стало понятно само собой. Со всех сторон в просветах стен и зданий замелькали человеческие фигуры. Их было намного больше, чем сандинистов. Было похоже, что небольшой отряд Пахаро окружен. Их выследили, взяли в кольцо, и вот теперь приближается последний трагический акт драмы.
И точно – так оно и оказалось. Вскоре откуда-то из-за развалин раздался громкий голос:
– Внимание! Я – командир «батальона смерти»! Мы знаем, кто вы и сколько вас. Вашего командира зовут Пахаро. Повторяю – Пахаро! Нас много, вас мало. Вы окружены. У вас никакой надежды на спасение. Вот вам наши условия. Во-первых, вы немедленно отпускаете тех, кого взяли в банке в заложники! Во-вторых, сдаетесь сами. Только в этом случае мы обещаем сохранить вам жизнь. Иначе вы будете уничтожены. Даем вам на размышление пять минут.
Какое-то время в мегафоне что-то хрипело и булькало, а затем раздался насмешливый голос:
– Пахаро, мы предлагаем тебе сдаться первым! Покажи пример своим героям!
И из мегафона зазвучали уже не членораздельные слова, а раздался откровенный издевательский смех.
– Вот как – «эскадроны смерти»! – произнес один из бойцов. – Не полиция, не гвардия, а «эскадроны».
– Ну, так и мы не просто крестьяне с вилами! – сказал Пахаро. – Оттого они и вцепились в нас со всей серьезностью. И что скажете? – Пахаро по очереди посмотрел на все свое немногочисленное воинство. Оно насчитывало шестнадцать человек вместе с самим Пахаро. Были еще двое – плененные американцы, но они, разумеется, были не в счет. – Что будем делать?
– Драться, что же еще? – ответили сразу несколько голосов. – Будем вырываться из города. Не сдаваться же…
– Все так считают? – спросил Пахаро.
Никаких слов ни от кого не последовало, и это могло означать лишь одно: так считают все. Правда, кто-то все же спросил:
– А как быть с американцами?
– Пускай уходят, – сказал Пахаро. – Видеть их больше не могу… Хотя нет! Точно нет! Отпускать их нельзя! Думаю, пока они с нами, никто по нам стрелять не станет. Не решатся. Слышите, гринго! Мы никуда вас не отпускаем! Мы передумали. Побудете с нами. Это так увлекательно и весело!
Кажется, Сэм Фишер что-то сказал в ответ, но никто его не стал слушать. Пахаро выждал минуту, сложил руки рупором и крикнул в сторону развалин, за которыми притаились наемники из «эскадрона смерти»:
– Эй, вы там! Американцы у нас. Но мы их не отпустим! Повторяю: не отпустим. Так что можете стрелять. Начинайте!
Но никто не стрелял. Никто даже не отозвался на слова Пахаро.
– Ну, что я говорил? – Пахаро задорно усмехнулся. – Не посмеют они стрелять в американцев… А если так, то ждать нам нечего, надо воспользоваться моментом. Предлагаю рвануть в разные стороны. Как только я назову цифру три. Раз, два, три!..
Все шестнадцать человек, как один, выскочили из укрытий и что есть сил побежали каждый в свою сторону. Спасительную сторону, как каждому из них казалось. План их был прост – как можно скорее добежать до вражеского кольца, пользуясь внезапностью, прорваться сквозь него, а дальше как распорядится судьба. Расчет был еще и на то, что неприятель все же не решится стрелять, ведь если стрелять, то можно запросто подстрелить американцев.
Но расчет не оправдался. Или, может, так распорядилась прихотливая судьба – как знать? Неприятель открыл бешеную беспорядочную стрельбу. Прорваться сквозь такой огненный шквал, даже стреляя в ответ, было делом немыслимым. Никто и не прорвался. Тринадцать бойцов откатились на прежние позиции, а трое так и остались лежать на грудах битых камней. И судя по тому, в каких позах они лежали, эти трое были мертвы. Мертвые, как известно, лежат совсем иначе, чем живые.
– Вам же было сказано – вы окружены, – раздался голос со стороны неприятеля. – Ну убедились? Пахаро, ты там жив? Отзовись, порадуй нас. За твою голову нам обещали большие деньги! А вообще-то у вас осталось две с половиной минуты! Так что соображайте, пока есть время!
– Вот если бы ночью, то можно было бы попробовать передвигаться ползком. Или перебежками, – с тоской произнес кто-то из бойцов. – А так – гиблое это дело. Вот троих уже убили…
– А вот меня больше интересует другое, – сказал другой боец. – Откуда они узнали, что мы сегодня будем в городе? И откуда им известно, что нашего командира зовут Пахаро?
– Наверно, кто-то им об этом сказал, – предположил третий боец.
– Кто им мог сказать?
– Кто-то нашелся словоохотливый… Может, Пастор, а может, Дивертиго…
– Да, но если это так, то откуда они могли знать, что мы сегодня будем в Манагуа? Уж этого-то они знать никак не могли…
– Значит, им сообщил кто-то другой – кто об этом знал.
– Другой – это кто? Кто-то из нас?
– Ну мало ли кто…
Это, конечно же, был интересный разговор, однако сейчас он был неуместным. Сейчас надо было думать, как выбраться из западни. А уж искать предателя потом. Если, конечно, это самое «потом» наступит…
Манагуа, то же самое время,
офис американского представительства
– Так ты говоришь, этот Сэм Фишер перевел на зарубежный счет пятьсот тысяч? – Крис Баум покрутил головой. – Ну и ну! Оказывается, ограбить банк можно так просто! Ни тебе людей в масках, ни выстрелов, ни прочей голливудской драматургии… Ловкие ребята эти сандинисты! Учись, Арон! Может, и пригодится, когда нас с тобой попрут с работы. Станем грабить банки по сандинистскому методу.
В офисе, кроме Криса Баума и Арона Бергмана, никого не было. Бергман только что пришел – он выяснял, что случилось в филиале американского банка.
– Вот так дела! – не мог успокоиться Крис Баум. – А потом они еще и похитили директора филиала вместе с помощником! И беспрепятственно покинули здание! Несмотря на то, что там вооруженная охрана. Кстати, кто эти охранники? Откуда этот остолоп Сэм Фишер их взял? Где он их откопал? На какой помойке?
– Эта помойка называется Соединенные Штаты Америки, – ухмыльнулся Арон Бергман. – Остолоп Сэм Фишер нанял американцев для охраны банка. Ни одного латинос – все сплошь белые люди!
На это Крис Баум не сказал ничего, лишь издал такой звук, будто он подавился. Отдышавшись и утерев слезы, он спросил:
– Ну а дальше-то что?
– А дальше за дело принялся «эскадрон смерти», – ответил Арон Бергман.
– Представляю себе, – скривился Крис Баум. – Предвижу, что примерно с таким же успехом, как белые люди из охраны банка.
– На этот раз чуть удачнее. – Арон уселся в кресло и вытянул ноги. – Сандинистов заблокировали в старом городском квартале. Там и жилья-то никакого нет, одни развалины. Вот там их сейчас
