многих то, что я никак не могла вспомнить раннее детство, было показателем того, что дедушка и бабушка тратят свои силы и время зря. Один доктор из Долины медицины отметил, что при самых оптимистичных раскладах, без вмешательства старейшин, я бы дожила лет до пяти, не больше. От родителей меня забрали в четыре. Был момент, когда я думала, что моя настоящая мать первая нелюбимая жена, умершая в родах, а нынешняя госпожа Бай лишь злобная мачеха, первая, незабываемая любовь отца, который принял ее, как только это стало возможным. Но нет. Я биологическая дочь своих родителей, а рассказы, которые я регулярно конфискую у Юлань, действительно плохо влияют на мозг.
— Я позаимствую добрые слова мастера Ляна, — Я снова поклонилась и, повинуясь жесту дедушки, села рядом. Мастер Лян проигрывал. Безнадежно. Неотвратимо. И это при том, что дедушка всегда играет белыми, то есть изначально находится в невыгодном положении. С мастером Ляном дедушка всегда играет только в го, хотя сянци ему импонирует больше. Просто этот его ученик не силен в тактике и стратегии. Комментировать партию не стала, но под моим сочувствующим взглядом мастер Лян сначала нахмурился, потом скривился, допустив серьезную ошибку, которая сделала его поражение еще неотвратимее, а потом, все же смирившись с проигрышем, поклонился, поднеся кулак к раскрытой ладони.
— Этот недостойный ученик разочаровал учителя.
Дед, улыбнувшись, несколько раз погладил бороду и кивнул.
— Тебе стоит больше уделять внимания го, Сяо Лян. Го — это не игра, это политика и тактика. Тактика и политика. Сила — это не единственный абсолют нашего мира.Достойный мастер пика, старейшина, скривился так, словно только что залпом выпил полную тарелку имбирного супа, а я скрыла за легким кашлем довольную улыбку. Маленький Лян, как мило. Жаль, нигде особо не используешь. Дедушка любил смущать своих учеников, называя детскими прозвищами. Кое-кто обещал его убить, кое-кто называл мерзким старикашкой, а кое-кто выдавливал из себя лицемерную улыбку и прятал истинные чувства за маской сыновней почтительности. Учитель - все равно, что отец.
Обсуждать при мне освобождение своих учеников от наказания мастер Лян не стал, посидел еще немного и откланялся, бросив на меня крайне недовольный взгляд. Ну вот, как обычно. В го плохо играет он, а виноватой буду я. В конце концов, это всего лишь вопрос подачи.
— Тебе не нравится Сяо Лян?— Дед погладил бороду и хитро посмотрел на меня. Чай, что показательно, не предложил. Жаль. У него вкусный чай.
— Мастер Лян примерный практик, следующий праведному пути. Он достойный старейшина, терпимый и сострадательный. Он внимателен к ученикам пика.
Дед слушал мой монолог, кивал и смотрел на меня, как на дурочку.
— Он мне не нравится. — вздохнула я. — Но если я назову его лицемерным, дедушка, ты первый выскажешь мне за то, что я не уважаю достойного старейшину.
— Тебе стоит поработать над интонациями, Лу-эр, когда ты хвалишь человека, глядя на которого тебе хочется закатить глаза, высказывая сомнения в его достоинствах. Искренности не хватает. Душевности. Нельзя льстить человеку с выражением лица “Насколько забавно будет подлить тебе сильно концентрированный слабительный эликсир”.
— Я никогда не смотрю на людей с подобным выражением, — искренне возмутилась я.
— Только потому, что ты уже проверила, насколько это будет забавно. — хмыкнул дед, наливая себе чая. Подобный эпизод в моем прошлом был. В очень-очень далеком прошлом, и мне за него стыдно только потому, что я попалась. Дедушке попалась. За что и была наказана.
—Лу-эр, Ты же проделала весь этот путь не для того, чтобы составить компанию старику за игрой в сянци или го?
Разумеется, нет, но, судя по всему, придется. Если у деда есть настроение пофилософствовать и показать свое величие как стратега и тактика, то кто я такая, чтобы ему перечить? Мне достались белые. Я возмущена, я тоже хочу преимущество первого хода. Несмотря на то, что дедушка действительно выдающийся игрок, был один человек, который мог составить ему конкуренцию, и частенько обыгрывал его на поле, на котором его считали непобедимым, и этот человек бабушка. Именно она учила меня играть в Го, у деда на это не хватало терпения. Для него я слишком долго думала, а потом, в какой-то момент, начала слишком быстро побеждать, и вот уже не один год я играю только белыми. Несправедливо!
Глава 9
Эту партию в го я проиграла. Мои мысли не были сосредоточены на гобане и камнях. Так что итог был закономерен. Снимая с доски камень из белого нефрита, я задумчиво покрутила его в руках. Мне нравилось ощущение от прикосновения к этому материалу. Гладкий, прохладный, нефрит был моим неоспоримым фаворитом, значительная часть моих украшений была выполнена из него. Мне было важно не столько носить его, сколько владеть.
—Ты не сосредоточена, — покачал головой дедушка, убирая камни в чаши. — в такой победе нет доблести. Победить отвлеченного генерала все равно, что отобрать леденец у несмышленого ребёнка. Что тебя беспокоит, Лу-эр?
Я положила камень, который крутила в руках, в чашу и еще раз взглянула на пустой гобан. Следы моего позорного поражения, с таким разгромным счетом я не проигрывала с детства, уже были убраны.
— Дедушка, — я состроила самые несчастные и милые глаза, на которые была способна. Все же кокетство и милота не моя сильная сторона. — Хотя мне удалось приобрести небесный осколок, твоя неразумная внучка находится в затруднении. Ни в одной книге или свитке не говорится, как правильно им пользоваться. К тому же осколок повреждён, я теряюсь в сомнениях.
Дед погладил бороду и цокнул языком. Тут же появились слуги, которые убрали гобан и сервировали чай. Парочка молоденьких горничных бросала на деда призывные взгляды. И как таких бесстыдниц допустили до службы у патриарха?! Я постучала пальцем по столу и решила не вмешиваться. Матушка и бабушка находились в крайне сложных отношениях, и не стеснялись в средствах. Наложницы норма не только для практиков, но и для простых людей, но именно среди практиков моногамных браков в разы больше. Все же если твоя супруга с одного удара может снести гору, о том, чтобы завести согревающую постель, стоит подумать основательно. Так, к чему это я, ни одна, ни вторая уже много
