, руби. С меча они хорошо дохнут. Лера и Света, вы вместе. А Кирилл где? Он не с вами был?
— Я здесь, Максим! — крикнул он, свешиваясь с перилл на втором этаже. — Он за мной бежал, а потом как…
Он развёл руки, изображая взрыв. Вся его одежда была забрызгана кровью.
— Повезло, — сказал я.
Тревога заткнулась, охрана никого не находила. Можно выдохнуть.
Я и выдохнул. Действие Камня как
